Чтение онлайн

Определенно, последнее время с Фрэн творится что-то неладное. С того самого дня, как он забрал ее из ангара, в ней как будто начало что-то меняться. Она становилась другой, и дело было не только в ее, скажем так, "странностях", чрезмерной болтливости, которая должна в ближайшем будущем довольно-таки печально отразиться на и без того отвратительных отношениях братьев, или реалистичных видениях (что еще требовалось доказать). Девушка что-то чувствовала к нему. И это была не та любовь, которой он дорожил на протяжении вот уже двух с половиной сотен лет. Франческа влюбилась.

Вот теперь вампир позволил себе усомниться в собственных умозаключениях, но правдивый голосок внутри не позволял ему отделаться от этой мысли. Все, что произошло между ними за прошедшую неделю, давало обильную пищу для размышлений и подталкивало на давно напрашивающиеся выводы. Она женщина, а не просто друг, каковой он всегда ее считал. День ото дня ей приходится находиться рядом с переполненной любовью Еленой, и вполне логично, что в ней начали "оттаивать" некоторые человеческие слабости. Она хочет ласки, внимания, теплоты — вполне доступные для понимания чувства, вот только выбор ее пал на совершенно неподходящую кандидатуру. Для Дамона существовала только одна женщина — Елена. Остальные были если не пустым местом, то чем-то очень похожим по своей природе.

Безусловно, произошедшее в лесу немало ему понравилось, но… Их было слишком много, этих самых "но". Подруге он никогда не признается в том, что ему просто было легко рядом с ней. Приятно на несколько минут забыть об осторожности, о своей сущности, аккуратности и окружающей действительности. Просто побыть самим собой. Однако мистер Сальваторе никогда не боялся трудностей, и давно уже перестал обращать внимания на небольшие сложности в так называемом общении со своей принцессой.

А вот с итальянкой сложности только обещали возникнуть. Тогда в лесу мужчина был настолько удивлен ее реакцией на "спектакль", что даже не удосужился подумать над причинами подобной покорности. Как минимум он ожидал сопротивления, злобного шипения и вороха проклятий, но надежды были перечеркнуты жирным крестом. Причины? Довольно неоднозначны, а последствия так и вовсе перестали радовать. Девушка, по его мнению, пока не заметила в себе изменений, но очень скоро обратит на них внимание. "Как мужчина ты мне совершенно неинтересен" — вспомнились эти ее слова. До настоящего момента она верила в них, и хотелось бы верить, что они вновь станут правдой.

— Да, — поднес Дамон к уху телефон, зазвонивший только для того, чтобы прервать цепочку безрадостных размышлений.

— Дамон, — простонала трубка голосом Фрэнкс. — Что я наделала?!

Вампир не понял, вопрос это был или утверждение, поэтому стальным тоном поинтересовался:

— И что ты наделала?

— Я убила ее! — закричала девушка, заходясь рыданиями. — Убила девочку!

Ответа на свое заявление ей не суждено было дождаться, потому что именно в эту секунду переднее колесо Бугатти превратило дорогой мобильный аппарат в груду бесполезных запчастей и осколков, а сам автомобиль на бешеной скорости развернулся посреди пустынной федеральной трассы, принимая обратное направление.

Франческа лежала на чем-то мягком с закрытыми глазами и отказывалась шевелиться. Все тело налилось блаженной истомой и категорически отказывалось подчиняться своей хозяйке в течение ближайшего часа. В голове не было мыслей, желаний, чувств, ощущений, что было само по себе новым для девушки. Безумно хотелось лишь двух вещей: крови и спать. Да, именно восьмичасовой отдых казался ей самым необходимым действием. Просто прилечь, сладко потянуться и закрыть глаза, забыв о реальности. Чем она собственно и занималась.

Ее ничуть не удивило это новое для более чем трехсотлетней особы состояние. В последнее время она чувствовала себя разбитой, морально съеденной, подавленной и такой глубоко несчастной, что вполне ожидала подобного поворота событий. Даже вампирам необходим отдых.

