Чтение онлайн

– Коллеги, я, с позволения командира, довольно много личного рассказал о себе, теперь, мне кажется, я имею право узнать вас получше. Вы не против? – обратился ко мне Сержант, чье звание в Силах безопасности незаметно перешло в прозвище.

– На усмотрение комиссаров.

– Зоркий расскажи о себе, может и я задам тебе вопрос.

Люций исподлобья глянул на него. Похоже они не поладят.

– Я не очень-то люблю рассказывать о себе незнакомцам. Да, мы в одной команде, но всего второй день, так что я пас.

– Ладно, твое право, но я запомнил.

– Как знаешь, – Люций отвернулся от собеседника и начал рассматривать округу через бойницу.

– Но, а ты Бестия? Расскажешь о себе или ты мне тоже не доверяешь?

Люций продолжал смотреть в окно, делая вид, якобы ему не интересно.

– Что ты конкретно хочешь узнать?

– Откуда ты?

– С района Служителей народа, там где проживают сотрудники Магистратов.

– Ого, не дурно! И как же тебя занесло в Трибунал?

И здесь он ударил по больному.

– А что я, по-твоему, должна отчеты писать в Магистрате Экологии?! Хочешь сказать, мне здесь не место?!

– Ну ты и правда Бестия. Не злись, просто ты сама знаешь…

– Советую Вам замолчать, – вмешался я в разговор, обращаясь к Сержанту.

– Вот я о чем и говорю! И дело здесь не в родителях? Вон другие служат и нормально! Я ведь девушка, в этом же дело, к тому же еще обеспеченная! Не правда ли, Сержант?

– Нет, что ты. По мне так ты…

– Тыкать ты жене дома будешь, здесь я старше тебя по званию, к тому же заместитель командира, вы поняли меня?

– Так точно!

– Коллеги хочу вам всем напомнить, что мы находимся на боевом задании, поэтому если у вас есть какие-то претензии друг к другу держите их при себе. Это приказ. Используйте время с пользой, отдохните, например. Завтра рано вставать, а неизвестно во сколько мы приедем в форт.

Если вообще приедем, – добавил я в своих мыслях.

До города торговцев оставалось примерно 6 часов. Сержант уснул, Люций смотрел за округой. К Тане подсел ренегат, и в отличие от Сержанта успешно вел разговор, что скрашивало ей разведку. Дрон летал в полуавтоматическом режиме выводя изображение прямо в шлем Тане, фактически заменив ей собственное зрение. Пейзаж за бортом оставался всем таким же унылым – высохшая земля и разрушенные строения, да временами мусорщики, снующие вдалеке. Один встал у дороги, видимо желая что-то нам продать, но учитывая последнюю информацию, опасаясь засады, мы отпугнули его очередью с пулемета.

Как много развалин, интересно, сколько человек жило здесь до войны, если только в Новасити проживает почти пол миллиона жителей? Сколько мыслей, чувств, желаний, планов на будущее, мгновение и все обратилось в прах, оставив на стенах лишь тени, как напоминание о себе. Тех же, кто выжил, трудно назвать счастливчиками, многим из них была уготована еще более страшная смерть, отягощенная мучительными скитаниями на обломках их мира.

Потратив не один десяток литров керосина, мы наконец то доехали до предместий старого мегаполиса, вернее его остатков. Город буквально стерли с лица земли, восемь термоядерных зарядов силой не менее 2 мегатонны каждый упали в район города, три из них на жилые кварталы. Ударная волна смела постройки, а атомный смерч завершил страшную жатву, сжигая заживо, уцелевших под обломками и прячущихся в неглубоких подвалах. Одна из ран, здешней земли сейчас раскинулась по правому борту, – 100 метров в глубину, практически идеально расходящаяся в 400 метров в ширину впадина из смеси грязи и стекла, будет кровоточить радиацией ещё не один век. Надеюсь, в мире не осталось подобного оружия. Знали бы его создатели, что их изобретение погубит своих же правнуков.

