Чтение онлайн

Музыканты ресторана как раз начинали свою программу. Идаира, вышла из-за стола, встала в свободное пространство между столиками, и начала плавно двигаться в такт музыке. Танец подобен лечебному искусству, освобождает от скованности, даёт выход накопившемуся застою. Импровизация, без чёткой схемы движений, может выразить настроение, состояние души. Нужно просто расслабиться и довериться своему телу и подсознанию. И тогда нужные движения льются сами по себе… Гитарист, заметив её, продолжая играть, направился к ней. Она продолжила танец с играющим гитаристом. Идаира кружилась вокруг него, игриво поддевая его бедром. Остальные посетители ресторана стали с любопытством поглядывать на это спонтанное выступление. Идаира обладала врождённым чувством ритма, и ей часто говорили, что она прекрасно танцует. Чарующая магия музыки, словно пришедшая на помощь, подхватила её. К ней вернулось, наконец, чувство лёгкости, она почувствовала необходимое ощущение свободы. Охватило чувство упоения, она словно слилась с мелодией, естественно и непринуждённо выражая своё состояние интуитивными движениями…

Музыка закончилась, Идаира вернулась к столику. Послышались аплодисменты.

Никонов смотрел на неё с неподдельным восхищением. Золотые искорки снова сверкали в его глазах. Немного помолчав, он с некоторым удивлением спросил:

– Хореографическая школа?

– Нет. Училась я в музыкальной школе.

– Так вы ещё и музыкант! – изумлённо протянул Никонов.

Идаира промолчала. Выпив оставшийся напиток, она вытерла губы, и, наконец, посмотрев ему в глаза, сказала:

– Благодарю. Ужин был великолепен.

– Вы устали?

– Да. Полагаю, уже пора домой.

По дороге домой, Идаира старалась не говорить много. Она иногда отвечала незначительно, поддерживая разговор. Ей хотелось быстрее попасть к себе домой, лечь в кровать, и, наконец, остаться одной, со своими мыслями.

Машина подъехала к дому. Идаира подала руку, чтобы попрощаться. Никонов задержал её руку:

– Я прикоснулся к вам, и ваша позолота осталась у меня на пальцах, – тихо произнёс он.

Идаира смешалась. Она не знала, как ответить, молчала. Никонов отпустил её руку.

– Могу я попросить ваш телефон? – спросил он уже обычным голосом.

– Зачем? – спросила Идаира с некоторым напряжением.

– Вы прекрасно справились с работой, – ответил он, стараясь быть непринуждённым. – Может, для вас будут ещё поручения.

– Да, работа мне нужна.

Она продиктовала свой номер и, открыв дверь машины, вышла. Обернувшись, добавила, скорее из вежливости:

– Спасибо вам за проведённый вечер.

– Вам спасибо, – ответил Никонов.

Машина отъехала.

Видимо, она, действительно, сильно устала. Она даже не имела желания подумать о сегодняшнем вечере. Идаира была рада, что, наконец, она одна, в своей любимой постели. Не нужно напрягаться, думать, что и как говорить. Теплота, покой охватили её. Она уснула.

На следующий день Ксении и Соне не терпелось слышать подробности.

– Ну, рассказывай! Как прошло?

Женщины смотрели на Идаиру, словно ожидая продолжения сериала.

– Ощущение такое, что экзамен сдала, а результат не огласили, – Идаира попыталась отшутиться.

– Туману не напускай! – Ксения была напористой. – Договорилась с ним ещё раз встретиться? Да или нет? Мы девочки простые, сложностей не понимаем!

Коллег одолевало обычное любопытство. А Идаире нужно было как-то объяснить, в чём для неё сложность, чтобы самой в этом разобраться. Она заговорила, стараясь точнее подобрать слова:

– Как там? Люди создают иллюзии у себя в голове, а гоняются за ними в реальной жизни. – Помолчав, она продолжила: – Вот бывали у вас моменты, когда видишь человека, даже иногда влюбляешься, и строишь всякие картины, какие могут быть отношения? – Идаира будто размышляла вслух. – Мне очень хорошо с Сашей. Но рассудком я понимаю, что тут будущего может и не быть. А с этим Никоновым… даже не знаю. Неведомое манит. Но зачастую, впустую. Он явно заинтересован. Даже странно: что он нашёл во мне? А я… Иногда просто не знаю, что говорить и делать.

