Чтение онлайн

— Ага, — подбадривающе улыбнулся Дамон. — Ты поймешь это сразу же, а сейчас иди. И запомни, сладкая, лицом вниз!

Кэтти вновь мотнула белокурыми волосами и продолжила выполнять роль послушной марионетки, которой взялся управлять кукловод экстра класса. Даже если в ней и было желание бороться, то последняя фраза разом перечеркнула все начинания.

— Ну вот мы и вместе, Елена, — с особыми интонациями выделил он ненавистное имя, оборачиваясь назад сразу же, едва стих звук осторожно ступающих по винтовой лестнице шагов. Оставалось только надеяться, что папочка по достоинству оценит его маленький презент по случаю знакомства. — Сама поднимешься или помочь в этом вопросе?

Девушка с готовностью встала с дивана и тут же схватилась за голову, внутри которой бесчисленным множеством разрывались огромные шарики, набитые иголками, тут же впивающимися в кожу с неимоверной скоростью. Она со стоном потерла затылочную часть и вздрогнула, когда почувствовала на ладони что-то липкое и вязкое.

— Не надо было геройствовать, — зло прокомментировал вампир ее любование перепачканной кровью кистью правой руки. — А теперь двигай на улицу и постарайся забыть на время о глупостях вроде нереальной возможности убежать. У меня нет настроения на игры по всем правилам жанра.

Она смерила его презрительным взглядом, но даже с места не двинулась, потому как прежде хотела разобраться что к чему. Например, почему на нем черные кроссовки, вместо привычных кожаных туфель? И эта прическа… ей на минуту показалось, будто абсолютно прямые темные волосы стали чуточку длиннее, но ведь так не бывает? А куртка?! Дамон терпеть не мог подобные фасоны, а замки, молнии и клепки предпочитал исконно металлические. Сейчас же вдруг изменил стольким привычкам одновременно?! Конечно, постороннему человеку ее доводы и аргументы могли показаться не слишком убедительными, более того, вообще неправдоподобными, однако лишь на первый взгляд.

Словно желая поскорее во всем разобраться, Елена сделала несколько настороженных шагов вперед и стала пристально всматриваться в пустоватые глаза темно-карего цвета. НЕ ЧЕРНЫЕ, а именно темно-карие. Никакой глубины и блеска, полное отсутствие привычных эмоций и ненависть. Повсюду сплошной полосой пролегала животная ярость.

А в голове тем временем мелькали обрывки фраз и нечеткие картинки. Все те слова, которые она посчитала ничего не значащим бредом, неожиданно обрели смысл. Да что там! Они пролили свет на все происходящее вокруг. "Катрина", "папа", "мама" и остальные невероятные интерпретации…Что этот парень хотел донести своими туманными формулировками? О какой мести твердил? Теперь ей стало ясно.

— Ты…ТЫ ЕГО СЫН? — не веря, что осмелилась озвучить это вслух, пробормотала девушка, стремительно приближаясь к застывшему на месте вампиру. — Его и Катрины. Как же вы похожи! — она провела ладонью по удивительно теплой щеке и выдавила некое подобие улыбки. Забавно. Точнее ничего веселого в создавшейся ситуации, конечно, не было, но все же…Сын. И когда только она перестанет чувствовать себя выжившей из ума идиоткой?

— И как он тебя терпит?! — брезгливо оттолкнул мужчина ласкающую ладонь и поскорее отвернулся, в надежде прекратить этот бессловесный диалог взглядов. Ему не нравилось в первую очередь то, как больно сжималось сердце при встрече с небесно-голубыми глазами. Ему вообще все не нравилось, потому как эта девчонка слишком похожа на Нее. Чрезвычайно. И дело отнюдь не во внешности. Манера двигаться, улыбаться и щуриться, от чего по щеках появлялись безукоризненные ямочки, резкая смена настроений, переход из одного эмоционального состояния в другое…Секунду назад она боялась его до потери пульса, а сейчас увлеченно рассматривает и сравнивает, сравнивает, сравнивает! Он ненавидел это! Никто не смел ставить его на одном уровне с другим Дамоном! Никто!

— В машину, — коротко скомандовал парень, не решаясь воспользоваться при этом Силой. Не хотелось подвергнуть себя еще большему риску, когда доведется коснуться ее сознания. Очередного пункта ее схожести с матерью без предварительной подготовки он не выдержит. А ясная голова ему сейчас была просто необходима. — И поживее.

Елена сочла за благо послушаться, переставляя ноги на автопилоте. В душе медленно и верно закипало негодование пополам с дичайшей ревностью. Неужели он знал? И ничего ей не говорил о наличии ребенка?! Хотя какое там! Взрослый мужчина примерно его лет вряд ли попадает под определение малыша. Скорее уж брат-близнец. Но больше всего ее зацепило не это. Сын Катрины! Да как он вообще посмел скрывать от нее нечто подобное! Выходит, вновь обман. Делал вид, что и понятия не имел о ее лживом суициде, изображал безутешно влюбленного вампира, потерявшего любимую женщину, а сам… Тайком или же очень открыто встречался с ней неизвестно сколько сотен лет назад, обзавелся…

Стоп. Она больше не хотела думать ни о чем. Хватит! Сначала откровенный разговор — затем выводы. Если мистер Сальваторе на самом деле обманул ее, то дорого заплатит за свою ложь! Однако зная не понаслышке о стервозном характере мисс Пирс, вполне вероятно, что он и сам ни о чем не догадывается.

