Чтение онлайн

— Ну, под боком — это вряд ли, — пробормотал я, предполагая, что в этом случае мой патронус во время своих прогулок заметил бы наложенные чары. — Ладно, пойду дальше…

Хагрид вернулся к своему занятию, а я отправился искать змей, уже почти веря Фиренцу, что питоны и в самом деле намеренно рассказали мне о Бейне и отшельнике, чтобы сверить свои собственные наблюдения с наблюдениями других прорицателей.

Питоны не заставили себя ждать — вероятно, они караулили мое появление, надеясь услышать, что Фиренц думает о грядущих событиях.

— Я узнал, — первым делом сказал я, садясь в траву и глядя на то, как две змеи выползают из своих нор, приближаясь к моим ногам.

— Мы на тебя надеялись, — ответил один питон, поднимаясь над землей, словно кобра. — Ну так что же заметили кентавры?

— А что заметили вы? — спросил я. Змеи переглянулись и, к моему удивлению, рассмеялись.

— Фиренц сказал — вы слушаете голоса земли и тоже что-то знаете, — продолжил я, стараясь не обращать внимания на досаду, возникшую из-за того, что кентавр все-таки оказался прав, и змеи меня использовали.

— Сначала ответь, что увидел кентавр, — произнес питон. — Может, нам и добавить будет нечего.

Я передал его слова, однако на змей они не произвели особого впечатления.

— Ну конечно, — проворчал второй питон. — Всегда у них так — красивые абстракции, вселенский пафос… Сказал бы просто — грядут большие перемены.

— Это Волдеморт, — предположил я. — Это про него пророчество.

— Во-первых, человеческий детеныш, это не пророчество, — с легким возмущением ответил питон. — Пророчество — вещь эфемерная, а здесь все четко и ясно, как в планетарных циклах.

— Скорее, как в кометных циклах, — уточнил второй питон. — Только теперь комета не пролетит мимо — она врежется!

Змеи снова развеселились. Когда питоны начинали изъясняться такими аллегориями, смысл их фраз казался мне не более понятным, чем уроки Трелони.

— А что во-вторых? — спросил я.

— А во-вторых, кентавр тебе больше ничего не говорил? — осведомился питон. Я отрицательно покачал головой.

— В таком случае, советую сходить к нему еще раз. Он тебе не все рассказал.

— Я вам что, мальчик на побегушках? — возмутился я. — Вы знаете больше него, вот и рассказывайте сами!

— Да ты нас тогда вопросами замучаешь! — ответил второй питон. — Лучше уж пытай своего кентавра.

Возвращаясь в замок, я не знал, смеяться мне или злиться — у магматических питонов оказалось весьма своеобразное чувство юмора. Решив не откладывать визит к Фиренцу в долгий ящик, на следующий же день после уроков я отправился к нему в класс.

Кентавр посмотрел на меня безо всякого удивления, словно был уверен, что рано или поздно я вернусь.

— Змеи сказали, что это не все, — проговорил я, глядя на Фиренца. — Что вы еще что-то знаете.

— Как и они, — задумчиво ответил кентавр. — Как и они.

Он сделал пасс рукой, и в классе начало стремительно темнеть. Потолок превратился в звездное небо, но оно оказалось непохожим на то, что видели мы над Хогвартсом. Здесь было гораздо больше звезд, а широкий Млечный Путь представлял собой почти сплошную сверкающую полосу. Кентавр проделал следующий жест, и один из участков этой картины внезапно увеличился, заняв все пространство потолка.

— Смотри, — сказал Фиренц и начал указывать на отдельные звезды, которые сразу же вспыхивали голубыми, красными и желтыми цветами. Я смотрел, но ничего не понимал. Наконец, кентавр опустил руку. На черном небе горело теперь не меньше дюжины разноцветных огоньков.

— Эти звезды, их взаимное расположение, сочетание их величин и некоторые иные факторы говорят о приближении силы — силы одновременно разрушительной и созидающей, несущей в этот мир перемены, последствия которых я не в силах просчитать. — Кентавр опустил голову и посмотрел на меня. — В созвездии этой силы, змееуст, есть и твоя звезда.

Чем ближе становились экзамены, тем больше времени я проводил в библиотеке. Письменных заданий было много, а требования, которые предъявляли к ним учителя, казались чересчур завышенными даже на мой взгляд. Часто вместе со мной в библиотеке сидела и Луна, готовясь к сдаче С.О.В. Обычно она располагалась за столиком впереди, чтобы нам было удобнее общаться — иногда у нее возникали вопросы, а иногда кто-то из нас находил в книгах что-нибудь смешное или интересное.

— Взгляни, — повернулась она ко мне в один из вечеров, протягивая небольшую книгу и указывая на верхний абзац. — Ты знал об этом?

Я посмотрел на текст, но только успел прочитать первые слова: «Дикая охота, вооруженные всадники на черных…», как монетка, которую я до сих пор носил на шее, стремительно начала теплеть. То же почувствовала и Луна, последовавшая моему примеру и повесившая свою монету на цепочку. Вытащив монетку, она повертела ее в руках.

— Наверное, что-то случилось. — Она взглянула на часы. — Скоро девять, странно. Ты пойдешь?

— Пойду, — ответил я, слегка встревожившись, и начал складывать конспекты в рюкзак. — А куда? В Выручай-комнату?

— Нет, к входу в Большой зал, — Луна забрала свой учебник, развернулась и принялась собираться.

Сдав книги мадам Пинс, мы спустились на первый этаж и направились к указанному месту встречи. Мне представлялось, что сейчас я увижу толпу народа, что ходила в прошлом году на уроки Поттера, однако у дверей толклись всего несколько гриффиндорцев — брат и сестра Уизли, Гермиона и Лонгботтом. Завидев нас, Гермиона, нервно сжимавшая в руке палочку, с облегчением вздохнула.

— Мы уже начали бояться, что вообще никто не придет, — сказала она, когда мы остановились рядом.

— Что-то произошло? — спросила Луна.

— Нет, ничего, — начала Гермиона, переводя взгляд с Луны на меня и обратно. — Просто…

Она замялась и посмотрела на Рона, однако тот молчал, недовольно косясь на меня.

— Дамблдор с Гарри ушли… по делам, — наконец, решилась Гермиона, — и Гарри просил нас проследить, чтобы в школе в это время все было спокойно.