Чтение онлайн

Бой закипел с новой силой. Всё реже звучали выстрелы, всё громче слышалась ругань и лязг металла. Конечно, это был шаг отчаянья. Но, бросив в рукопашную большинство своих солдат, капитан не дал Тарнам полностью реализовать численное превосходство, перерезав сводную роту по частям. И теперь битва пылала ещё жарче.

– Артиллерия! Сконцентрировать огонь на правом големе!
– выкрикнул приказ капитан, которому тоже пришлось не сладко, потому что его атаковало сразу торе дикарей. Молодой кастелян пытался помочь ему, но не успевал развернуть коня, а потому мог только наблюдать за этой невероятно скоротечной схваткой. Вот первый воин нанёс мощный удар топором сверху, силясь разрубить карателя пополам от плеча до поясницы, но варкастер ловко парировал этот выпад саблей, а обратным движением полосонул врага по горлу, оставив этого противника захлёбываться в собственной крови. Второй дикарь попытался отрубить командиру хадорцев голову, но тот вовремя пригнулся, ответным выпадом вогнав клинок в брюхо Тарну до половины. Но пока Краснов вынимал оружие, он потерял слишком много времени, а потому удар третьего дикаря, который замахнулся так широко, что занёс топор над головой, застал его врасплох. Сверкнуло защитное поле, принявшее на себя основную силу удара, после чего это примитивное каменное оружие смогло лишь оцарапать пластины брони, оставляя длинную борозду в красной краске доспехов. Удивлённый подобной стойкостью противника, воин даже не успел занести топор для нового удара перед тем, как его голова покатилась с плеч.

Ханс не успел прийти на помощь карателю, но про себя он отметил все недостатки боевого стиля хадорца. Конечно, скорость и точность ударов варкастера были выше всяческих похвал, но вот эти широкие взмахи саблей, после которых оружие по инерции продолжает движение, оказываясь чуть ли не за спиной, делали его уязвимым к контратакам. Толстые доспехи и защитное поле - это сильные козыри в бою, но если кто-то действительно захочет убить этого капитана, он убьёт его, не смотря ни на что. Но не эти немытые уроды, которые только и могут, что в исступлении махать своим примитивным оружием без какой-либо внятной тактики рукопашного боя, о существовании которой они, наверняка, вообще не знают. В отличие от телохранителей Варавского, которые демонстрировали настоящее мастерство в искусстве фехтования. Без тяжёлой брони, защитного поля и магии, они не делали никаких лишних движений, но даже несмотря на это их бой напоминал танец. Ловко уворачиваясь от ударов и парируя бешенные, но бессистемные атаки дикарей, они контратаковали быстро и метко, разя врагов своими уже парными кинжалами, более похожими на короткие мечи, в самые уязвимые места - голову, горло и сердце. Хотя, ударами в живот и пах они тоже не брезговали, но после этого всегда наносили дополнительный удар, сразу добивая жертву. На их фоне каратель выглядел если и не недоучкой, то уж точно не мастером-дуэлистом. И если бы эти двое захотели зарезать его, то варкастера не спасли бы ни его доспехи, ни чары, ни защитное поле.

Вернувшись в бой, он очень своевременно встретил дикаря, что бросился было на эльфийского юнца. Один удар поперёк груди, и пылающий дикарь взвился волчком, вопя от нестерпимой боли, пока порождённое меканическим мечом пламя пожирало его плоть. Как это ни парадоксально, но именно благодаря этому подмастерью ведьмы солдаты и колдуны могли не страшиться стрел и болтов врага - созданная им защитная аура достаточно эффективно отклоняла снаряды, делая попадание практически невозможным, но, в отличие от чар карателя, она была абсолютно бесполезна в рукопашной. Чем и пользовались Тарны, с небывалым остервенением прорубаясь через хадорских солдат, стремясь поскорее покончить с колдунами. И именно тут Ханс был нужнее всего, рубя тех, кто всё же прорывался через магический шторм и немногих оставшихся бойцов Зимней Гвардии.

Очередной огненный шар, посланный каменными големами в сторону хадорцев, взорвался совсем рядом. Так близко, что молодой кастелян почувствовал на лице нестерпимый жар этого магического пламени, а его конь от испуга встал на дыбы, силясь скинуть своего всадника и поскорее ускакать прочь. Ханс с трудом удержался в седле и успокоил животное, с тревогой взглянув на этих проклятых истуканов, что шли в наступление вместе с остальной ордой. Ведьма Нисс как раз метнула в правого голема ледяную стрелу, которая раскололась об его грудь, не причинив ни малейшего вреда, но, освобождённая из этого колдовского снаряда магическая энергия опутала конструкт, сковав его льдом. И всего секундой позже хадорские артиллеристы вогнали в его грудь один за другим два бронебойных снаряда из своих пушек. Не способный даже пошевелиться, не то, что сохранять равновесие, голем завалился навзничь.

