Чтение онлайн

Впрочем, потерять Хагрида было невозможно даже в темноте — треск от его передвижения слышался прямо по курсу, а спустя полминуты я увидел его самого, бегущего по тропинке, которую он протоптал за месяцы почти ежедневного посещения Арагога. Я зажег Люмос и последовал за ним на расстоянии, решив не приближаться до тех пор, пока мы не доберемся до гнезда — по крайней мере, там он уже не сможет отправить меня обратно.

Минут через пятнадцать мы достигли участка, где среди холмов и насыпей, в норах и оврагах жило племя Арагога. Тут Хагрид слегка снизил скорость, и я его окликнул. От неожиданности тот подскочил и замер на месте, обернувшись ко мне.

— Ты что ж это здесь делаешь, а? — возмущенно, но тихо проговорил он.

— За тобой пошел. Ты ведь хочешь с ним попрощаться?

— Я хочу его забрать, — буркнул Хагрид, — пока они его не сожрали.

— Как бы они и тебя заодно не сожрали, — заметил я, но лесничий отмел такую мысль.

— Да пауки меня сроду не трогали, — сказал он, когда мы начали спускаться с холма, обходя повисшую на мертвых деревьях паутину. Свет палочки выхватывал из темноты все новые пряди толстых нитей, огораживающих гнездо, и серые, лишенные коры стволы и ветви, к которым они крепились. До сих пор мы не заметили ни одного паука.

— Это там, — глухо сказал Хагрид, указывая на проход между двумя невысокими холмами. — Из-за тебя, Линг, мне влетит. Нельзя сюда ученикам.

— А кто узнает? — спросил я. — Лучше пошли, а то мало ли…

Хагрид отправился первым, я — за ним. Было ясно, что если паукам вздумается напасть, Хагрид вряд ли позволит причинить им вред, а многие заклинания, годившиеся для человека и высших млекопитающих, на насекомых, да еще таких, как акромантулы, не действовали. Паутины вокруг становилось все больше, и вот над нами раскинулся непрозрачный полог, гасивший свет моей палочки плотным, насыщенным мраком. Со всех сторон начали доноситься сухой шорох и быстрое шуршание. Будь я один, я бы долго не раздумывал — в борьбе с такими существами годится только плеть, — но в присутствии Хагрида мне приходилось думать прежде всего о нем и его чувствах по отношению к этим созданиям.

Наконец, мы оказались в большом, изрытом черными норами чашеобразном углублении, со всех сторон окруженном холмами и поваленными деревьями. Моего скудного света не хватало, и я наколдовал светящийся шар, на секунду вспомнив похищенную лесными кентаврами Амбридж. «А нас похитят пауки», мысленно усмехнулся я. Шар взлетел к крыше-паутине и замер, слегка подпрыгивая в воздухе. Несколько секунд залитое светом пространство перед нами было пусто, а потом из черных отверстий один за другим повалили огромные пауки. Увидев нас, они стали подбираться ближе, и скоро вся котловина оказалась заполнена их большими круглыми телами с волосатыми лапами и блестящими черными глазами. Один внушительных размеров паук приблизился к нам и остановился напротив Хагрида.

— Наш Отец скончался, — щелкая острыми жвалами, не слишком отчетливо произнес он. — Мы собираемся на поминальную трапезу.

— Я вам не позволю съесть Арагога! Мы его заберем и похороним честь по чести! — возмущенно ответил Хагрид, и я встал рядом с ним, мысленно готовый произнести заклинание. Паук переступил всеми ногами.

— Наш Отец скончался, — повторил он, и хотя речь его была все такой же невнятной, интонации неуловимо изменились, обретя угрожающий оттенок. — И мы освобождены от данного ему слова. Мы обещали, что не тронем тебя, и не трогали, пока он был жив.

— Ну знаете! — Хагрид начал терять терпение. — Где Арагог? Или отойди с дороги, или я за себя не отвечаю!

Паук быстро приподнял свое черное волосатое тело и снова опустил брюхо на землю, явно недовольный тем, как разворачивается беседа.

