Чтение онлайн

– Ты, надеюсь, тоже, – уже вслух произнесла учительница, обращаясь к Славику, у которого замерло от страха сердце, – не бросал булочку?

– Конечно, нет, – с усилием выдавил он из себя. – И это действительно была правда уже хотя бы потому, что в компотной лужице на подносе пребывала не булочка – ватрушка.

– И ты, зная, с каким тяжелым трудом дается людям хлеб, съел бы ее до конца, будь она твоя?

– До конца, – сказал Славик, облегченно вздохнув и лизнув языком пересохшие губы. Здесь, в принципе, он тоже не очень-то покривил совестью, потому как о нелегком труде хлеборобов имел весьма смутные представления.

33.

О, эта неспокойная (вечно на колесах) армейская жизнь! Пожив в городе пару – от силы другую месяцев и проявив вдруг недюжинные способности в бухгалтерии, Игорь (к приезду какого-то крупного начальства нужно было срочно привести в порядок документацию, финансово-имущественные показатели части, и так как главный специалист в этой области нуждался в помощи, чтобы управиться побыстрей, добровольно вызвался Драйзеров) крутым образом поменял профиль своей служебной деятельности – вместо боевой переквалифицировался на интендантскую. И, получив должность начальника продовольственного снабжения, был направлен в отдаленный сибирский гарнизон в Тюменскую область. Семью, конечно, сразу он не мог с собой взять: гарнизон только-только создавался, и постоянного жилья для нее еще не было, да и Славика не хотелось срывать из школы посреди учебного года. Драйзеров-старший, в общем-то, осознанно (подвернувшийся случай лишь помог ему в этом) сделал свой выбор, свою ставку на интендантство. Во-первых, здоровье, как и жизнь, дается людям один раз, и, заметно надорвав его уже в ранней молодости, в начале тернистой служебной карьеры, было бы просто глупо для него и непростительно для вершителей человеческих судеб в погонах продолжать способствовать этому стремительному, губительному процессу разрушения здоровья. Ну и во-вторых, надоело жить если не впроголодь, то и без особого разнообразия в пищевом ассортименте, порой в ожидании последующей (предыдущая заканчивалась удивительно быстро) зарплаты перебиваясь тем, что Бог пошлет. Новая же Игорева должность открывала перед семьей новые, более широкие в этом аспекте горизонты. Во всяком случае, голод не грозил уже точно.

Конечно, с тревожным сердцем оставлял Игорь семью, особенно беспокоясь за Лену: как-то она поведет себя в его, по всей видимости, достаточно долгое отсутствие. И письма, его душевные письма, проникнутые теплой, нежной заботой о семье, были той спасительной отдушиной, которые помогали ему переносить разлуку, были связующими нитями с родными, дорогими его сердцу людьми. На их написание тратил он почти все свое свободное время, которое обычно выпадало поздним вечером: работать приходилось чрезвычайно много, интенсивно, как на возведении строящегося объекта, подлежащего сдаче в эксплуатацию в минимально короткие сроки… Да, Игорь очень любил свою семью. Многие, многие женщины в этом смысле могли бы позавидовать Лене…

"4.02.68г… Сегодня суббота. После работы пришел в комнату гостиницы и так почему-то грустно стало. Я сел и решил писать вам письмо. Сейчас я в комнате один, мой сосед, начальник вещевого имущества, уехал в Свердловск с отчетом. Я уже рассказывал в предыдущем письме, как ехал, как добирался сюда, какая здесь еще не загубленная человеком, великолепной красоты природа, местность, какие уникальные условия жизни. То письмо вы, конечно, давно должны получить, но почему-то все нет ответа, а я его так жду!

