Чтение онлайн

empty-line/>

Глотая слезы, я вожу ладонью по стеклу, обводя пальцами каждую звездочку.

– Думаю, так Эверетт говорит, что любит тебя. И что всегда любил, - шепчет Амелия.

Я слышу ее всхлип, вижу, что и она плачет так же сильно, как я.

– Серьезно? Вы обе плачете? Боже, помоги!
– бормочет Джейсон, вытаскивает телефон из кармана и отходит.

 Я снова гляжу на коллаж, а потом отдаю Амелии.

– Можешь отнести это в главный дом и оставить в кабинете? Мне нужно встретиться с Эвереттом и извиниться.

Мы обе вытираем слезы и смеемся. Амелия забирает раму и идет к дому. Я смотрю ей вслед, улыбаясь, когда вижу, как она прижимает коллаж к груди, словно это самое ценное, что она когда-либо держала.

Глава 38

Эверетт

Я подъезжаю к дому Бобби, паркуюсь, забираю ключи, выхожу из грузовика и иду к двери.

В своем сообщении Бобби написал, что он больше не может, что сегодня он вернет свою семью так или иначе. Я ответил, чтобы он дождался меня, и надеялся, что смогу отговорить его от шага, который он собирался сделать с обрыва.

После двух последних наших встреч, ему, казалось, стало лучше. Как только я садился с ним, начинала литься его ненависть, но после часа или двух разговора он успокаивался, и ему легчало. Хоть он и раскачивался между трезвостью и срывами, я верил, что он шел по пути восстановления, ведь хороших дней у него стало больше, чем плохих.

Я поднимаю руку, чтобы постучать, но как только кулак касается двери, раздается щелчок, и она медленно открывается. Толкая ее шире, я робко прохожу в квартиру.

– Бобби, ты тут? – зову я.

Он не отвечает, и я прохожу внутрь, закрываю за собой дверь.

В комнате темно и воняет старой гниющей едой. Прикрывая нос рукой, я ощупываю стену, щелкаю включатель и кривлюсь, когда вижу бардак в гостиной.

Я говорил с Бобби тут несколько недель назад, и тогда все не выглядело. Комнатка была маленькой, но аккуратной и чистой. Все было на местах, как у типичного военного.

Коробки от фастфуда и мешки усеивают все поверхности, стопки грязных тарелок с плесневелой едой стоят на кофейном столике и тумбочках, и я сбиваю ногой пустые бутылки от пива, разбросанные на полу.

– Твою мать, Бобби, - бормочу я, качая головой, проходя глубже в комнату.

Телефона в заднем кармане начинает вибрировать. Я вытаскиваю его, вижу на экране имя Джейсона и подношу его к уху, пока иду к коридору.

– Что ж, твой план сработал, - говорит Джейсон.

Я медленно двигаюсь по темному коридору и замираю у закрытой двери спальни, боясь до смерти того, что увижу за ней. Многие мужчины, даже сильнее Бобби, принимали решение оборвать жизни, когда не могли справиться с возвращением домой после миссии в армии. Я не могу потерять кого-то еще в жизни. Не того, кому пытался помочь.

 «Прошу, Боже, не дай мне найти его за дверью».

– Ты слышал? Я сказал, что твой план сработал, - повторяет Джейсон.

Я едва слушаю, пока он рассказывает, как отдал Кэмерон мой подарок, что он ей понравился, и подробно описывает ее слова и реакцию.

– Угу, - отвлеченно отвечаю я; ладонь дрожит, когда я тянусь к ручке двери.

– Это было нечто. Ты даже Милли довел до слез, - смеется Джейсон.

Я вздрагиваю, ладонь замирает на ручке двери. Воспоминания и обрывки разговоров с Бобби заполняют голову.

– Как ты ее назвал? – шепчу я, наконец-то толкая дверь и заходя в спальню.

– Что? О, я про Амелию. Милли - это прозвище, но она его ненавидит. Я порой называю ее так, чтобы подразнить. И вообще: оно довольно милое.

Сердце бешено стучится в груди, когда фразы Бобби из наших разговоров возвращаются ко мне.

…Я сделаю все, чтобы вернуть свою Милли…

…Эта стерва заплатит за то, что забрала мою семью…

…Она пожалеет, что испортила мою жизнь…

– Джейсон, как звали мужа Амелии? – спрашиваю я, беря рамку, стоящую на тумбочке у кровати.

– Эм, Роб? Или Роберт. Но военные, вроде, звали его Бобби. А что?

У меня холодеет кровь. Я переворачиваю рамку. На глянцевом фото Амелия в свадебном платье, улыбающаяся и счастливая. Она смотрит на мужчину во фраке рядом с ней. На своего мужа, Роба/Роберта/Бобби.

Я думаю обо всех письмах, которые кто-то прислал Кэмерон в лагерь. После нашей ссоры я проник в кабинет, нашел папку и просмотрел их все. Тогда я не мог отогнать ощущение, что в них было нечто знакомое. Я даже потратил время, узнав о невесте Эйдена, Мишель. Я заставил друга проверить ее историю, даже пару дней последить за ней. Но я выбрал не того человека.

Кэмерон все это время угрожал один из моих друзей. Тот, кому я помогал, кому, как я думал, становилось лучше.

– Отправь Сета и тех работников, которых найдешь, запереть всех отдыхающих в главном доме, а потом посади Кэмерон и Амелию в свой грузовик и увози из лагеря. Живо! – кричу я в телефон, выбегая из спальни и мчась по коридору.

Я распахиваю входную дверь так сильно, что она врезается в стену, но даже не закрываю ее за собой.