Чтение онлайн

– Сами видите до чего разумного может довести нехватка крови.

Пока приводили в чувство Марика, охали да ахали, я прошелся по комнате осматривая костюмы. Мое внимание привлекла черная расшитая серебром тройка. Пожалуй и размер подходящий.

– Покиньте магазин! Марик мне рассказал, что это вы его унизили! Немедленно убирайтесь или я позову стражу.

Святая Луна. Как же тяжело общаться с гражданскими. В моей голове засела мысль, что смертельные поединки с вовкулаками и игры пусторукого не такое уж и плохое времяпровождение.

Со вздохом показал медальон. Швей сразу стал покладистым, как куртизанка при виде путинок.

– Прошу прощения мастер. Марик у нас работает недавно и не умеет сразу распознать большого разумного. Да, позвольте представится, меня зовут Казик. Я владелец этого магазина. Какое платье вы бы хотели приобрести?

– Вот это.

Я указал на понравившееся мне костюм.

– Отличный выбор мастер!
– с воодушевлением и кажется ненаигранным произнес Казик.
– Это костюм несколько недель назад заказал ваш коллега. Но насколько я знаю он погиб. Да, печально-печально, однако что поделать, такова жизнь.

– Коллега?
– встрепенулся я.
– Как его звали?

– Честно говоря не помню, но если хотите посмотрю, у меня записано. Эй, Марик, - не стал он дожидаться моей просьбы.
– Посмотри имя клиента заказавшего костюм номер 1252. А мы пока с вами займемся подгонкой.

– Сколько времени это займет?

– О не беспокойтесь, где-то час, ну может полтора. Вам неслыханно повезло, костюм словно на вас сшит, но необходимо исправить пару неточностей, что бы пазлы совпали.

Я еле сдержал стон. Последующее время подгонки Казик изводил меня, как вши солдата. Очень хотелось его убить и Марика за одно.

Последнее время ловлю себя на мысли, что при встрече с любым разумным первым делом думаю - куда труп девать?

По мне костюм и с первого раза прекрасно сидел, но швею постоянно что-то не нравилось. Хорошо, что все заканчивается и муки тоже. Ведь если муки вечные, это уже образ жизни?

– С вас пятьдесят путинок, - лилейно объявил швей, стряхивая с меня несуществующую грязинку. И не надо делать глаза, как у жителя Синама, - видя мою адекватную реакцию завел шарманку Казки.
– Это не просто костюм, это шедевр! Все женщины будут счастливы вручить ключи от своего сердца, когда увидят вас в этом божественном наряде. Это я еще с вас по-лунски взял, не учитывая подгонки.

Почему я не швей? Может занимаюсь чем-то не тем?

– Вы мне обещали сказать, как звали погибшего хомодайреса.

– Ах да, конечно. Марик! Вот, - швей взял у продавца пухлую тетрадь, - его звали Констанций.

– Как вы сказали?
– спокойно осведомился. Очень спокойно, на грани паники.

– Констанций. Да. А что, вы его знали?

– В некотором роде. Не расскажите, как он выглядел?

– Мастер, передо мной проходят сотни клиентов и всех детально не запомнишь, но...

– Но?

– Вашего коллегу я запомнил. Такого трудно забыть. Комплекция почти как у вас, может чуть в плечах уже. Волосы седые, спадают на плечи. Одного глаза нет, кажется левого. Все лицо пересекает шрам от виска до шеи. Внешность устрашающая, от него так и веет солнцем, но сам обходительный, жаль, что погиб.

– А с чего вы решили, что он умер?

– Ну как же? Мы тут продвинутые, не хухры-мухры, листок выписываем, как в столице. Там обо всем пишут, новости всякие, события, ну и магистры некролог размещают. Оттуда и узнали.

– Ясно.

Костюм завернули в ярко-желтый пакет, перевязали зеленой лентой. Зачем? А ведь надо еще купить подходящую обувь. К счастью обошлось без приключений. На противоположенной стороне улицы располагалась сапожня. Не долго думая купил темные кожаные сапоги. Оставалось только решить куда сводить расскую графиню.

Да, я занимался самообманом, просто удалил, на время, информацию о своем тезке, о невозможном тезке. У хомадайресов не бывает двух носящих одно имя. Или магистры меня на тот момент уже считали упокоенным? Имя освободилось! Твари!

Ладно. Это всего лишь подтверждение слов Ракугавы. Чему удивляться? Ведь я уже поверил ему. Поторопились магистры, ой поторопились. И я им это докажу.

Свежий листок купил на соседней улице в книжной лавке. И сразу обратил внимание на красивую надпись шедшую через всю страницу: Только три дня. Легендарный Гришун Евген со своим моноспектаклем "Как я съел химеру".

Сейчас как раз последняя ночь, когда можно сходить на представление. Необычайно далек я от народа и развлечений, надо хотя бы поинтересоваться, что за спектакль и можно ли на него привести девушку.

Билеты можно было купить в той же лавке. Пришлось вернуться.

– Скажите, - спросил у букиниста, - этот Гришун не пошляк? На него можно сводить приличную леди?

– Ай! Ой! Уй!
– заохал хозяин лавки. Он принялся размахивать руками перед моим лицом, сжимая и разжимая пальцы. Его толстое непривычное к физическому труду тельце мгновенно покрылось испариной, а маленькие пижонские окуляры с белыми сапфировыми стеклами слетели на пол.

– Как вы могли? Такое! Такое! Предположить! Это Луна, истинная Луна от искусства! На его спектаклях сами братья-монархи прослезились. Если хотите знать, - букинист схватил меня потной лапкой за руку, - расский Хан ему пожаловал дворянский титул, а Султан подарил сто одиннадцать наложниц.

– И что Гришун?
– я потянул за рукав, пытаясь освободится, но хватка толстяка была мертвой. Чего доброго еще попортит обновку.

– От наложниц отказался. Ему творить надо, а не тратить время на этих фурсеток. Евген это врачеватель матрицы разумных. Он обнажает наши мысли и чувства, заставляет заново взглянуть на самые простые вещи. Не важно кто ты, какое место занимаешь в жизни чего хочешь. Гришун говорит сразу для всех, его язык универсальный, это ключ к любому сердцу.

– Сколько?

– Вам на две персоны?
– не стал валять дурака книжник.

– На две.

– Это сложно. До спектакля, последнего! Осталось несколько часов. Все билеты проданы...

Он сделал многозначительную паузу. Похоже я ошибся, дурака он валять будет и роль грязнульки отведена мне. Не собираюсь облегчать букинисту жизнь, поэтому просто молчу, глядя в его честные, узкие глазки. Видя, что я не собираюсь подавать реплику, хозяин книжной лавки натужно вздохнул, закатил глаза и завел шарманку.