Решив как следует расспросить "малыша" по дороге, Гилберт молча уселась на заднее сиденье и закрыла глаза. Каждая ее частичка вопила от боли и усталости, голова плавилась от огромного количества мыслей, а события насыщенного дня никак не желали укладываться в подобие осмысленности. Что правда, а что вымысел — оставалось только гадать. Но одно она понимала точно: бороться и дальше невозможно. Осталось лишь безропотно подчиняться. Едва захлопнулась дверь водительского места, и заревел мотор, веки сами по себе опустились вниз, а податливое тело подхватили мягкие крылья Морфея и утащили в заоблачную даль из сна и покоя.

Дамон колесил по разбитым дорогам (точнее их подобию, потому как усеянный колдобинами и ямами асфальт вряд ли носил столь гордое название) какого-то городка на севере штата Вирджиния и пытался как можно глубже запихать нахлынувшее раздражение. Весь день он потратил на беспокойные поиски рыжей бестии, которая очень некстати решила напомнить о себе назойливой игрой в кошки-мышки. Притом в этот раз старшему Сальваторе довелось побывать отнюдь не в шкуре голодного и хитрого кота, что злило еще больше. Он перепробовал все возможности: использовал Силу таких масштабов, что прилегающие к трассе деревья гнулись под ее тяжестью и мощью, но Мисао будто сам черт взялся охранять от любых поползновений. Она исчезала ровно в тот момент, когда начинало казаться, что игра окончена. Следом шла целая череда бесплодных попыток загнать лисицу в ловушку, начиная с неимоверных хитросплетений, основанных на детальном знании местности штата, и заканчивая откровенным блефом. Эффекта никакого. Вампир распалялся все больше и больше, теряя последние остатки разума, в то время, как верная Бугатти в свою очередь прощалась с передней подвеской. Полная непригодность шоссе скверно сказывалась не только на его настроении, но и желаниях Вейрона. Ближе к вечеру верная коняшка отчаянно отказывалась разгоняться до привычных четырехсот километров в час, а сейчас и вовсе ограничилась порогом в незавидные две с половиной сотни. А вместе с тем с горизонта и след простыл наглой физиономии, которая словно нарочно вытащила его в эту окутанную мраком деревенскую глушь, чтобы держать подальше от…

Все верно. Елена. Он отказывался думать о своей девочке целый день, а сейчас вынужден был признать, что забрался слишком далеко и практически не чувствует ее рядом с собой. В том смысле, как это происходило с ними раньше. Никаких эмоций, чувств, перепадов настроения — только все нарастающая тревога. К слову, очень некомфортное ощущение, потому что вампир уже очень давно забыл о значении слова "одиночество". Когда нет необходимости думать о ком-то, кроме себя, когда волнуют только собственные желания, когда важнее твоих мыслей нет ничего, когда мир принадлежит тебе одному, и ты чувствуешь себя единственным его обитателем, которому дозволено все. Уже больше двух месяцев это эгоистичное воплощение реальности потеряло для него смысл, а сейчас вернулось вновь, но в уже более извращенной форме. Теперь окружающее пространство сузилось до размеров крошечной монетки и целиком сконцентрировалось вокруг его принцессы. Все делалось из-за Нее, ради Нее и для Нее.

Кстати, граничащая с психозом ненависть и звериная жажда давно прошли как бы сами собой, хотя и сытный завтрак тоже сыграл свою немаловажную роль. Уже ничто не мешало Дамону отбросить дальнейшие планы по истреблению врагов, и просто вернуться на один вечер к своей девочке. Чем он, в принципе, и решил заняться сразу же, как только почувствовал очередную пропажу лисы. В конце концов, когда-нибудь ей надоест дурацкая забава с догонялками, и тогда он с распростертыми объятиями встретит старую знакомую, а потом с удовольствием поделиться тем запасом еловых кольев, который сумел скопить за довольно продолжительный срок из "приятельства".

Обратная дорога до Феллс-Черча заняла неимоверное количество времени, что плохо сказалось на уровне его настроения. Крайняя степень усталости плюс нехилые размеры злобы вселенского масштаба сыграли с вампиром злую шутку, а посему царящее в доме спокойствие и умиротворение разгневали мужчину еще больше, хотя и порадовали в некоторой степени. Ему не хотелось встречать на себе сочувствующий взгляд итальянки и слышать насмешливой тон братца, способного выдать нечто вроде: "А я ведь тебе говорил". Только Елене было позволено все — сердиться, обижаться, кричать и топать ногами, бить посуду и как следует отбить руку о его щеку, потому что с ней он поступил крайне нечестно и абсолютно безжалостно.