Холодный почерк души
Шрифт:
— Я передам ей твое пожелание, — лукаво ухмыльнулся он, мысленно настраивая себя сразу же отпустить девушку, как только она проснется. — А пока собирайте вещички. Да, Фрэн, нужна будет машина, — решил напомнить он подруге о двухместном Вейроне. — Что-нибудь приличное по возможности. Далеко мы не поедем, но все же… Не бежать же тебе за Бугатти, а Стефан?
В последний раз окинув взглядом спальню брата, вампир вышел за дверь, с искренней улыбкой на лице вспоминая о причине своего хорошего настроения.
— Не вздумай комментировать ничего, — зло пригрозила Франческа, невежливо тыкая указательным пальцем в сторону Стефана. — Он всегда будет моим другом, даже если ты считаешь иначе. А еще знаешь что?
— Что? — обреченно спросил юноша.
— Теперь я понимаю Елену по-настоящему, — полушепотом призналась итальянка, в следующую секунду грациозно перекидывая ноги через подоконник. — Я за машиной. Не желаешь поучаствовать в воровстве?
— Н…да, — неуверенно воскликнул он, чувствуя странный прилив бодрости.
— Тогда прыгай, а дальше я объясню, — подчеркнуто безразлично проинструктировала девушка, наклоняясь всем телом вперед, а потом оттолкнулась ногами от стены и прыгнула, перекрутившись в воздухе несколько раз. И уже через мгновение по-кошачьи встряхнулась, мягко приземляясь на ноги. К ее удивлению, младший Сальваторе уже стоял в нескольких метрах от нее, лениво прислонившись к стволу дерева. Весь его вид буквально кричал о том количестве самодовольства, которое можно встретить только у представителей этой славной итальянской фамилии.
Кэролайн жалобно проскулила, когда услышала звук поворачивающегося в двери ключа, и зажмурила глаза, притворяясь спящей. Спокойной ночи ждать не стоило, потому что вернулся довольно долго отсутствующий Дамон.
— Спишь, красавица? — тихо спросил он, подходя к кровати.
Девушка не знала, чего он ожидал в ответ, поэтому просто перевернулась на другой бок и постаралась дышать ровнее, как и подобает спящему человеку.
— Глупо прикидываться, — издал гнусный смешок вампир, бесцеремонно стягивая с нее одеяло. — Я очень устал, поэтому давай без лишних игр. Кстати, тебе привет от твоего обожаемого кровососа. Он слезно просил меня поцеловать тебя, поэтому поднимайся.
Она содрогнулась всем телом при упоминании любимого мужчины и повернула к своему мучителю донельзя злое лицо.
— Где он? — сердито спросила Кэр.
— Вроде я не разрешал тебе задавать вопросы, — нахмурился юноша.
— Да плевать я хотела на твое разрешение! — неожиданно для самой себя вспылила девушка. — Где Кайлеб? Отвези меня к нему, немедленно! А затем можешь делать со мной, что угодно твоей поганой душе! Отпустишь его и развлекайся в свое удовольствие!
— Какая выразительная самоотверженность, — мрачно восхитился вампир. Похоже, что он действительно пребывал в самом скверном расположении духа, и с удовольствием готов был поддержать боевой настрой своей пленницы, чтобы вдоволь насладиться ее чрезмерной эмоциональностью. — Слушай, зачем тебе этот жалкий хашишин? Мне всегда нравились такие девчонки: дерзкие, капризные, соблазнительные…
— Только через мой труп! — грубо перебила она мужчину.
— Даже так? — яростно прищурил глаза Дамон. — Я ведь очень легко могу это устроить.
— Тогда зачем же тянуть? — не менее агрессивно отозвалась девушка, поднимаясь с кровати. Она обошла ее вокруг, бесстрашно остановилась прямо перед немного растерянным на вид вампиром, а затем резко повернулась к нему спиной. — Можешь сделать это прямо сейчас, но уж извини, буду стоять именно так. Сил смотреть на твою мерзкую рожу у меня не найдется.
Несколько секунд в комнате стояла тишина, звоном отдававшаяся в ушах Кэролайн. Она понимала, что сделала все, чтобы лишить себя последних шансов к спасению, и ее жизнь сейчас не стоит и двух центов. Но все же продолжала спокойно стоять спиной к смерти, каждое мгновение ожидая того самого удара, который положит конец затянувшемуся кошмару.
Она считала, что накопила в себе достаточно злости к этому мерзавцу, чтобы потерять малейший намек на страх перед ним. И все-таки не сумела сдержаться, когда ее плеч коснулись холодные ладони, следом отнюдь не нежно, а скорее повелительно, потянули на себя, и легкий шепот прошелся по телу волной липкого страха:
— Ты думаешь, что хитрее меня, но очень сильно ошибаешься. Я никогда не терял голову от смазливой мордашки. В следующий раз я покажу тебе, каким бывает мой гнев на вкус.
Девушка неосознанно кивнула головой в знак понимания, мгновенно растеряв весь своей боевой пыл. Она уже поняла, что эти угрозы вполне реальные, и в ближайшем будущем ей предстоит прочувствовать их опасность на собственной шкуре, если так и не удастся совладать со своим характером. Он не был Кайлебом, которого заводили подобного рода игры, не ведал человечности, и умел по-настоящему пугать, оставаясь притворно ласковым.
Вот и сейчас, с бешенством признавая свое поражение, Кэр через силу терпела отвратительные прикосновения его рук и тяжелое дыхание, вызывающее лишь стойкое омерзение. Ему нравилась ее реакция, что и заставило идти на крайние меры. Неизвестно как, но ей все же удалось вывернуться в его объятиях, чтобы смело и открыто посмотреть в глаза самому отвратительному существу на этой планете.
— Просил поцеловать, говоришь, — игриво улыбнулась она, чуть приподнимая одну бровь, а потом с тихим стоном впилась ему в губы, мимоходом отмечая всю неприглядность своего поведения. Никакой уверенности в том, что и этот план сработает, у нее не было. Решившись добираться до цели вслепую, она вынуждена была использовать любые методы.
К ее огромному удивлению, вампир отшатнулся в сторону сразу же, как только ей удалось немного расслабить хватку его пальцев и в какой-то незначительной степени добиться отзывчивости.
— Не делай этого больше, — тяжело прохрипел он, прислоняясь спиной к стене. Его всего трясло крупной дрожью, а над верхней губой отчетливо проступили капельки пота.
Девушка попыталась сделать к нему шаг навстречу, но была остановлена вытянутой вперед рукой.
— Я не буду повторять дважды, — зловеще предупредил он, сгибаясь пополам точно от невыносимой боли в животе.
— Тебе плохо? — осторожно спросила Кэролайн, наклоняясь, чтобы внимательнее рассмотреть белое до синевы лицо. Неожиданно ей стало его безмерно жалко. Пусть он монстр, самое отвратительное на вид чудовище, но, возможно, это всего лишь маска, которой суждено прятать истинное лицо этого вампира. Собственный опыт подсказывал, что бессмертные как раз очень большие любители подобного рода "украшений".
— Пошла ты на…, - безэмоционально посоветовал Дамон, с усилием опуская трепещущие, словно крылья бабочки, веки с выразительно густыми черными ресницами удивительной длинны. — Мне очень хорошо.