Холли и плохой парень
Шрифт:
— Да, — сказал он.
— Тренер! Это Том Вашингтон.
Алекс удивленно посмотрел на часы.
– Уже почти полночь, Том. Что случилось?
— Это Уилл, — сказал он и Алекс напрягся. – Вообще-то, его дом. Вы знаете, что мой папа пожарный? Его только что вызвали на пожар к Стентонам. Ужасный.
По телу Алекса пробежал холодок.
– Ты не знаешь, они в порядке?
— Я пока ничего не знаю, кроме того, что все плохо. Тренер, вы можете забрать меня и отвезти туда? Мама работает в ночную смену в больнице и…
— Я буду у тебя через пять минут. Подожди меня на улице.
Алекс натянул какую-то одежду и зло ругался, когда пытался завязать кроссовки. Он старался оставаться спокойным, когда ехал к Тому, зная, что не поможет Холли тем, что врежется в дерево.
Том ждал на обочине, он запрыгнул в машину и захлопнул дверь еще до того, как та остановилась. Алекс увидел, что парень держал небольшой транзистор, который был настроен на волну пожарной службы.
– Есть новости? – спросил он и повернул к дому Холли.
Том покачал головой.
– Только один парень сказал, что это худший пожар, который он видел за пять лет.
Алекс похолодел.
– Что-нибудь со Стентонами? Они благополучно выбрались?
Том беспомощно пожал плечами.
– Я не уверен. Я не всегда могу следить за тем, что они говорят. Думаю, кто-то сказал, что в доме никого нет…
Они повернули вниз по Мейпл-авеню и оба ахнули. Поднимающееся пламя, дым, мигание огней и вой сирен, люди…
Там также была скорая. Алекс припарковался на другой стороне дороги и они с Томом подбежали к врачу, прислонившемуся к машине.
— Кто-нибудь пострадал? – голос Алекса был резким от страха.
Тот покачал головой.
– Они оба вышли. Мать и сын. Никаких ожогов или серьезных травм. Я уже видел мальчика и он в порядке. Я все еще жду маму, чтобы осмотреть ее и убедиться, что все в порядке. – Врач посмотрел на бушующий ад, который когда-то был домом. – Это ужасно, но никто не пострадал.
Алекс закрыл глаза.
– Слава Богу, — выдохнул он и открыл глаза. – Где они?
— Мальчик вон там, — сказал врач, указывая на соседний дом, где Том и Алекс увидели Уилла на крыльце, опирающегося на перила и наблюдающего за пожаром. Возле него стояла пожилая женщина, обнимая Уилла за плечо. Том побежал туда, а Алекс повернулся к врачу.
— А Холли? Мать мальчика?
— Она, определенно, в порядке, потому что говорила с одним из пожарных, когда они только приехали сюда. Я не знаю, где она сейчас. Может быть, еще у одних соседей.
Алекс осмотрел улицу и нигде не увидел Холли. Он старался ясно мыслить. Если она не была с Уиллом, значит, ее не было у соседей. А если не было, это означало, что Холли не хотела быть ни с кем. Где она была? Одна, наблюдая за домом в дыму? Женщина находилась в эмоциональном шоке, если не физическом. Он должен был ее найти.
Следуя своему предчувствию, Алекс направился на задний двор, проходя достаточно близко к дому, чтобы почувствовать жар от трещащего пламени.
Алекс пошел быстрее. Слава Богу, вот она где. Холли, одетая в длинную белую ночную сорочку, стояла на четвереньках и ее рвало. В одно мгновение Алекс был возле женщины, удерживая за волосы, пока ее тошнило. Через минуты судороги ослабли и Холли вздрогнула. Алекс встал рядом с ней на колени и осмотрел на наличие травм.
— У тебя идет кровь, — сказал он дрожащим голосом и стер рукавом кровь с ее лица. – Это просто царапина, — облегченно сказал Алекс. – И это тоже, — мужчина осторожно стер кровь с предплечья Холли. – Нужно обработать их антисептиком, — сказал он. Холли не отвечала и Алекс не был уверен в том, что она его слышала. Мужчина не был уверен также в том, что женщина понимала, что он здесь. Ее глаза были огромными и темными, когда она смотрела через его плечо на свой дом, и ее лицо освещалось отблеском пламени.
— Холли, — тихо сказал Алекс, пытаясь достучаться до нее. – Холли, — сказал он, взяв лицо женщины обеими руками и передвигаясь так, чтобы она не видела огонь. Ее оцепеневший взгляд, наконец, оживился, но Холли все еще его не видела.
— Моя вина, — сказала она так тихо, что Алекс едва ее услышал.
— Что ты имеешь ввиду? – осторожно спросил он, убирая ее волосы с запачканного сажей лица.
— Это моя вина. Уилл заметил на кухне запах, который его беспокоил. Я сказала, что проверю. У меня было похмелье и я забыла. Наверное, это проводка на кухне. Я мать, это моя работа, о, Боже, я — мама, какая шутка, какая чертова шутка…
Ее затрясло и Алекс обнял женщину.
– Это не твоя вина, Холли. – Ее лицо было прижато к его плечу и на мгновение напряжение, удерживающее женщину, ослабло. Но потом она рванулась вверх, оттолкнув его от себя.
— Это моя вина, — твердо сказала Холли. – Я напилась вчера и была пьяной сегодня, и не обратила никакого внимания на то, что говорил Уилл. Он мог умереть в этом огне из-за меня. Потому что я была неосторожна и безответственна. Я не могу ошибаться, Алекс. Я – единственный родитель. Конечно, это моя вина.
Алекс схватил ее за плечи.
– Хватит, Холли. Хватит винить себя.
— Мой матрац, — сказала она, снова уставившись на дом. Алекс оглянулся через плечо и увидел, что пожарным удалось сдержать пламя. Никаких следов матраца.
— О чем ты говоришь, Холли?
— Он совершенно новый. Я только что купила его. – Женщина вскочила на ноги и наблюдала за тем, как пожарные боролись с последними языками пламени, оставляя почерневшие, дымящиеся развалины. – Ничего не осталось. Все пропало. Все, что принадлежало моей бабушке. Все красивые вещи, которые она сделала.
Голос был оцепенелым и ошеломленным, и Алекс так хотел помочь ей, что его живот скручивало.
— Фотографии Уилла. Все наши фотоальбомы. Все наши…
Алекс беспомощно слушал, как Холли причитала.
– Я знаю, что это ужасно, — сказал он, вздрагивая от неадекватности своих слов. – Но вы в безопасности, Холли. Попробуй сосредоточиться на этом. Это все, что действительно важно.
Холли повернулась, чтобы посмотреть на него и первый раз с тех пор, как он нашел ее за домом, Алекс почувствовал, что женщина, на самом деле, его видела.
— В безопасности, — повторила она. – В безопасности. – Женщина отступила на пару шагов и рассмеялась. – Конечно, мы в безопасности. – На мгновение Холли остановилась и взглянула на него странным взглядом. Когда она заговорила, ее голос был холодным и отдаленным. – Наверное, ты наслаждаешься этим, Алекс.
Его голова откинулась назад, как будто Холли ударила его по лицу.
— Что?
— Ты меня слышал. Должно быть, это твое представление о блаженстве.
Алекс посмотрел на нее.