Чтение онлайн

Этот приказ вызвал недовольный ропот в толпе, которая всё продолжала расти. Молодой кастелян мог понять возмущение людей, ведь окажись он на их месте, он бы тоже искренне желал герцогине скорейшей и мучительной смерти за все те горести и мучения, что она принесла своим проклятьем. И не только простолюдинам, но и высокородным гостям, оказавшимся в снежном плену по её воле. А вместо этого с ней нянчатся и всячески оберегают от пышущих праведным гневом граждан. И пока ещё редкие возгласы, призывавшие отправить ведьму на костёр, звучали всё чаще.

– С возвращением в замок Аренделл, капитан.
– обратился к карателю комендант, наконец-то покончив с организацией оцепления.
– Доложите о случившемся.

– Задание выполнено. Герцогиня Эльза Аренделл арестована и доставлена для суда.
– не вдаваясь в детали ответил Краснов, всё же отвлёкшись от наблюдения за погрузкой пленницы и выполнив формальное воинское приветствие. И словно прочтя во взгляде коменданта невысказанный вопрос, добавил: - При задержании было оказано ожесточённое сопротивление.

– Вижу.
– хмуро отозвался командир гарнизона, который и без того был мрачнее тучи, а теперь наверняка прикидывал, скольких солдат недосчитаются его офицеры.
– Она не опасна?

– Теперь не опасна.
– ответил каратель, посмотрев на колдунью, которую солдаты переложили на носилки вместе с шинелью, служившей ей подстилкой всю дорогу.
– Пришлось её оглушить и держать без сознания, чтобы доставить сюда без эксцессов.

– Вот и прекрасно. Так хлопот меньше будет.
– кивнул капитан, который уже был вынужден перекрикивать толпу, чтобы отдать приказ: - В карцер её!

Но когда солдаты подняли носилки, толпа разразилась ещё большим числом гневных выкриков, всё сильнее наседая на оцепление.

– Пожалуйста, сохраняйте спокойствие...
– обратился к своим будущим вассалам Ханс, но те его словно не замечали.

– Какой карцер?! За эту зиму?! Где здесь справедливость?!
– вопрошала возмущённая женщина из первых рядов, перекрывая царивший на площади гвалт. Ей отвечало множество голосов, требовавших одного: - На костёр ведьму! На костёр!

– Отставить самосуд!
– гаркнул Краснов, стоя на санях и оглядывая озлобленную толпу.
– Герцогиня Эльза Аренделл ответит за свои преступления согласно законам Империи!

Но его заявление не смогло загасить пламя недовольства. Ханс с ужасом наблюдал, как требовавшие справедливости люди напирали на солдат ополчения, которые уже стояли практически плечом к плечу, пытаясь своими винтовками оттеснить посторонних от саней и носилок. Однако их усилия только подогревали желание верноподданных герцогини поскорее расправиться над своей госпожой.

– К чёрту законы Империи!
– внезапно крикнул молодой парень в первом ряду, уже буквально висевший на солдатах оцепления.
– Нам нужна справедливость!

Одобрительный гул толпы, чьё главное требование озвучил этот смельчак с торчавшими из-под треугольной шляпы длинными каштановыми волосами, оборвал грохот выстрела. Пронзительные крики боли заставили людей отпрянуть от саней, а солдаты, сделавшие шаг назад и вскинувшие винтовки для ответного огня, позволили телу упасть на припорошенную снегом мостовую. Тяжёлая пуля прошила грудь несчастного, ранив ещё троих, что сейчас валялись рядом, оглашая внутренний двор замка своими воплями и стонами.

– Следующего, кто решит послать к чёрту законы Империи, я джекую на месте!
– крикнул каратель, начиная перезаряжать пистолет.

Наместник мог бы догадаться, кому придёт в голову насаждать порядок столь безжалостным способом, но он никак не ожидал такой быстрой расправы. А как же предупредительный выстрел в воздух, обязательный в подобных случаях? Тем более что если уж на то пошло, то смутьяна следует отделить от толпы и расстрелять в стороне, например у стены, чтобы избежать случайных жертв. Но тут всё было сделано так, чтобы пострадавших было как можно больше.

И словно этого было мало, пришедший в движение варджек с шипением и лязгом сделал несколько шагов вперёд, грозно сжав кулаки. Одного взгляда на этого стального монстра с измятой бронёй, перемазанного заледеневшей кровью, было достаточно, чтобы вселить страх в любого. Говорят, что в толпе человек теряет чувство самосохранения, как баран в стаде, но перед лицом многотонного чудища даже озлобленная толпа дрогнула, опасливо попятившись назад, бросив раненых на милость победителя.

– Ну, чего встали!?
– окрикнул замерших с носилками на руках солдат комендант.
– Исполняйте приказ!

Воспользовавшись прикрытием варджека, бойцы устремились по организованному для них коридору в сторону старых казарм, где в числе прочего располагались и камеры для пленников. Краснов шёл вместе с ними, внимательно наблюдая за тем, чтобы перемещаемая ведьма не очнулась в столь неподходящий момент.

– Помогите раненым!
– приказал стражникам Ханс, спешиваясь и присоединяясь к образовавшейся процессии.

– Будет исполнено, милорд.
– отозвался сержант, получивший это звание только несколько часов назад.
– Прикажете расседлать коней?

– Нет. Они нам могут ещё понадобиться.
– твёрдо ответил молодой кастелян, прикидывая, с какой вероятностью ему придётся возглавить новую экспедицию, если посадник останется недоволен результатами этой.
– Отведите их в конюшню и накормите. Пусть отдохнут.

Догнав процессию с пленницей уже практически у дверей, наместник было собирался поинтересоваться у коменданта, куда же подевался висконт Хавронский, когда его обогнал механик, спросивший у карателя: - Так какие будут приказы, товарищ капитан?

– Продолжайте разгрузку согласно инструкциям.
– кинул Краснов через плечо, но через пару шагов всё же остановился для того, чтобы выдать более точные инструкции: - Кузьмич, отгони джека в мастерскую, дозаправь и почини насколько это возможно, но не глуши полностью. В сложившейся ситуации я хочу, чтобы машина оставалась под парами и была в минутной готовности.

И только после этого они смогли продолжить движение. Ханс поначалу хотел наорать на механика, но достаточно быстро взял себя в руки. Конечно, он устал от этих безумных гонок по горам и был раздражён, но это не повод срывать свою злость на людей, тем более на всеобщем обозрении. Нужно сохранять репутацию доброго господина. Да и по большому счёту это вмешательство предостерегло его от неуместного разговора, о чём красноречиво свидетельствовало то гробовое молчание, в котором двигалась их процессия.