Чтение онлайн

– Сила силу ломит, так? – спросил Иван.

– Никакой силы, – резко сказал Симон, разглаживая колени. – Компромисс всегда возможен. Тем более, боится ли он смерти? Всё зависит от его воспитания и того, во что он верит. Может быть, его виду, как живому существу, смерть не страшна.

– Он боится, – сказал авторитетно Дигон. – Если к нему кто-то войдёт внезапно, он прячется.

– Это не обязательно от боязни смерти, – не согласился Симон. – Это может быть уловка, а то и ритуал, вынесенный из своей среды.

– Он что, гостей боится? – встрепенулся дон Севильяк, напрочь, похоже, пропустивший мимо ушей тему разговора и предположение Симона.

– Не боится, – успокоил его Симон. – А тезисы твоего разговора с ним, Ваня, я думаю, могут быть такими…

Солнце кануло за горизонт. Налетели тучи комаров. Они и до того беспокоили собеседников, но к темноте стали проблемой. Особенно страдал от них Дигон. Да что Дигон, если Иван, привычный к ним, но и ему они досаждали.

Казалось, только Симон к этим жалящим созданиям оставался равнодушен. Он уточнял, закапываясь в мелкие детали, тему и план предстоящей встречи Ивана с в”ыгом.

Впрочем, он стал повторяться, это заметили все, кроме самого Симона.

– Хорошо тут, – взял на себя инициативу Сарый, перебивая неспешные рассуждения Симона, – а дома лучше. Во всяком случае, там нет этой напасти, – и он хлопнул себя по лбу, убивая очередное насекомое. – Во! – показал он пятно крови на ладони.

– Можно костерок развести, – предложил Иван. – Дымок разгонит их.

Симон оглядел друзей, отметил их судорожные движения в схватке с полчищами кровопийц.

– Думаю, не надо никаких костров. Нового ничего мы уже здесь не надумаем.

– Старое позабудем, если ещё посидим здесь с полчаса, – поднялся Сарый, отряхивая штанину ниже спины.

– И то, – поддержал его Толкачёв. – Дигон, дай руку!

Навсегда, казалось, потерявшие всякое представление, кушеры неподвижно сидели перед экраном телевизора. Показывали очередной боевик: стрельба из всех видов оружия – пистолеты, пулемёты, гранатомёты; гремели взрывы; и всё это громило и крошило неведомых врагов; убийство каждые полсекунды; акробатические прыжки и кунг-фу… Кровь – рекой.

Было на что посмотреть человеку, родившемуся и жившему тысячелетия назад, когда в полном дневном сражении враждующих сторон трупов было значительно меньше, чем за несколько минут рутинной жизни героя телефильма.

– Им ещё показать бы фантастический триллер, – оглядев напряжённые лица кушеров, сказал Толкачёв. – И чтобы зверья самого необычного побольше. А? Динозавров, Кинг-Конга…

– Вот и пусть сидят, – по-русски буркнул Сарый. – Есть не просят.

– А что, есть не будем? – разочарованно пророкотал дон Севильяк, отрывая некоторых кушеров от экрана.

– Камен? – вопросительно поднял брови Симон.

– Ты думаешь, я только и делаю, что готовлю на эту ораву? – огрызнулся Сарый. – Я им здесь…

– Я схожу в магазин, – встал между Учителями Иван. – Давно там не бывал. На людей нормальных погляжу. На современных… Нормальных.

– Не надо тебе ходить в магазин, – сказал Симон. – Посмотреть на людей – иди. Но попробуйте разместить их так, чтобы при еде они не мешали друг другу. А я буду… через полчаса.

– Так далеко? – недоверчиво вскинул на него глаза Сарый.

– Не важно, – отвернулся от него Симон.

Полчаса пролетели в полной неразберихе.

Одно то, что кушеров заставили мыть руки с мылом, вызвало среди них нешуточный, почти панический, переполох.

Иван распорядился, Сарый ядовито захихикал, дон Севильяк своим вольным смехом заставил ожить предметы в квартире, а Дигон успокаивал единомышленников и уверял их в том, что с ними от этой странной процедуры ничего плохого не будет.

– Я уже пробовал, – уверял он и показывал кисти рук.

Симон вернулся не один. С Манеллой. И она, и он принесли еды на полный взвод оголодавших солдат, как отметил Иван, встречая их.

Манелла, лишь едва обретя очертания в реальном мире, высказала своё мнение о мужчинах, у которых не хватает ума содержать себя в чистоте и порядке.

– А ты возьми парочку из них на перевоспитание, – нашёлся Сарый. – Помой. Ухоль. Вот тогда и…

– Нужны они мне. Скажи лучше, куда это всё поставить? – временница показала на громадную сумку со снедью.

– Идём на кухню. Я там найду куда.

– Камен, несносный ты мужлан! – воскликнула возмущённо Манелла. – Ты, может быть, возьмёшь её у меня и отнесёшь сам?

– Носит их тут, – посетовал Сарый, но сумку подхватил. Оценил: – Вот это да! Неделю в магазин не пойду.

А Манелла громко продолжала ему выговаривать в затылок, следуя за ним на кухню.

– Ты никогда не отличался вежливостью. А, живя у Вани, ты ещё и разленился.

– Так его! – напутствовал их, явно довольный создавшейся обстановкой Симон.

– Ты чего за мной пошла? – обернулся Сарый. – Сам разберусь.

– Посуду и вилки взять. Ты думаешь, я, как эти… ваши, руками есть буду?

– А ты что, сюда есть заявилась, – возмутился Сарый. – Здесь вам что, ресторан… харчевня какая?

– Не есть, а участвовать в беседе, – наставительно проговорила Манелла. – И хоть как-то обратить ваше внимание на меня.

– На тебя? – почти со стоном воскликнул ходок. – Зачем ты им? У них жён штук по пять у каждого. Молодых и не таких… о себе мнительных.

– При чём тут жёны? Я лишь для того среди них буду, чтобы они ели хорошо. А то, глядя на твою постную физиономию и выслушивая твоё ворчание, у них кусок в горло не пойдёт… Куда ты это засовываешь? Ой-ёй-ёй!! Что у тебя тут творится?

Манелла с отвращением разглядывала содержимое холодильника, потом оттолкнула Сарыя от него и с причитаниями начала наводить порядок на полках.

Временница ли помогла, но кушеры без особых сомнений съели всё, что им подали. Только Дигон воротил нос от колбасы и сыра, вызывая язвительные замечания от Сарыя.