Но второй истукан как раз разогнался, набросившись на варджека, который в это время крушил отряд арбалетчиков. Хадорская боевая машина вовремя заметила нового врага и даже каким-то чудом умудрилась увернуться от первого удара, это не сильно помогло. Жуткий лязг, скрежет колющегося камня и скрип гнущегося металла заглушили остальные звуки, когда эти рукотворные монстры сошлись в поединке, где не было места простым воинам. И только их хозяева могли повлиять на исход этого боя, управляя действиями своих ручных чудищ из камня и стали, наполняя их магической энергией и поддерживая своими заклятиями.

И в очередной раз Кодьяк не подвёл карателя. Пережив четыре быстрых удара, автоматон не только не потерял боеспособности, но и развил решительную контратаку. Два быстрых удара кулаками, и голем потерял равновесие. Резкий толчок плечом, и каменный истукан падает навзничь. И затем следует серия ударов на добивание. Судя по всему, артиллерия всё же недаром тратила снаряды и успела сильно повредить голема, так что варджек скорее доломал его, окончательно превратив в груду колотого камня вперемешку со щепой.

Но эта победа хадорской боевой машины чуть не стоила наместнику головы, потому что он отвлёкся от боя, бушевавшего совсем рядом, что было непростительной ошибкой. От верной гибели его спас только верный меканический меч, вовремя предупредивший об опасности и подсказавший, как именно поставить блок, отведя лезвием удар топором вверх и в сторону так, чтобы враг не смог навредить ни ему, ни его коню. Резко обернувшись и подставив клинок плашмя, Ханс отразил широкий рубящий выпад этого примитивного каменного орудия на длинной рукояти, который если бы каким-то чудом не проломил ему грудную клетку, то просто выбил бы из седла. Быстрый ответный выпад, и напоённое магической энергией лезвие вошло в лоб дикаря, как раскалённый нож в масло. И пока тело этого врага падало на снег, молодой кастелян увидел всю тяжесть сложившегося положения.

Тарны всё же прорвались, и навязали магам рукопашную. Колдун-лорд снова удивлял, демонстрируя превосходную защиту. И теперь сияющие руны заклятий покрывали не только его топор, но и его доспехи, и даже его одежду, сплетаясь в невероятно сложную вязь защитных заклинаний, которые позволяли этому старику ловко уходить от ударов, буквально паря в паре сантиметров над полем боя. И при этом он не прекращал творить всё новые и новые заклятья, не забывая наносить удары топором. Правда, теперь это давалось ему значительно сложнее, потому что скорость у него была явно не та, чтобы в открытую противостоять крепким, молодым воинам. Но когда его зачарованное оружие всё же впилось в плечо жертвы, разрубая несчастного до половины даже несмотря на далеко не выдающуюся силу старого чародея, вновь взвился этот ужасный кровавый фонтан, напитывавший руны заклятий, которые породили новую магическую атаку, убивая ещё больше врагов.

У остальных дела обстояли значительно хуже. Сразу было видно, кто прошёл не одно сражение и серьёзную боевую подготовку, кто был самоучкой, а кто - необстрелянным молокососом, брошенным в эту мясорубку. Именно этому эльфийскому юнцу и решил помочь Ханс, пока его не зарубили. Колдун-лорд и так неплохо справлялся, да и ведьма явно была не робкого десятка. А мальчишка с горем пополам прикончил парочку кинувшихся на него дикарей своими магическими зарядами, а от последнего только уворачивался и отскакивал, не способный сконцентрироваться и контратаковать. Недолго думая, молодой кастелян направил своего коня в атаку, и, зайдя воину Тарн со спины, уже привычным движением снёс его мерзкую голову с плеч.

Но пока наместник спасал этого сопляка, остальные Тарны навалились на ведьму, которую, судя по всему, сочли более опасной чародейкой, чем её не в меру взволнованный подмастерье, и более лёгкой целью, чем окружённый сиянием сложнейших арканов колдун-лорд, направляющий эту симфонию магического истребления. Они напали на одинокую старуху вчетвером, бросившись на неё с копьями, топорами и воплями. Колдунья Нисс вовремя их заметила, и постаралась остановить ещё на подходе. Метнув одну за другой три ледяные стрелы, она сразила троих дикарей ещё до того, как те могли нанести ей удар. Но четвёртый, перескочив через ещё дёргающиеся тела своих соплеменников, со всего маху рубанул её топором. Зазубренное каменное лезвие очертило широкую горизонтальную дугу, распоров старухе живот. Ведьма сделала ещё один нетвёрдый шаг назад, после чего её ноги подкосились, и она упала навзничь, пытаясь руками зажать ужасную рваную рану, из которой на снег лилась тёмная кровь.

Юный маг вскрикнул, застыв от ужаса, глядя на поверженное тело своей наставницы, напрочь позабыв о разворачивающейся вокруг битве. А дикарь издал победный рёв, вскинув топор над головой, явно намереваясь добить столь опасного противника. Но колдун-лорд опередил его, вогнав своё зачарованное оружие в спину воина Тарн, который ничком повалился на свою жертву, пока из его крови сплеталось новое заклятье. А уже его, в свою очередь, спас Ханс, вовремя перехватив дикарку, которая чуть не всадила в спину старого хадорца копьё.