Ксения задумчиво покачала головой и насмешливо проговорила:

– Ой, барышня, как у вас всё сложно в голове! – Потом, словно, ухватившись за другую мысль, с некоторым даже раздражением, воскликнула: – Вот заладила, Саша да Саша! Ида, ты любишь не его, а свои чувства к нему! Вот хочется тебе быть влюблённой!

– Ксень, ты чего? – удивилась Идаира.

– Это говорю не я, это говорит моя зависть, – уже спокойным тоном ответила Ксения, сделав притворно-серьёзное лицо. – Временами тоже хочется так… Ну, чтобы, это, – Ксения даже замахала руками – краснеть удушливой волной, прикоснувшись рукавами, чтобы и томление души, и ночами не спать. Ах! – она закатила глаза.

– Ксения, уж тебе-то чего не хватает? Что тебе мешает ночами не спать? – насмешливо спросила Соня.

– То и мешает, что сплю! – с деланным возмущением ответила Ксения. – Витюша же у меня из военных. У нас всё просто, как в армии: пришёл, упал, отжался – и спать!

Женщины рассмеялись.

– Я в шутке правду высказать хочу! – подбавила Ксения огоньку.

– Что-то вспомнилось, тоже про томление души, – подхватила разговор Соня. – Нравился мне один мальчик в школе, уже в старших классах. Как-то задали нам стих Есенина наизусть выучить, на выбор. И вот стоит он у доски, такой красивый, и декламирует: «Я спросил сегодня у менялы, что даёт за пол-тумана по рублю», ну и дальше там, не помню. Что-то про то, как сказать ей, что она моя. Потом про «персидски нежное «люблю», про поцелуй. Я просто млела, когда он говорил слова: «Ты моя» сказать лишь могут руки, что срывали чёрную чадру». Он ещё в это время так потёр руки. М-м-м! Вот была любовь! Когда от одного вида душа жаром покрывается! Даже не надо рукавами прикасаться. Гормоны и феромоны так и летали!

– Ого, Соня! Да ты, оказывается, можешь быть романтичной! А я думала, способна только зазывать: «Мой огород открыт! Хочу пахаря!» – Ксения не утруждалась подбором выражений.

– Могу! – заявила Соня. – Да только сейчас мне не до романтики, – она вздохнула. – Вчера вот, представляете, девочки, прихожу домой, а у меня дома свекровь. И занавески поменяла! Сняла мои, и повесила свои. Говорит, я потому ругаюсь с её сыночком, что у меня в доме цвета негармоничные. Я, говорит, научу тебя правильно жить. Я, говорит, свою жизнь прожила, сейчас твою проживу вместо тебя, раз ты сама не умеешь. Представляете?! – выражение безмерного возмущения отразилось на её лице.

Ксения подхватила привычную тему обсуждения семейных отношений:

– А мы тут на днях с Витюшей поругались. Из-за двадцати сантиметров! – сообщила она неожиданно, ожидая реакцию слушательниц.

Соня, с выражением сочувствия, но с лёгкой ехидцей спросила:

– М-х-м, Ксения, за что же ты его так-то? Что он сделать то может?

– Да из-за кресла! Я хочу сдвинуть его к окну, на двадцать сантиметров поближе. А Витюше надо, чтобы прямо перед телевизором кресло стояло!

Женщины рассмеялись. Ксения, как всегда, балагурила.

– Гляжу я на вас, и радуюсь, – улыбнувшись, внезапно сказала Идаира.

– Чему это? – удивлённо спросили собеседницы.

– Тому, что у меня мужа нет! – рассмеялась Идаира. – Вот радоваться мне или огорчаться, что я живу одна, и никаких скандалов у меня нет?

– Парадокс, однако! – воскликнула Ксения, словно сама поразилась этому. – Что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку! – И, обращаясь уже к самой Идаире, продолжила: – Ида, ты очень независимая и самостоятельная! Ты имеешь кучу свободного времени, которым распоряжаешься на своё усмотрение. Ты уже нашла в себе целый мир и этим миром увлечена. Ты легко отпускаешь. Потому что, люди со своим космосом внутри, ничего не теряют.