Чтение онлайн

– Этот паршивый мир отчаянно нуждается в человечности с момента его сотворения по сей день, - запальчиво заявила Фиана.
– И всякий, кто объявлял, что несет именно человеколюбие, необходимое всем, начинал новую эру, еще более кровавую и жестокосердную, чем предыдущие. Самое страшное из всего, о чем я читала, - это христианство и коммунизм.

– Фашизм забыли, - вежливо напомнил чудак.
– Да и мусульманство нисколько не лучше остальных...

– Ну как же... Разве что, буддизм не жаждет чужой крови, - Фиана рассмеялась истерическим смешком.
– Только фашизм не был ханжой: о своей бесчеловечности объявил заранее и называл вещи своими именами. Другое дело, кому от этого легче... Но хотя бы знали, чего от них ждать. О мусульманстве мало что знаю.

– Не скажите, - Иосиф покачал головой.
– Неужели не слыхали, что и фашисты прикрывали красивыми словами о всеобщем счастье свою беспощадность, свирепость, садизм.

– Счастье для немцев, - возразила Фиана.

– Ваши рассуждения очень похожи на те, что некогда высказывал один мой старинный знакомый. Мой... соперник. Мизантроп был редкостный.

– Понятно. Выходит, тот и сманил эту... вашу? И почему она предпочла его, я поняла тоже.

– Отнюдь, - ответил странный собеседник.
– Уверяю вас, вы ошиблись. Все произошло совсем наоборот.

– Хотите сказать, она предпочла филантропа вас? Так она дура?

– А вы считаете невероятным, что меня могла избрать умная?

Фиана оценивающе уставилась на Иосифа. Его черты по-прежнему терялись в темноте, но по мере того, как девушка всматривалась в них, знакомые контуры вдруг начали смутно проступать в его облике... Странное чудится, вернее, невероятное... Как такое могло померещиться во тьме? С ума она сходит, что ли?

– Нет-нет, да не волнуйтесь вы так. Многие находят меня похожим на Него, - криво улыбнулся собеседник, задрав голову к небу, то есть, куда-то в сторону потолка.

– И вы этим пользуетесь?

Тот пожал плечами и, вопреки своей манере на все находить ответ, горестно промолчал.

Из ее сумки раздались чуть слышные в гуле казино трели телефонного звонка.

Иосиф молча смотрел на Фиану. Она и не думала доставать трубку, все равно, это, скорее всего, был Яшка со своим хамством... Или Джейсон со своими Клэрами... На худой конец, Том со своим либидо...

Ей уже было не до любовных игр. Иосиф начисто отбил всякую к тому охоту... Интересно, какая дура... или умная могла предпочесть его кому-то, кто рассуждал вообще, в принципе... Тем более, мизантроп, а зло притягивает... Урод, что ли...

– Уверяю вас, есть на свете женщины, их даже достаточно много, которые находят привлекательными именно беседы со мной... И уж никак не внешность. Кстати, красивее того поэта я никогда никого не знавал.

– Так он еще и поэт?

– Бард по-вашему, - поклонился Иосиф.

– А по-вашему, кто?
– подловила девушка.

– Пожалуй... Стихи, струны, - да, конечно, бард...

Как можно бросить красивого барда ради этого придурка?

– Между прочим, я тоже бард, - сообщил Иосиф.
– Только песни у нас разные, да и мы мало похожи. У него там сплошная красота, романтика, паруса алые... У меня же вечный спор.

– Между кем?

– Между добром и злом, так ведь полагается, - Иосиф смущенно улыбнулся.
– Еще смешные мистические, про потоки разных созвездий: например, "поток Овна", про круги ада "О чем задумался, товарищ Вельзевул", или монолог быка перед боем "Фиеста", песня гадкого утенка, - короче, разные.

Фиана бросила на него недоверчивый взгляд.

И тут рядом возникли два качка в джинсах, а между ними тип в костюме и под галстуком. Тип вежливо обратился к Иосифу: - Я уже просил вас освободить мое казино от вашего присутствия.

Едва тот попытался открыть рот, как тип протестующим жестом руки его заткнул: - В последний раз говорю с вами вежливо. Если вы сейчас же не уйдете молча, моя охрана будет говорить с вами по-другому. Прошу ничего не отвечать, мне не нужны здесь проповеди, просто уходите по-хорошему. И впредь не появляйтесь.

– Вы не имеете права!
– с места в карьер заорала Фиана.

– Еще как имею, - сказал тип.

– А в чем дело?
– поинтересовалась она чуть тише.
– Я вообще-то заплатила за номер в этом отеле.

Качки молниеносным движением построились по обе стороны.

– К вам это не относится, - поклонился тип.
– Я обращаюсь только к вашему спутнику. Его присутствие здесь излишне.

– Я хочу знать, в чем он виноват, - твердо сказала девушка.
– Украл что-нибудь? Обидел кого-то? Испортил ваше имущество?

Иосиф наблюдал за перепалкой с благосклонной улыбкой и отстраненным интересом, словно не к нему относилось происходившее.

– Он все знает, спросите потом самого, - вывернулся тип и заявил: - Так сам покинешь помещение или мне применить силу?

Виновник происшествия молча улыбался.

– Я желаю знать немедленно, причем от вас, - ледяным и снова сильно повышенным голосом сказала Лапни.
– За какие провинности вы изгоняете осюда моего знакомого, чем оскорбляете его и меня?

– Хорошо, - процедил тип.
– Он ведет себя неэтично по отношению к нашему заведению.

– То есть?

– Он не просто объясняет клиентам, что играть плохо, - он еще рассказывает о нашей якобы нечестности, придумывает вслух, каким образом мы способны облапошить, чем отпугивает людей, добивается, чтоб те не играли!
– потеряв терпение, закричал тип.
– Мы не впервые терпим из-за него убытки. Иди в другое казино, монах! Если тебя здесь еще куда-то пускают.

Он посмотрел на своих молодцов и те, схватив парня за бока, стали выволакивать его из-за стойки. Фиана вскочила и заметалась, никто вокруг не обращал на них внимания. Наконец, Иосиф, со словами "хорошо, я уйду" выдернул руки. Его легко отпустили, только подтолкнули по-направлению к дверям, а затем двинулись следом на некотором расстоянии.

Лапни расплатилась и понеслась за компанией, но Иосиф как будто растворился в воздухе.

Алые паруса снова дразнили солнце, бороздя залив Золотых Ворот в синеве неба, тонувшей в сапфировой воде. Яркие блики заигрывали с красавицей яхтой, то сновали сверху вниз, то прыгали по сторонам, то задорно подмигивали из-за парусов. Картина выглядела бы мультяшной, если бы хрустальный звон чистого, лишь чуток подмалеванного непонятным розовым маревом, воздуха тонюсенько не пронизывал шум Рыбачьей Пристани.

Что бы ни отдала Дина, лишь бы вместо проклятого магазина оказаться сейчас на борту загадочной яхты и побеседовать с Алоном Полинером. Молодой женщиной почему-то владела твердая уверенность: хозяин ало-парусного великолепия именно он.