Чтение онлайн

– Отпишешь мне свое имущество?

– Начнем с покупок.

– Ты хочешь отпустить меня в город, пройтись по магазинам?

– Приглашу в дом, и ты выберешь то, что тебе понравится.

– Даже не думай, мне ничего не понравится.

– У тебя классовая ненависть к приличной одежде?

– И еще я не желаю, чтобы ты тратил на меня деньги. У меня есть все необходимое.

– Новое платье поднимает настроение, Яся.

– У меня нет, предпочитаю обходиться минимумом вещей.

– Я это заметил, когда просматривал твою сумку, все дешевое и очень дешевое, ничего лишнего. На ужине ты должна выглядеть достойно.

– Мы же уютно, по - домашнему, все свои…

– Я с папой в смокинге, мама в вечернем платье…

– Я джинсах и футболке произведу фурор.

– Я куплю тебе платье сам, можешь считать, что мы пришли к соглашению по поводу твоего внешнего вида.

Яся уже была знакома с сеньорой Дамазо и не сказать, что первая встреча и обмен взаимными любезностями были на высоте, но мама Макса видела ее в самом непрезентабельном виде и явно не испытывала иллюзий по поводу ее отношений со своим сыном. Поэтому девушка ограничилась милой улыбкой в адрес сеньоры Дамазо и повернулась к ее супругу. Макс был копией отца, та же сухощавая фигура, посадка головы, спокойная властность движений даже в таком пустяковом деле, как сухое приветствие очередной подруги единственного сына. Дежурная фраза на превосходном английском, Ясмин оставалось краснеть от собственного ужасного произношения, она ведь даже слова понимала с трудом. Макс занял место рядом с ней, напротив родителей, завязалась непринужденная беседа ни о чем, перемена блюд, суета прислуги. После двух бокалов шампанского сознание Яси постепенно прояснилось и она, наконец, почувствовала себя более раскованной, чтобы вступить в идиллическую беседу идеальной семьи из очередного рекламного ролика. Сеньора Дамазо сказала что - то о погоде и своем желание покататься на лыжах, Макс ее поддержал и Ясмин ослепительно улыбнувшись, добавила: - Надеюсь, вы оба свалитесь в пропасть, ну или хотя бы ноги поломаете.

Макс тут же накрыл ее пальцы, рукой ощутимо сжимая, причиняя боль.

Яся повернулась к сеньору Дамазо, салютуя бокалом.

– У вас превосходный английский, много практиковались, думаю?

– Я провел в Англии несколько лет.

Витале Дамазо улыбнулся одними губами, взгляд тяжелый, изучающий.

– Я сделала ошибку, отправившись в Италию, нужно было лететь в Лондон, надеюсь там миллионеры со склонностью к садизму, не так часто встречаются. Опять же практика, чудесное произношение и знаменитый английский туман.

– Летом этого не увидишь.

Напрасная попытка Макса перевести беседу к нейтральной теме погоды. Ясмин сделала вид, что не расслышала его слов и продолжила гнуть свою линию.

– Искренне жаль, что я не отправилась в Лондон. Италия так себе, мне не понравилось ничего из того, что я здесь увидела.

– Ясмин, - Макс склонился к девушке, заставляя ее поставить бокал с вином на стол.
– Ты, кажется, пьяна.

– Снова трахнешь меня?

Яся повернулась к сеньору Дамазо и громким шепотом доверительно поведала:

– У вас замечательный сын, милый сеньор, у него множество достоинств, но самое главное, у него совершенно отсутствует совесть. У вашей супруги, кстати, тоже. Я просила ее о помощи, упрашивала вызвать полицию, но, увы, мои слова не были услышаны ни ею, ни вашей прислугой. Поэтому я и нахожусь в вашем замечательном гостеприимном доме принуждению, можно сказать. Представляю, сколько вы на таких, как я насмотрелись, искренне сочувствую. Вы знаете, у нас практикуют физические наказание детей, пороть вам надо было Макса, однозначно пороть ремнем, по мягкому месту. Вбивать прописные истины. И супруге тоже.

