Чтение онлайн

— Ну давай, — сказала она. — Ты первый, как виновник торжества.

— Только не подходите к нему, — предупредил я, отошел подальше от бревен и вызвал патронуса, одновременно с этим переместившись в его сознание, чтобы не рисковать и полностью его контролировать.

Материализовавшись, патронус сразу же покрылся паром, словно капли дождя, касавшиеся его прозрачной малиновой ауры, мгновенно испарялись.

— Обалдеть! — в восторге воскликнула Полина, подаваясь вперед. — Подведи его поближе!

— Лучше не надо, — с опаской возразил Нотт, сжимая в руке палочку. — Пусть стоит, где сейчас.

— Везет же некоторым, — с нескрываемой завистью произнес Пирс, а Луна сказала нечто совершенно неожиданное:

— Он на тебя немного похож.

— На меня? — поразился я, убирая патронуса и приближаясь к бревнам. — В каком это смысле?

Остальные тоже заинтересованно взглянули на Луну. Та с готовностью ответила:

— Такой же неуверенный и настороженный.

Во мне поднялась волна возмущения — с настороженным я бы еще согласился, но неуверенный? — однако само ее появление указывало на то, что Луна была права. Конечно, если б эта характеристика меня никак не касалась, с чего бы мне так реагировать?

— Вообще-то патронус — часть меня, — сказал я, наконец. — И нет ничего странного, если мы с ним похожи.

Кажется, такой ответ вполне удовлетворил Луну. Она соскочила с бревен и встала на то место, с которого я вызывал патронуса. Я не стал садиться и молча наблюдал за тем, как ее серебристая молния превращается в большого зайца, который резво проскакал перед нашим импровизированным зрительным залом и исчез в воздухе у деревьев неподалеку.

— Теперь мы, — Полина спустилась на землю, за ней последовал Пирс. Они разошлись в разные концы поляны, направили друг на друга палочки и хором воскликнули:

— Expecto Patronum!

Яркие молнии, что вырвались из кончиков их палочек, сразу же начали превращаться, и через пару секунд перед нами возникло два тигра: у Полины — крупнее, у Пирса — чуть поменьше. Тигры бросились навстречу друг другу и принялись бесшумно возиться, словно огромные котята, замахиваясь лапами, катаясь по листьям и припадая к земле перед тем, как сделать очередной прыжок. Было видно, что Пирс и Полина далеко не впервые играют со своими патронусами. Наконец, они убрали палочки и с довольным видом подошли к нам.

— Ты, главное, не кисни, — сказал я Нотту, который хмуро смотрел на то место, где только что резвились тигры. — А когда в следующий раз решишь вызвать патронуса, вспомни этот день.

— Чтобы наколдовать кошмар, — ответил Нотт. Все засмеялись.

— В Хогсмид-то пойдем? — спросил Пирс.

— Я пойду, — сказал я.

— Я тоже, мне надо в магазин, — проговорила Луна.

— Тогда двинули, а то я сейчас в сосульку превращусь, — проворчал Нотт и первым зашагал к дороге.

Сказанные Луной слова никак не выходили у меня из головы. «Ведь так оно и есть, — думал я, пока мы молча шли между деревьев. — Сколько я колебался, прежде чем пойти тогда к Дамблдору, или еще раньше, у почты, когда думал, возвращаться ли к Волдеморту или ждать ответа директора…»

— Ты обиделся? — спросила меня Луна, заметив, что я иду один, погруженный в свои мысли.

— Нет, совсем нет, — ответил я. — Ты все правильно сказала — я как раз об этом думал…

— Неуверенный — не значит слабый, — продолжила Луна негромко. — Просто ты не знаешь, чего хочешь, вот и все.

— И это тоже правильно… — вздохнул я, испытывая все большее разочарование в себе. Мы уже почти вышли на дорогу, как вдруг до нашего слуха донесся приглушенный воем ветра топот и плеск луж под ногами. Секунду спустя из серой пелены дождя и редкого крупного снега вынырнула огромная фигура в темно-коричневой шубе, пронеслась мимо нас, разбрызгивая во все стороны грязь и воду, и снова исчезла.

— Что это было? — ошеломленно проговорил Пирс.

— Хагрид, — сказал я.

— А вы заметили — он кого-то нес на руках? — встревожено спросила Луна. Полина кивнула.

— Он из Хогсмида, — сказала она. — Там, наверное, что-то случилось. Пошли скорее.

Мы направились вверх по дороге, не решаясь обсуждать возможные варианты того, что могло стрястись в деревне. Через несколько минут нам повстречались торопившиеся в замок гриффиндорцы во главе с Поттером.

— Гермиона, привет, — заговорила Полина, когда мы поравнялись друг с другом. — Мы видели Хагрида — что произошло?

Гермиона, обнимавшая за плечи плачущую девушку, которую я не узнал под глубоко надвинутым на голову капюшоном, не останавливаясь, ответила:

— Кто-то проклял Кэти Белл.

Девушка начала рыдать еще сильнее. Несколько секунд мы смотрели, как гриффиндорцы уходят вниз по дороге и скрываются за поворотом, потом один за другим развернулись и потащились дальше.

Добравшись до Хогсмида, мы встали посреди перекрестка, где находилось множество лавок и «Три метлы» Розмерты, какое-то время молча глядя себе под ноги или по сторонам, на светящиеся окна магазинов, на редких студентов, которые рискнули покинуть теплые кафе, чтобы зайти куда-нибудь еще, и на местных жителей, старавшихся поскорее добраться до своих домов и отогреться.

— Я в «Кабанью голову», — наконец, произнес я.

— Мне надо в магазин, перья посмотреть, — сказала Луна, кутаясь в мантию.

— А мы — к Розмерте, — сказал Пирс.

Нотт промолчал. Настроение было испорчено; никому не хотелось договариваться о встрече, чтобы вместе проделать обратный путь. Мы разошлись в разные стороны; я отправился в бар Аберфорта, тщетно пытаясь закрыться от ветра и мечтая о большой чашке горячего чая.

В «Кабаньей голове» вновь было пусто — ученики сюда практически не заходили, а завсегдатаи в такую погоду предпочитали, по всей видимости, сидеть дома, перед камином, в теплой, уютной гостиной. Аберфорт чем-то гремел в задней комнате, но выглянул в зал, когда над дверью звякнул колокольчик.