Чтение онлайн

Ну, а поскольку жалеть себя и терзаться от подставы было не в моих правилах, я плюнул на весь этот сюр и с головой ушел в работу училища. Там было еще очень немало вещей, которые надо было привести в порядок, модернизировать, а то и вовсе создать заново. А тут еще и очередная техническая идея пришла в голову, после разбора принципов работы конструктов в домашней системе водоснабжения. Ну да, не по чину, так, когда меня это останавливало? Правда, Рольф - наш техник, был в диком шоке, когда понял, что я не просто хочу проконтролировать его работу, а всерьез заинтересован используемыми им приемами. Он у нас недавно, и пока не успел освоиться. Ну ничего, годик поработает, еще не к такому привыкнет.

На самом деле, в работе Рольфа с сантехникой, меня заинтересовал один конструкт, создающий в определенном объеме необходимое давление. Конструкт простейший, а областей применения у него... хм, даже на первый взгляд, просто немеряно. Вот я и устремился к Горбунову, нашему признанному повелителю чертежей и схем, глядишь, чего умного подскажет.

Войдя в просторный зал, отведенный под инженерный и художественные отделы нашего производства, я окинул взглядом сосредоточенно работающих людей и, прошагав через все помещение, кивая на ходу в ответ на приветствия, миновал порог второго зала, куда меньшего по размерам, но куда более захламленного. Личная мастерская нашего главного инженера, можно сказать, святая святых "Четырех Первых".

– Гордей Белозорич, добрый день.
– Окликнул я закопавшегося в бумаги Горбунова.

– А, Виталий Родионович, и вам доброго дня.
– Отвлекшись от очередного чертежа, улыбнулся тот и, потерев глаза, решительно помотал головой.
– Подождите, друг мой, я приготовлю кофий. А то совсем заработался. Ничего не соображаю.

– Так ведь еще и полудня нет.
– Удивился я, наблюдая, как инженер священнодействует над туркой.

– А я здесь со вчерашнего дня окопался, всю ночь работал...
– Признался Горбунов и кивнул в сторону какого-то вороха тряпок сваленного в углу зала.
– Собственно, как и Леопольд Юрьевич.

Только тут я опознал в куче тряпья, свернувшегося калачиком второго инженера и, по совместительству, первого ментального конструктора объединения, Попандопуло. "Лёвушка", как некогда прозвали его наши дамы, спал, что называется, без задних ног и даже пленительный аромат свежесваренного кофия, распространившийся по залу, не смог выдернуть его из объятий Морфея. Ну да ладно. Пусть спит.

– Рассказывайте, Виталий Родионович.
– Пригубив горячий напиток, Горбунов поставил чашку точно по центру небольшого блюдца и с любопытством уставился на меня. Пришлось и мне отвлечься от кофия.

– А, собственно, с чего вы взяли, Гордей Белозорич, что у меня есть интересная тема для беседы? Может статься, я зашел узнать, как идут ваши дела?
– Я улыбнулся, а Горбунов в ответ деланно нахмурился. Ой, не любит мастер пустопорожних разговоров...

– Думаете, что-то изменилось со вчерашнего дня?
– Вздохнул инженер.
– Так вот, ответственно замечу, нет, не изменилось. Виталий Родионович, не томите.

– Хорошо-хорошо, Гордей Белозорич.
– Я кивнул.
– Итак, что вам известно о приемах сантехников?

– Хм?
– Удивление в глазах и выразительно приподнятая бровь, были мне ответом.

– Я не шучу, Гордей Белозорич.
– Для убедительности, я покачал головой.
– Не далее, как вчера вечером, я наблюдал работу нашего домашнего техника с системой водоснабжения. Так вот, в своих действиях он использовал один очень интересный и простой конструкт. Позвольте, я его продемонстрирую.

– Ну-ну...
– Только и выдавил из себя ошеломленный Горбунов, но почти тут же встрепенулся.
– Что ж, попробуйте. Это, право, может быть интересно...

Я кивнул и огляделся вокруг, в поисках чего-либо, что могло бы подойти для небольшого эксперимента. Но что можно найти в кабинете чертежника? Правильно, бумагу и инструменты для черчения.

Подхватив со стола чистый лист и небольшой ластик, я свернул бумагу в трубку, установил ее вертикально на столе и, бросив внутрь ластик, активировал уже подготовленный конструкт. Давление под ластиком начало расти, а над ним, наоборот уменьшаться, так что через несколько секунд, резинка просто воспарила внутри бумажной трубки.

– И?
– Без особого энтузиазма поинтересовался Горбунов.
– Мне известен такой наговор. Действительно очень простая вещь, но... Что вы хотели этим показать?

– Представьте, что будет, если доработать этот конструкт так, чтобы ему не требовался физически ограниченный объем?
– Улыбнулся я.

– Ну, не думаю, что это такая сложная задача, но опять же... зачем?
– Пожал плечами инженер.

– Хм.
– Я побарабанил пальцами по крышке стола. Не ожидал, нет, в самом деле, не ожидал. Я думал, что уж Горбунов-то первым ухватится за идею, так что и объяснять ничего не придется. А оно, вон как вышло. Ладно. Попробуем дать подсказку.
– Дирижабль.

– Ди...? А-а, вот оно что!
– Понимающе кивнул Горбунов, но тут же обломал всю мою радость одним-единственным замечанием.
– И как же вы собираетесь воздействовать на него этими конструктами, когда он поднимется в воздух?

– Гордей Белозорич, по-моему, вам и вправду пора отдохнуть.
– Дошло до меня. Тот недоуменно воззрился на меня покрасневшими от недосыпа глазами и, через секунду хлопнул себя ладонью по лбу.

– Ох, ваша правда, Виталий Родионович. Совсем заработался.
– Со вздохом констатировал инженер. Взглянул на бумажную трубку и, пошевелив губами, заключил.
– Да, если доработать конструкты и правильно их разместить, то может получиться весьма интересный летательный аппарат... и не только.

– Но-но! Не жамкайте меня за святое. Автомобили на растерзание не отдам!
– Взвился я, под довольный смешок Горбунова.

– Не жамкать за святое, а? Я запомню.
– Отсмеявшись, кивнул инженер и ткнул пальцем в бумажную трубку.
– Идея интересна, несомненно. Вот только боюсь, что обычным составом мы с ее воплощением не справимся. Нужен человек, разбирающийся в летательных аппаратах. У вас такой найдется?

Глава 2. А мне летать, а мне летать... охота.

Конструктор летательных аппаратов, это, конечно, замечательно. Вот только сначала надо бы выяснить один принципиальный вопрос. Имеется ли вообще возможность модернизировать сантехнический конструкт необходимым образом. Нет, в пределах моих уже давно не таких уж скудных знаний о ментальных воздействиях, я не вижу каких-то непреодолимых сложностей в доработке, но кто знает, как оно выйдет на самом деле? А значит, значит, моя дорога лежит прямиком к Высоковским. Уж кто-кто, а Берг с Хельгой смогут сказать наверняка, какие подводные камни могут ждать нас на этом пути... Вот только, объяснять им, зачем именно мне понадобился такой конструкт, я не стану. Пока.