Уже пошла третья неделя, как я здесь. Время летит быстро. Не знаю, как там вам, но мне, честное слово, времени в сутках не хватает – такой завал работы. До моего приезда все было запущено. После подобной практики мне смело можно идти работать на гражданке главным бухгалтером. Сейчас жду ревизора, чтобы принять склад и всю продовольственную службу. Как все наладится, стабилизируется, отпрошусь на пару дней в Тагил, чтобы повидать вас. А летом, возможно, уже переедем сюда всей семьей. Вещи будем перевозить багажным вагоном, потому что контейнерной площадки здесь нет: эту железную дорогу построили недавно. Помнишь, Лена, мы еще по телевизору смотрели документальный фильм о ее – "Ивдель-Обь" – строительстве. Вот она и есть… Жилой пятиэтажный дом должны к маю сдать. Как раз Слава закончит второй класс. Пойду в отпуск, съездим на Украину и, я думаю, после отпуска можно будет перебираться на место. Квартиру хочу взять на втором этаже, потому что это наиболее выгодный вариант во всех отношениях. Разумеется, с балконом, как ты хотела. А пока придется немного потерпеть.

Вы хоть там вдвоем, вам веселей. А я один. Вы можете и телевизор посмотреть, и поговорить, а мне вечером не с кем общаться. Все же, как ни говори, без семьи плохо, Лена, просто тянет к вам невыносимо… Как вы там без меня поживаете, как ведет себя Слава? Как твои успехи, сынок? Занимайся, пожалуйста, в школе добросовестно, старайся по всем предметам иметь только "пять" и "четыре". А по итогам четверти и года пусть будут одни пятерки. Слушайся маму, не балуйся, на улице дотемна не бегай зря, лучше почитай, напиши мне письмо, ты ведь уже взрослый мальчик, все понимаешь. Знаешь, как мне будет приятно получить от сына письмо! Лена, ты тоже не ленись – почаще напоминай о себе. Ты же сейчас не очень занята, а то от ничегониделанья всякие тебе дурные мысли будут в голову лезть. Если вот я беспокоюсь о вас, переживаю, постоянно думаю, то и пишу часто, хотя и дел бывает по горло. Вот и на этот раз почему-то не спешишь с ответом. Сообщи, сколько у вас осталось денег, на что их расходуете, когда вам выслать еще. Только, прошу, не трать их (подъемные) бездумно, чтобы они не разошлись бесследно. Ну и, конечно, не морите себя голодом – питайтесь, как следует. Как твои зубы? Была ли на приеме у Волкова, вставляешь уже или нет? Были ли весточки из дома, от твоих? Что пишут? Если есть, перешли мне их письма. Я все еще на родину домой не писал, завтра, наверное, соберусь.

Деньги, вероятно, перешлю числа пятнадцатого февраля. Как раз, глядишь, получишь их к дате – десятой годовщине нашей совместной супружеской жизни. Да, любимая, ты, надеюсь, помнишь, знаешь, что девятнадцатое февраля тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года для нас с тобой – День роз, Розовая свадьба. Жалко, конечно, что в этот прекрасный День меня не будет рядом с тобой, чтобы преподнести роскошный букет из алых роз! Но пусть хотя бы мысленно я шлю тебе его. – К сожалению, в СССР тогда не было такого вида приятных услуг, как вручение цветов по заказу на расстоянии в точно указанные срок, место и кому, где бы адресаты ни находились, хоть на противоположных концах континента. А то бы капитан Драйзеров непременно бы этим воспользовался. – Ты вспомни, Леночка, как мы в тот День шли с тобой расписываться, как ты робко, неуверенно переступала порог загса, боялась… А теперь все позади, многое уже пережито. Были, конечно, на нашем пути и шипы, немало шипов, но без них, собственно, и нельзя представить себе замечательных роз, венчающих наше десятилетие, а потому, подводя итоги, нельзя не сказать, что путь этот, в общем-то, был прекрасен! И мне очень хочется, чтобы и дальше все больше и больше крепла наша связь, союз наших сердец, как в том золотом кулоне-сердечке с нашими мини-портретами внутри, который подарил я тебе в День свадьбы.

Ты знаешь, Ленок, мне так хочется сейчас писать и писать о сокровенном. Кажется, не так ведь и далеко мы друг от друга (всего напрямик каких-то пятьсот километров разделяют нас), можно сказать, совсем рядом, а вот поди ж ты, как здорово тянет в семью, к вам. Чтобы я действительно чувствовал себя рядом с вами, и вы тоже были со мной, откликайтесь как можно быстрей, не пропадайте надолго.