В районе наименее пострадавшем от ядерного удара сейчас располагался городок торговцев – жалкое подобие былого града. Его центром стало здание бывшего университета, толстые стены выдержали взрывную волну, но пожары, к сожалению, почти полностью уничтожили книжный фонд и электронные носители. Уцелевшее, давно уже распродали новые хозяева. Вот так некогда центр знаний и человеческого развития, стал прибежищем стервятников, живущих за счет останков старого мира.

Вокруг университета в хаотичном порядке громоздились лачуги из строительного мусора, которого в округе предостаточно. Далее шла стена, собранная из бетонных плит разрушенный домов, по ее периметру стояли вышки с «городским ополчением», а по существу, с наемниками, набранными из малых банд и местных жителей. Корпус, конечно, предлагал свои услуги, но торговцы вежливо отказались. Учитывая, что те исправно платят дань, покровитель особо не стал настаивать, наверное, для них даже к лучшему – не нужно тратить бойцов, боеприпасы и прочее обеспечение на город, к слову получивший название – Вулмарт.

Над главной факторией Вельда поднимался черный дым костров, и чем ближе мы подъезжали к городу, тем сильнее становился запах паленого пластика.

Наша колонна подъехала к железным воротам, возле которых уже стояло с десяток машин и один грузовой корабль пиратов. Выше ворот на платформе установили два пулемета с бронещитами, из-под которых виднелись настороженные стрелки, рядом со входом на вышке в нас целился бандит с РПГ-7.

– Открывай! – попытался я скомандовать.

– Сначала скажи с чем пожаловал комиссар!? – спросил охранник со стены, видимо старший. Ополченцев, не зная в лицо, невозможно различить по регалиям, форму со знаками отличия заменяла разномастная одежда старых времен. На старшем из-под кожаной куртки торчит клетчатая рубашка, поверх нее надет бронежилет, а голову украшает помятая ковбойская шляпа, не удивлюсь если защитный борт скрывает джинсы и сапоги с острыми носами. Другого бойца полностью покрывал – дождевик. Гранатометчик носил выцветшую синюю куртку, а шею нижнюю часть лица обмотал платком, остальную часть защищали строительные очки и военная каска.

– Хотим товаров купить!

– А что в вашем клоповнике закончились? Видимо ты комиссар всех рабочих перестрелял, вот теперь и до наших хочешь добраться!

(одобрительный смех его напарников)

– У вас здесь нет рабочих, одни проклятые торгаши, так что не переживай!

– Что верно то верно! А какая нам с парнями выгода тебя пускать!?

– Еду на старую рухлядь обменяем, и значит ты завтра не подохнешь с голоду!

– Да ладно тебе, давай лучше мы с РПГ бабахнем, и сами все заберем и рухлядь себе оставим!

– Зачем она тебе?! Ты все равно читать не умеешь! РПГ не так сильно «бахает», как залпы ракет, не правда ли!?

– Ну ты и мудак болтливый! Мало того, что к нам приперся, так еще и угрожаешь!

– Ого как закипел, прям сейчас загоришься! Ящик пива, как думаешь поможет тебя остудить?!

– О, вот это другой разговор! Только машины на входе оставьте, приказ начальника. Если, много затаритесь, дадут тележку и грузчиков! Только чур в них не стрелять!

– Договорились!

– Значит так, – обратился я к своим. – Бестия ты естественно за старшего. Ты ренегат со мной и прихвати пиво. Все должно пройти нормально, если дам тревогу или пропадет сигнал с моего личного устройства сносите вышку с гранатометчиком и уносите ноги, все равно вы там нам уже не поможете. Вопросы есть? … Отлично, тогда подай тот короб с «патронами» для пулемета. И выгрузите смесь. Сержант, не обижайся, но твое пиво, как видишь, нужно для более важного дела.

– Ей командир! – обращался я уже к старшему охраннику на воротах. – Давай грузчиков, смесь тащить надо!

– Понял! Сейчас придут!

– Сэр, Вы поэтому разрешили мне взять пиво?

