Чтение онлайн

– Чувак, вероятно, захотел стать звездой.

Голос раздаётся со стороны разбитого входа позади Мартинеса. Мартинес поворачивается и видит Губернатора, стоящего в дверном проходе. Его жилистые руки скрещены на груди, длинный подол плаща-пыльника развивается на ветру. На лице мужчины играет загадочное выражение, смесь потрясения, презрения и мрачного любопытства. Позади него как мрачные истуканы стоят Гейб и Брюс. Мартинес пребывает в недоумении.

– Хотел стать кем?

Выражение лица Губернатора изменяется - тёмные глаза начинают с воодушевлением блестеть, подкрученные вверх усы неодобрительно подёргиваются.

– Во-первых, - спрашивает Губернатор ровным, невозмутимым тоном, - расскажи мне в точности, что здесь произошло.

* * *

– Он не страдал, Лилли... помни об этом… боли не было... он просто ушел к свету.

Боб присаживается на тротуар, рядом с Лилли, которая ссутулилась с опущенной головой, и её слёзы капают ей на колени. Боб открывает аптечку первой помощи и обрабатывает йодом порез на её лице.
– Это большее, на что мы можем рассчитывать в этом грёбаном мире.

– Я должна была остановить это, - произносит Лилли безжизненно, слабый голос звучит как из куклы, с севшей батарейкой. Она вытирает слёзы.
– Я могла, Боб, могла остановить это.

Нависает молчание. Ветер грохочет кровлей и проводами. Практически всё население Вудбери собралось на Мейн Стрит, поглазеть на произошедшее. Рядом с Лилли, накрытый простынёй, лежит на спине Джош. Минутой ранее, кто-то накрыл его тело самодельным саваном, которое уже пропиталось кровью из простреленной головы Джоша. Лилли нежно поглаживает его ногу, нервно сжимая и массируя, словно пытаясь разбудить. Выбившиеся из хвостика завитки волос, падают на удручённое израненное лицо.

– Успокойся, милая, - произносит Боб, убирая бутылочку с бетадином обратно в аптечку.
– Ты не могла ничего сделать, ничего.
– Боб бросает взволнованный взгляд на разбитую дверь торгового центра. В вестибюле он видит, как Губернатор и его сопровождающий разговаривают с Мартинесом. Тело мясника лежит в тени. Губернатор, экспансивно жестикулируя, показывает на тело и что-то объясняет Мартинесу.
– Проклятый позор, вот что это такое, - говорит Боб, глядя в сторону.
– Вопиющая несправедливость.

– В нём не было ни капли жестокости, - мягко говорит Лилли, глядя на пятна крови на простыне.
– Я бы не выжила без него... он спас мою жизнь, Боб, всё, чего он хотел, это...

– Мисс..?

Лилли поднимает взгляд на звук незнакомого голоса и видит мужчину средних лет в очках и белом халате, стоящего позади Боба. Рядом с мужчиной стоит светловолосая девушка лет двадцати. Она тоже одета в изношенный больничный халат, на её шее виднеется стетоскоп и пневматическая манжета для измерения давления.

– Лилли, это доктор Стивенс, - говорит Боб, указывая на мужчину.
– А это - Элис, его медсестра.

Девушка вежливо кивает Лилли, разворачивая манжету.

– Лилли, не возражаете, если я быстро осмотрю ушибы на лице?
– спрашивает доктор, опускаясь рядом с нею на колени, и вкладывая в уши наушники стетоскопа. Лилли не отвечает, а лишь опускает взгляд на землю. Доктор мягко прикладывает стетоскоп к её шее, груди и измеряет пульс. Он осматривает раны, мягко касается рёбер.
– Сожалею о вашей утрате, Лилли, - бормочет он.

Лилли ничего не отвечает.

– Некоторые из этих ран - старые, - комментирует Боб, поднимается на ноги и отходит.

– Похоже на микротрещины на восьмом и девятом рёбрах, а также ключице, - говорит доктор, мягко проводя пальцами по её флисовому жакету.
– Все раны почти зажили. Лёгкие - чисты.
– Он вынимает из ушей стетоскоп и вешает его на шею.
– Лилли, если вам что-нибудь понадобится, сообщите нам об этом.

Она сдержанно кивает. Доктор подбирает слова.

– Лилли, я только хочу, чтобы вы знали…

Он замолкает на мгновение, подбирая слова.

– Не все в этом городе… такие. Я знаю, что сейчас это звучит неутешительно, - он смотрит на Боба, затем переводит взгляд на разгромленный торговый центр, позади Лилли.
– Всё, что я хочу сказать, если вы захотите поговорить об этом, или если кто-то станет докучать вам, или вы будете нуждаться в чём-либо... не стесняйтесь обратиться в клинику.

В ожидании реакции Лилли, доктор вздыхает и встаёт на ноги. Он обменивается нервным взглядом с Бобом и Элис. Боб подходит к Лилли, приседает и мягко произносит.

– Лилли, милая, мы должны унести тело.

Она слышит его, но до неё не доходит смысл его слов. Она продолжает смотреть на тротуар, поглаживает ногу мертвеца и чувствует пустоту. На уроке антропологии в институте она изучала индейцев алгонкин и их веру, согласно которой дух мёртвого должен быть успокоен. После охоты, они в буквальном смысле вдыхали последнее дыхание умирающего медведя, чтобы принять его дух в собственные тела и воздать медведю должное. Но сидя рядом с холодеющим телом Джоша Ли Гамильтона, Лилли чувствует лишь опустошение и потерю.

– Лилли?
– голос Боба словно раздаётся из другой солнечной системы.
– Ты не будешь против, если мы унесём тело?

Лилли молчит. Боб кивает Стивенсу. Доктор кивает Элис, Элис поворачивается и даёт сигнал двум мужчинам, стоящим в отдалении с разборными носилками. Мужчины, закадычные дружки Боба по таверне, приближаются. В нескольких дюймах от Лилли, они разворачивают носилки и опускаются на колени рядом с телом. Один из мужчин начинает перекладывать огромное тело на носилки, когда Лилли поднимает на них глаза и смахивает слезу.

– Оставьте его, - невнятно произносит она, едва слышным шепотом.

Боб кладёт руку ей на плечо.

– Лилли, милая...

– Я ВЕЛЕЛА ВСЕМ ОСТАВИТЬ ЕГО! НЕ ПРИКАСАЙТЕСЬ К НЕМУ! УБИРАЙТЕСЬ ОТ НЕГО К ЧЕРТУ!

Её отчаянный крик раздаётся в тишине улицы, привлекая всеобщее внимание. Зрители в радиусе половины квартала замолкают и изучающе смотрят. Люди в дверных проёмах выглядывают из углов, чтобы посмотреть на происходящее. Боб отсылает приятелей, а Стивенс и Элис отступают в неловкой тишине. Возникшее волнение привлекло людей в торговом центре. Они стоят в разбитом дверном проёме, оглядывая положение вещей. Боб смотрит на них и видит стоящего посреди осколков со скрещенными на груди руками Губернатора, который хитрыми тёмными глазами оценивает ситуацию. Боб с боязнью подходит ко входу.