Ясмин любезно оскалилась маме Макса и снова взглянула на сеньора Дамазо.

– Есть такая поговорка “бьет, значит, любит”. Вам непременно нужно доказать свою привязанность вашей сеньоре, чтобы она не думала, что падать и биться о ванную это весьма занимательное занятие.

– Яся, - Макс, как ни странно, перестал пытаться заставить ее вести себя прилично, и смотрел на девушку с мягкой понимающей усмешкой на красивых губах.
– Я полностью за твою поговорку, и думаю, что докажу тебе свою любовь буквально через несколько часов.

– До секса или после?

– Определенно до, во время и обязательно после.

– Предсказуемо, Макс, снова насилие, доктор, таблетки.

– Я не стану увлекаться, думаю, обойдемся без драматических последствий.

– Ну, вот, я только старалась поддержать беседу и пожалуйста, мои усилия остались незамеченными.

– У вас очень интересная манера вести себя за столом с малознакомыми людьми.

Сеньор Дамазо скупо улыбнулся Ясмин и поднял свой бокал в коротком тосте.

– За умение договариваться и приходить к компромиссам.

– Отличный тост, полностью его поддерживаю.

Ясмин взяла свой бокал и повернулась к Максу.

– Надеюсь, ты встретишь новую девушку и сможешь с ней разделить свою замечательную склонность к высокому искусству балета.

Сеньор Дамазо промокнул губы салфеткой и заинтересованно посмотрел сначала на Макса, потом на Ясмин.

– Не знал, что мой сын увлекается балетом.

– Почти профессионально, смею вас заверить, очень отточенные движения и необыкновенная грация.

Голос Яси сочился приторно - сладким сиропом, она видела недоумение на лице Витале Дамазо, ощущала злость Макса и понимала, что необходимо двигаться дальше. Это будут приятные воспоминания, когда он снова запрет ее в спальне.

– Я помню твое обещание о примерном поведение на этом ужине.

– Я припоминаю твое обещание купить мне билет до дома почти три месяца назад.

– Чего ты добиваешься, Яся?

– Я просто поддерживаю беседу, легко и непринужденно.

– Вытаскивая подробности нашей совместной жизни?

– У нас уже совместная жизнь? Я думала, что между нами обычный рядовой трах.

– Витале, - сеньора Дамазо перестала хватать ртом воздух и испепелять девушку взглядом и обратилась к мужу.
– Ясмин, на самом деле, не настолько плохо воспитана, как пытается показать тебе.

– Кушать ножом и вилкой меня научил Макс, до этого я с легкостью обходилась одной вилкой. Знаете, детство, поведенное в приюте, дает мало примеров в изысканности манер.

– Мы знаем, Ясмин, - губы сеньора Дамазо едва заметно дрогнули, словно он пытался не рассмеяться.
– Макс поведал нам о твоем происхождении.

– Мои родители страдали от хронического алкоголизма.

– Печально.

– Мама, по слухам, подвизалась на ниве проституции, приворовывала и была склонна к неконтролируемым приступам ярости.

Но родители Макса не выглядели потрясенными, скорее сочувствующими. Именно так они смотрели на своего единственного сына, продолжающего равнодушно ужинать, и подчеркнуто не обращавшего внимания на откровения Яси.

– Макс, постоянно приводит в ваш дом подобных созданий?

– Ты ждешь нашего праведного возмущения?

Сеньора Дамазо скупо улыбнулась девушке и сделала знак прислуге убирать со стола.

– Перейдем в гостиную, выпьем кофе.

– Нет, - Макс швыряет салфетку на стол и сдергивает девушку со стула.
– Яся перебрала вина, ей нужно прилечь отдохнуть.