Я подошел к нему поближе и сказал тише, чтобы не услышали ренегаты.

– Да, как один из возможных вариантов прохода. Сержант, пойми, здесь тебе не Силы безопасности. Каждое твое действие оценивается, и твое пиво теперь выглядит не как разгильдяйство группы на боевом выходе, а как предусмотрительное действие, направленное на успешное выполнение поставленной задачи, запоминай и учись.

– Я понял сэр, спасибо.

Сержант немного расстроился, но судя по виду принял мое решение.

Пока мы ждали грузчиков, интерес охраны к нам заметно поутих. Закурив, я стал наблюдать за ними. Сразу в глаза бросаются отличия от наших стражей стены и дело не только в разномастной одежде, они куда более вальяжные, расслабленные, курят на посту, но тем не менее посматривают за округой, просто они, наверное, чувствуют себя более свободными, хотя и уйти из городка они просто так не могут – высок риск умереть от обезвоживания или голода. Но они правы, хоть и не являются образцом свободы. Им не диктуют их жизнь. Понятно, что тут тоже свои правила и законы, но их власти или наниматели не пытаются прописать каждую деталь быта, не навязывают так настойчиво, как в Новасити, приемлемую властям модель поведения. Однако счастливее ли они из-за этого? Кто знает, известно точно, что под всеми этими шутками скрывается зависть – крепкие стены, бесперебойная поставка еды, воды, чистые девочки и целая куча развлечений. Должно быть ополченец на стене без особых сомнений обменял свою часть свободы на набитый живот, пару рюмок и чувство безопасности. Правда человек ко всему привыкает и вскоре забудется былая нехватка пищи, ему приестся новая, и он захочет изменений, большего. Неудовлетворенные желания копятся, перерастая в недовольство, а недовольство рождает бунт. Кто создавал Новасити в постапокалиптическом мире учел все «недостатки» государств прошлого. Питательная смесь приправлена огромным выбором вкусовых добавок и глутаматом натрия 46 , масса дешевого алкоголя и легких наркотиков, проституция, бои, игры, виртуальный мир и прочие «радости» жизни. А как же развитие духа? Для тебя есть Святая Единая Церковь, чувство превосходства над дикарями с Вельда, образ врага – в его бандах и таинственных тварях, мифическая цель – построение подобного раю Нового мира. Умственное развитие? А зачем если у тебя 3 класса профильного образования? Тебя научили считать, писать, дали поверхностное представление об истории и мире, втолковали Закон Божий и наконец, натаскали на нужную государству и обществу специальность. Может ли из этого развиться потребность к знаниям, когда нет ни мотивации, ни импульса извне? А если ты волею судьбы оказался во властной структуре, то всегда сможешь «наслаждаться» большими благами и чувством превосходства над «сбродом» с рабочих районов. Если же вопреки всему из тебя вышла настоящая индивидуальность – некая «особенная снежинка», которая недовольна положением вещей, тогда тебя успокоит весь репрессивно-надзорный аппарат государства, Левиафан, чудовище Нового мира, сожрет тебя без следа. Отработанный механизм работает исправно, я не помню не единой стачки, коллективной петиции, забастовки. И только великие потрясения смогут нарушить привычный уклад Новасити. Хотя, на мой взгляд, у существующего строя есть уязвимое место, противоречие, невольно заложенное самим Отцом или кем-то еще – утвердив общество потребления они не сопоставили человеческую природу и имеющиеся ресурсы. Человеку, увидевшему стул с обивкой уже не так удобно сидеть на табуретке. А стул с обивкой каждому не получается создать и продать. И люди вопреки всем ограничениям замечают, что есть в этом обществе определенное неравенство, а значит появляется зависть, одна из главных причин недовольства. Повторюсь, нужен мощный катализатор, чтобы все пороки Новасити вышли наружу и стали очевидны хотя бы для части населения. В их уме, где раньше гнездился замысел партии, образуется пустота, которую сможет заполнить новая идея, возможно, способная изменить ход вещей. Однако пока механизм работает прекрасно.