В тот памятный день, когда она чуть было не поплатилась жизнью за чрезмерную доверчивость, лежа на полу в заброшенном ангаре, ее спас Дамон и, видимо, совершенно зря. Что-то сломалось в ней в ту секунду, когда она увидела его обеспокоенное лицо. Какая-то важная часть нее все же погибла от удара Стефана. Скорее всего, это была очень разумная часть ее, которая три века давала возможность быть самой собой. Она бы назвала ее частичкой "Не вздумай влюбиться в Дамона".

Но сейчас было поздно. Слишком поздно, и она не знала, как поступить. Нельзя сказать, чтобы у нее окончательно сорвало крышу от старшего брата, но и равнодушием это уже не называлось. Хотя итальянка никогда не была к нему равнодушна.

Она тяжело застонала, понимая размер собственной глупости. Прилегла отдохнуть на пару минут (причем непонятно где), занялась идиотским обдумыванием своих якобы чувств к другу, и совершенно забыла о необходимости следить за Еленой.

Усилием воли девушка заставила себя открыть глаза и тут же ослепла от палящего солнца. Чертыхнувшись сквозь зубы, она поднялась на ноги, машинально провела рукой по волосам и немного растерялась. Вообще-то ей полагается быть сейчас в доме, охранять любимую блондинку приятеля, а не валяться посреди леса… Что?

Вампирша быстро огляделась по сторонам, не обращая никакого внимания на резь в глазах от чрезмерно яркого света, и запаниковала. Она и в самом деле находилась в лесу, каком-то слишком редком и грязном для симпатичной на вид чащи вблизи пансионата. Мимолетный взгляд на место, с которого она поднялась, заставил ее закрыть рот рукой, чтобы подавить истеричное желание завопить от ужаса. В паре сантиметров от примятой травы лежало неестественно скрючившееся тельце. Руки разбросаны в разные стороны, светлое платье изрядно разодрано, словно она попала в лапы к хищнику, длинные светлые волосы разметались по земле вокруг, белоснежным покрывалом устилая немного сыроватую траву, и задорно блестят в свете палящих лучей послеполуденного солнца. Голубые глаза широко распахнуты от ужаса и невидящим взором смотрят прямо в душу своей убийцы.

Фрэнки отчаянно заплакала и опустилась рядом, пытаясь нащупать пульс у уже окоченевшего тела. Она пробежалась тонкими дрожащими пальцами вдоль запястья, ничего не услышала, поэтому постаралась добраться до шеи малышки, аккуратно отодвинула мешающиеся волосы и мгновенно дернулась назад. Только сейчас ей удалось заметить то, на что раньше она не обращала внимание. Синюшная бледность говорила о том, что девочка обескровлена, а ее горло (точнее то, что от него осталось) лишь подтверждало догадки. Это сделал вампир, а если быть предельно точной, то это ее рук дело. Зубов.

Девушка отползла в сторону, испуганно сжавшись в огромный комок боли, дрожащими руками выудила из кармана сотовый телефон и попыталась по памяти набрать знакомый номер. Получилось только с десятой попытки, потому как пальцы ее отчаянно дрожали и все время ошибались кнопкой. На том конце ответили мгновенно, а она не смогла выдавить из себя ничего более конкретного, чем: "Я ее убила". И только когда аппарат заталдычил о недоступности абонента, ей на ум пришла мысль о том, что Дамон понял все совершенно не так. Разумеется, в паре метров от нее лежала не Елена.

Елена с трудом добралась до телефона, резко выхватила его из сумочки и непонимающе уставилась на дисплей. Кто звонил, ей не удалось определить, потому что номер оказался скрыт, но она до последнего отчаянно верила в лучшее, и когда поднесла телефон к уху не смогла сдержаться, поэтому ляпнула:

— Дамон!

К ее огромному удивлению, это и в самом деле оказался он, вот только в каком состоянии…

— Принцесса, — тяжело прохрипел в трубку вампир. — Помоги мне, — чудовищный кашель, рвущий на части и без того искалеченную душу. — Пожалуйста… — затем какой-то шорох, скрип и стало непривычно тихо.