— Мы даем вам возможность уйти, — произнес он. — В этот печальный день мы не будем на вас охотиться. Но больше не ходи сюда, Хагрид. Мы уважали волю нашего Отца, но перед тобой у нас нет обязательств.

— С дороги! — рявкнул Хагрид и шагнул к пауку. Замершая перед нами масса качнулась навстречу, словно единый организм, и в ту же секунду я выпустил патронуса.

Фиолетовая тварь возникла точно между разозленным Хагридом и напряженно застывшим пауком. Патронус угрожающе зашипел, увидев перед собой такую тьму врагов, а потом молниеносным движением схватил паука за голову и поднял над землей, будто это был не здоровенный арахнид в половину его роста, а крысеныш из хагридова сарая.

— Что за черт! — Хагрид замер, впервые увидев перед собой такое существо. — Линг! Это ты его наколдовал?

— Это мой патронус, — сказал я. Патронус держал паука, безвольно повисшего у него в лапе, а потом швырнул в толпу и издал пронзительный визг, вытянув голову вперед и сверкая алыми глазами. Пауки не шевелились, словно Бандерлоги, завороженные танцем Каа. Хагрид обернулся, желая мне что-то сказать, но потом передумал, перевел взгляд на многочисленных потомков своего любимца и угрожающе произнес:

— А ну прочь!

Патронус прыгнул вперед, и пауки отхлынули в стороны, образовав большой коридор. Делегат арахнидов, с которым так невежливо обошелся мой патронус, уже выбрался из толпы и подобрался к самому краю прохода. Хагрид последовал за патронусом, расчищавшим ему путь, а я остался у входа в котловину. Паук-делегат неловко попятился к одному из самых больших отверстий, и Хагрид, не мешкая, нырнул прямо туда.

Я не представлял, насколько Арагог большой, пока не увидел его, переместившись в сознание патронуса, который последовал за Хагридом в нору. Посреди огромной земляной пещеры вверх ногами лежал паучище размером со слоненка, и каким бы сильным Хагрид не был, вряд ли он смог бы поднять его и вынести наружу.

Я убрал патронуса, поскольку в пещере, кроме мертвого Арагога, никого не наблюдалось, и устремился по проходу между пауками, чтобы помочь Хагриду.

— Ты что! — прокряхтел лесничий, пытаясь сдвинуть Арагога с места. — Зачем сюда пришел? Они ж могли броситься!..

— Теперь уже не бросятся, — ответил я и направил на паука палочку. Через секунду тот оторвался от земли и повис в воздухе. — Идем.

Мы покинули логово с летящим, словно демоническое НЛО, Арагогом, однако пауки не шевелились, провожая нас в полном молчании. Когда мы вышли из котловины и покинули, наконец, владения арахнидов, Хагрид, замыкавший нашу небольшую процессию и следивший за тем, чтобы лапы паука не цеплялись за ветки, спросил:

— Значит, это про тебя тогда в газетах писали — «Патронус-тень в Министерстве»?

— Да, про меня, — ответил я.

— И ты отправился туда вместе с Гарри?

— А ты не знал? — я был немного удивлен.

— Не знал, — пробормотал Хагрид и на время умолк.

Мы возвращались извилистым маршрутом, выбирая такие места, где между деревьев было достаточное расстояние, чтобы Арагог не застрял. Лучи луны рассеивались в густой листве, почти не добираясь до земли, и на путь к дому Хагрида мы потратили значительно больше времени, чем на пробежку до логова пауков.

Опустив Арагога в траву позади огородных грядок и забора, мы некоторое время в молчании стояли рядом, словно отдавая последнюю дань вождю и прародителю местных акромантул. Наконец, Хагрид глухо произнес:

— Хоронить буду завтра. А пока пусть полежит здесь.

Я кивнул и сказал:

— Ладно, мне пора в замок. Двери, наверное, уже заперли, придется стучать.

В темноте я не видел лица Хагрида, но его голос выдавал волнение.

— Хочешь, с тобой пойду? Если что — скажу, я тебя задержал.