Чтение онлайн

А потом встала Гермиона, и очень скоро мне стало не до Захарии Смита.

— … И нам кажется, что для роли преподавателя лучше всего подойдет Линг, — заканчивая речь, она неловко указала в мою сторону, — потому что он лучший и по чарам, и по защите, и, насколько я знаю… — Гермиона виновато посмотрела на меня, — уже прошел программу пятого курса. Короче говоря, мы должны быть готовы, причем не только к экзаменам, но и вообще… потому что Волдеморт действительно вернулся.

«Ну, Гермиона, — думал я, пытаясь соблюсти лицо и делая вид, что ничуть не удивлен услышанным. — А нельзя было предупредить заранее? Что у гриффиндорцев за мода такая на тайны и неожиданности?»

Присутствующие в молчании рассматривали меня так, словно видели впервые, а потом Смит произнес:

— С чего ты взяла, что Сама-Знаешь-Кто вернулся?

Подобных сомнений в его собственных словах — и словах Дамблдора, — Поттер стерпеть не мог, и между ними разгорелся ожесточенный спор. Постепенно разговор сместился на иные, далекие от предложенных занятий темы, но я был этому лишь рад, поскольку получил время обдумать происходящее, а заодно доставить Гермионе несколько неприятных минут в отместку за такой сюрприз, сверля ее недовольным взглядом, отчего она сидела как на иголках и старательно отворачивалась, глядя на собравшихся так, словно искала у них поддержки.

Наконец, когда к всеобщей беседе подключилась Луна, обвинившая Фаджа в создании армии гелиопатов, я понял, что еще пять минут, и все просто-напросто забудут о причине проводившегося собрания. Гермиона придумала полезную штуку, и было бы обидно, если из-за всеобщей неорганизованности идею прокатят. Я встал, и разговоры быстро стихли.

— Значит так, — сказал я негромко, но решительно. — Я буду краток и не отниму у вас — а заодно и у себя, — много времени. Во-первых, я не стану преподавать вам защиту, — Гермиона издала тихий стон, тут же прикрыв рот ладонью. — Объяснять, почему — долго и скучно, однако у меня есть альтернативная кандидатура на должность вашего учителя — Поттер, прошу любить и жаловать, — я хлопнул его по плечу, отчего он слегка вздрогнул. — Судя по тому, с чем он столкнулся за предыдущие четыре года, ему вполне по силам справиться с этой задачей, да и вам будет легче учиться у того, кому вы доверяете. — Я понимал, что Поттеру, каким бы чокнутым его не выставляла пресса, собравшиеся верили больше, чем любому из слизеринцев, пусть даже «лучшему по чарам и по защите». — Во-вторых, что касается Волдеморта… — я переждал ответную реакцию на это имя некоторых слабонервных особ и продолжил: — Как бы вы ни хотели отсрочить неизбежное, как бы вам ни нравились те колыбельные, что ежедневно поет Министерство через «Пророка», Темный Лорд вернулся, и вам придется это принять. Поверьте мне как слизеринцу — мы о таких вещах узнаём первыми.

Собравшиеся не отважились ни высказаться, ни возразить, и даже Смит на этот раз промолчал. Сказать мне было больше нечего, так что я сел обратно и придвинул к себе остывшую чашку.

Судя по тому, как разворачивалась дальнейшая дискуссия, я все рассчитал правильно: с Поттером в качестве будущего учителя обсуждение занятий пошло значительно легче. Я перестал вслушиваться в беседу, сосредоточившись на остатках мутной жижи, которую бармен выдавал за кофе, однако был вынужден снова подняться с места, чтобы не перекрикивать окружающих, когда речь зашла о месте проведения занятий.

— Все, что вы тут предлагаете, полный абсурд, — заявил я притихшим ученикам. — Ни библиотека, ни класс, ни поляна в Запретном лесу не уберегут вас от Амбридж — не такая уж она и дура. В качестве компенсации за свой отказ я поделюсь с вами информацией о месте, в котором последние годы тренировался сам и которое до сих пор никто не обнаружил. Однако мне нужны гарантии, что никто из тех, кто туда придет, не растрепет о нем кому ни попадя, поэтому в данный момент я не буду вам о нем сообщать. Сперва обсудим гарантии, а уже потом — место встречи.

