Чтение онлайн

Вдовствующая императрица грозно нахмурилась, лаерна Бриар спрятала улыбку, а мать Змея чуть склонила голову, словно извиняя императора… но не прощая.

Еще бы ей простить! Ее семья в опале. До сих пор. А наш правитель не то забыл об этом, не то не знает, как подать отмену, чтобы его не побили туфелькой от радости.

Зато я знаю! А еще знаю, что Стейн никогда об этом не попросит.

Церемонно поклонившись правителю, Вард вернулся к нам.

Глашатай назвал мое имя.

Шагая навстречу императору, я старательно подбирала слова. Одна, две, три ступеньки. Протокольная речь. Вопрос, за которым чувствуется подтекст: какого еще беса надо этой внезапной, как приезд родни, девице?

– Я прошу вернуть семье Стейна Уотса-Борга все ее привилегии, титул и изъятое состояние, – срываясь на шепот, ответила я.

– Какая основательная просьба… – В глазах императора легкой тенью промелькнуло вначале удивление, затем радость. – Не могу вам отказать.

Я пробормотала слова благодарности и поклонилась одновременно. Потом так спешила назад, что потеряла туфлю, так с ней в руках и добралась до двери.

А глашатай уже приглашал Змея.

Мы встретились в шаге от выхода. Улыбнулись друг другу. Он пошел к императору, а я – надевать туфлю. Возвращать утерянные части туалета на место этикетом не запрещено.

Я как раз справилась со своенравной обувкой и расправила ткань подола, когда в зале прозвучало:

– Я прошу расторгнуть наш брак.

Ровный и уверенный голос принадлежал Змею. Стейн стоял на третьей ступеньке и вопросительно смотрел на императора. А я не знала, что думать. Развод? Зачем? Мы же любим друг друга?

Правитель бросил на мать быстрый взгляд, потом посмотрел на фаворитку. Обе женщины старательно держали лицо, делая вид, что не понимают, о чем идет речь, но его это ничуть не обмануло.

– Не вижу препятствий.

Император вытянул руку в сторону Стейна, и тени над его раскрытой ладонью сложились в несколько кругов, вложенных друг в друга. В них появились наши имена. Секунда, и они исчезли.

– Поздравляю с разводом. – Слова императора прозвучали набатом.

Расторжение брака не укладывалось в голове, потому что я не находила ответа на вопрос: зачем? Обряд ведь никого не заставляет. Или Змей мне солгал?

Прислушалась к себе. Нет, я все так же его люблю, хоть и не понимаю причин развода. Глянула на довольного Стейна, идущего обратно. Ничего не изменилось, он по-прежнему смотрит на меня с нежностью…

Глашатай объявил об окончании аудиенции. Сдвинувшись в сторону от двери, мы замерли в полупоклонах.

Император и его свита покинули зал. Потом настала наша очередь. Едва мы оказались за дверью, как я цапнула Стейна за руку и оттащила в сторону.

– Если ты сейчас не ответишь, зачем нас развели, я тебя побью! – выпалила я, глядя в довольные васильковые глаза.

Вместо ответа он неожиданно опустился на одно колено, выудил из кармана тонкое колечко и спросил:

– Выйдешь за меня замуж?

– Мы только что развелись! – сердито напомнила я, наконец поняв, для чего он все это устроил.

Надо выходить замуж не потому, что так кто-то решил. А потому, что так решили вы. Ты и он. И больше никто.

– Тебя смущает брак с разведенным? – насмешливо спросил Змей, натуральный, но любимый.

– А тебя?

– Ничуть. – Он ловко надел кольцо на мой палец.

– Я не сказала «да». – С трудом сдерживая улыбку, я покрутила украшение.

– Ты не сказала «нет». – Стейн поднялся с колена, обнял ладонями мое лицо и поцеловал.

– Да! – выдохнула я, глядя в его счастливые глаза.

В камине потрескивали дрова: саламандра носилась по поленьям, выбирая повкуснее. За окном солнце пекло укрытые ледниками далекие вершины, устоявшие перед напором лета, путалось в листьях жимолости, отбрасывающих на пол мастерской замысловатые тени. Тикали часы за дверью. Из кухни тянуло ароматными травами – домоправительница успокаивала нервы после визита Ненси.

Сестричка на славу поработала над ее образом. Традиции ее родины были соблюдены, длинные платья и шали остались. Но цвета стали куда веселей, а фасоны – не такими громоздкими. Выглядела женщина теперь куда моложе. На нее даже начал засматриваться хозяин сапожной мастерской. Но сестричке этого оказалось мало, теперь она пыталась уговорить мою домоправительницу сняться в проекции для рекламы салона, где работала.

– Мартиша, будешь чай? – донеслось из коридора.

– Нет, я потом, – отозвалась я, выкладывая на стол круглые заготовки, напоминающие кольца.

Зная упрямство Ненси, я уверена, что скоро госпожа Бевис будет красоваться на проекции.

Я вон тоже сопротивлялась, но сестра все равно отвоевала у меня Беллу. В итоге мы обе стали «приходящими» мамами лисичке. У Ненси она два раза в неделю. У меня тоже два. На один день ее у нас забирал Юрг.

Да, не смог он с ней расстаться.

Белла была в полном восторге от такого количества хозяев и больше бунтов не устраивала. Ее занимали куда более интересные вещи: мы освоили начальную программу ректора и приступили к основной части обучения. Постепенно Белла превращалась в настоящую миниатюрную помощницу боевого бытового мага. И темного боевого мага. Ректор не упустил возможности натаскать ее и в качестве помощницы Юрга, на случай если вместо его птицы рядом окажется она. Или мы с теневиком окажемся в переплете вместе с лисичкой. Юрген представить такой вариант не мог, но все равно тренировался с лисичкой и со мной.

Стейн, шутя, спрашивал, не пора ли ему ревновать.

Ревновать было не к кому. Я на чужих котиков не покушалась.

Да, то, что котик сестрички – Юрг, выяснилось случайно.

Мы с Ненси, Стейном и Бернардом сидели в кафетерии, когда он ей позвонил. Надо было видеть наши с братом лица, когда сестричка в своей непосредственной манере представила нас проекции Юргена. Змей, как оказалось, догадывался о личности хвостатого.

А сам «котик» влип. Точнее, влюбился. Причем взаимно. Это было видно, когда они с Ненси разговаривали, смотрели друг на друга, просто сидели рядом…

Но, как и мы со Стейном, они не торопились жениться.

Юрг хотел получить диплом, до которого осталось полгода. Ненси – повышение. Ее пригласили следить за гардеробом младших фрейлин. Наша семья все же получила работу во дворце. Только вот отец к ней не имел никакого отношения. Они с мамой жили в уединенном домике на одном из удаленных горных курортов. Отец с нами не общался, считая предателями. Общалась мама. Наконец получив мужа в полное свое распоряжение, она воспрянула духом и телом и выглядела очень счастливой. А нам другого и не надо.