Что нового слышно там у нас, на "точке" – в Тагиле-4? Переехали ли Соповы, кого видишь, встречаешь в городе из наших? Кто поселился в пустых квартирах нашего подъезда? Описывай, Лена, все, все, а я, безусловно, постараюсь оперативно отвечать, ты же ведь любишь читать мои письма.

Здесь просто чувствуется приближение весны. Погода мне, кстати, тут больше нравится, чем в Тагиле. Морозы иногда бывают и большие, под пятьдесят, а то и более градусов, но переносятся очень легко, потому что "сухие"…

Леночка, может, там мои письма где-то теряются, так ты уж попроси почтальоншу, чтобы она поаккуратней была с ними, не бросала мимо ящика или еще куда-нибудь. Завтра четвертое число (собственно, пока писал, оно уже наступило полтора часа назад), воскресенье, нужно отдохнуть, а потом снова на целую неделю впрягаться в работу. Я всегда ложусь и подымаюсь с мыслями о вас: как они там, что принес им день уходящий и готовит наступающий? Надеюсь, что этот, как и все предыдущие и последующие, – только хорошее!

Ну вот и все у меня пока. Когда получу от вас письма, напишу больше.

Напоминаю свой адрес: Тюменская область, Кондинский район, почтовое отделение "Геологи", воинская часть…"

"25.02.68г… Леночка, Славик, получил я ваши письма, очень обрадовался! Особенно удивительно было приятно читать письмо от сына, это же его первое письмо мне! А все, что впервые, всегда глубоко трогает, производит впечатление… Только, Славик, учи настойчиво, всерьез русский язык, чтобы писать грамотно. Вы, разумеется, еще знаки препинания не проходили (где и когда их ставить, особенно запятые), но так ты большой молодец: пишешь в основном без грамматических ошибок и хорошо излагаешь мысли. В этом же духе и продолжай. Слушайся маму и не бери пример с плохих мальчиков, старайся находиться от них подальше, не связываться с ними и походить только на лучших. Все свое внимание ты сейчас должен сосредоточить на одном – на учебе. Учись, учись и еще раз учись. Когда вырастешь, поймешь глубинный смысл этих наставлений и только спасибо скажешь за то, что уму-разуму учили. А сейчас я говорю тебе огромное спасибо за твое внимание, за твои труды! Рад был узнать, что с отметками, особенно по математике, у тебя все нормально. Постарайся, чтобы в этой главной четверти у тебя по ней была "пятерка"… За спортивный костюм ничего пока сказать не могу, но вот когда поеду в командировку в Свердловск, там я посмотрю, и если будет – обязательно куплю тебе. – Славика как перспективного мальчика заметили на уроках физкультуры и посоветовали записаться в спортивную секцию, на гимнастику, и он уже делал на этом поприще неплохие успехи, чем, конечно, не преминул похвастаться папе в письме. Отныне физкультура и спорт будут неотъемлемой частью дальнейшей жизни мальчика и мужа. И известное высказывание Тиссэ: "Физические упражнения заменяют многие лекарства, но ни одно лекарство в мире не заменит физических упражнений" станет одним из его любимых. – В общем, молодец ты у меня, сынок, так держать!

Ну вот, Ленуся, уже месяц, как нахожусь я на новом месте, пошел второй. Думал, что на 23-е февраля поеду в Свердловск и заеду домой, но не получилось: приезжал ревизор, все мы с ним проверили, и я принял службу. Очень хороший у меня завскладом – действительно настоящий хозяин на своем месте, отслужил уже двадцать два года; между прочим, сам он хохол, так что земляки мы, сработаемся. Был у нас генерал, начальник тыла армии, очень хвалил меня при всех за то, что все быстро организовал и наладил и что в моей службе дела сегодня обстоят лучше, чем в других. Уже в приказе объявили благодарность на 23-е февраля, наградили красивой юбилейной медалью в честь 50-летия Вооруженных Сил. А коллективы летно-технических столовых подарили мне исторический роман в двух книгах. Уважают меня здесь, ценят за то, что и сам много работаю, и людям (коллегам и подчиненным) помогаю, подсказываю, где что не так. Тут гарнизон открытый, гражданские кругом ходят, и ты бы свободно смогла посещать меня на работе, посмотреть, пообщаться.