— Да, — с явным облегчением подхватила Гермиона, — я тоже думала… о гарантиях, — она полезла в рюкзак и вытащила оттуда лист пергамента. — Полагаю, всем нам имеет смысл поставить свою подпись… это будет означать, что мы не расскажем о нашей идее ни Амбридж, ни кому бы то ни было еще.

Нельзя сказать, что идея Гермионы вызвала всеобщее воодушевление. Я и сам не стал бы светиться в таком списке, будь у меня какой-то другой способ застраховать свой тренировочный зал от обнаружения, однако выбора не было, и я, равно как и все остальные, написал свое имя на гермионином пергаменте.

— И что за место? — спросил кто-то из Хаффлпаффа.

— Это вам скажут ближе к делу, — ответил я. — Поттер или кто-нибудь еще. Здесь я ничего говорить не буду.

Наконец, более-менее уладив все вопросы, студенты начали расходиться. Поттер, однако, остался за столом, дожидаясь, пока все остальные покинут «Кабанью голову». Видя, что он не идет, Грейнджер с Уизли, собравшиеся было вставать, положили сумки на место и выжидающе уставились на Гарри. Когда, наконец, трактир опустел, Поттер поднял на меня глаза и спросил:

— Почему ты отказался?

Судя по виду, Гермионе тоже не терпелось услышать ответ. Один Уизли выглядел крайне довольным таким поворотом событий. «Волдеморт бы во мне разочаровался, — подумал я, представив случившееся его глазами. — С его точки зрения, у меня была реальная возможность обрести власть над двумя десятками человек. Он бы такого шанса не упустил».

— Прежде всего потому, что мне это не интересно, — ответил я. — Каким бы заклинаниям я вас учил? Ступефаям, Петрификусам и Экспеллиармусам?.. Я освоил их на втором курсе. Думаешь, большое удовольствие заниматься такой ерундой на пятом?

Уизли утратил свой довольный вид, а Поттер был заметно уязвлен.

— Во-вторых, люди, которые сюда пришли, не испытывают большой любви к нашему факультету, — продолжал я, — и с психологической точки зрения им будет значительно проще исполнять твои указания, нежели мои. Мне они станут внутренне сопротивляться, потому что я слизеринец. А ты — гриффиндорец, так что в этом смысле у тебя получатся более эффективные уроки, — я усмехнулся. — Ну и в третьих… даже если бы я хотел преподавать и наплевал бы на психологию… у меня просто нет времени. Мне вон один Снейп задал написать курсовик в двадцать свитков, да и остальные загружают по хуже некуда…

— Двадцать свитков?! — в ужасе воскликнула Гермиона.

— Ни хрена себе! — проговорил потрясенный Уизли. — Это поощрение или наказание?

— Наказание, — ответил я. — И поэтому в мои интересы на данный момент входит быть послушным и хорошо учиться.

Это было действительно так. В сентябре я побывал в Выручай-комнате всего три раза, и то лишь для того, чтобы не растерять приобретенных навыков, а не чтобы научиться чему-то новому. Практики мне хватало на занятиях с Флитвиком — магия стихий, пусть даже на том простом уровне, на котором мы ею занимались, в перспективе вполне могла бы соперничать с некоторыми тибетскими заклинаниями, так что я временно оставил мысль о дальнейшем углублении в визуальную магию и сосредоточился на чарах.

Гриффиндорцы уже подходили к дверям, когда я нагнал Гермиону и придержал ее за плечо.

— На пару секунд, — попросил я. Уизли демонстративно остановился, но Гермиона махнула ему рукой, и он, состроив недовольную физиономию, вышел на улицу вслед за Поттером.

Мы вернулись за столик, подальше от бармена, периодически косившегося в нашу сторону, и я тихо спросил:

— Скажи мне, Гермиона, каким образом та писулька у тебя в рюкзаке сможет гарантировать безопасность моего места?