Хорошие драконы финишируют последними
Шрифт:
Прозрачный кот посмотрел на нее с отвращением и прошел к дивану. Он отвернулся от них, дойдя туда, стал лизать лапы, ведя себя так, словно переезд был его идеей.
— Марси, — очень медленно сказал Джулиус, — почему у тебя призрак кота?
— Технически, он не призрак, — Марси вернулась к заклинанию. — Это его имя. Он — мертвый дух. Ты, наверное, заметил проблему миссис Херст с котами?
Джулиус взглянул на стену сверкающих глаз, глядящих на них с гор мусора за желтой лентой.
— Я заметил.
Марси покачала головой.
— Хорошая старушка, но сердце чересчур доброе. Она сказала, что не смогла прогнать бродяг, но у нее не было денег, чтобы вылечить их, так что дом стали заполнять коты. Они годами жили тут, так что, к сожалению, много мертвых котов лежит в этом мусоре, а мертвые тела — это мертвые духи.
Джулиус посмотрел на просвечивающего кота на диване, поёжившись.
— Так он — твоя работа для хозяйки этого места? За него ты получила свободное проживание?
— Да, — ответила Марси. — Я искала работу на досках объявлений, когда увидела запись от старушки, которая клялась, что кот-призрак пытался ее убить. Обычно я не берусь за безумную работу, но никто больше не ответил ей, а мне нужны были деньги, и я сказала ей, что приду и проверю. Когда я прибыла, Призрак сидел на груди моей будущей клиентки. Он почти выкачал все из нее к тому моменту, и мне пришлось привязать его, чтобы он отцепился.
Джулиус сжался.
— Это ужасно.
— Я знаю, — Марси рассмеялась. — Пришлось уклоняться от разъяренных котов по пути, и я еще не знала, что буду делать привязывание.
— Но зачем ты его привязала? — спросил Джулиус. — Почему не изгнала? — он мало знал о магии людей, но привязывание было серьезным делом, соединяло дух и мага на жизнь. Это вряд ли кто-то делал сходу, особенно, с враждебно настроенным мертвым духом.
— Я думала об этом, — сказала она. — Но если бы я его изгнала, он просто вернулся бы и тревожил кого-то еще. И он — редкий образец. Есть гипотеза, что у котов естественной магии больше, чем у других одомашненных животных, но я впервые видела или слышала о мертвом духе-коте. Он будет отличной темой, если я все-таки сяду писать докторскую.
Джулиус смотрел на нее, открыв рот, он все чаще выглядел так рядом с Марси.
— Так ты привязала мертвого духа к себе навсегда ради возможности написать о нем, если ты вернешься к учебе?
— Он довольно полезный, — она стряхнула мел с ладоней, пока вставала. — Когда я заставляю его слушаться. Можешь передать мне ящик?
Джулиус так и сделал, отдал дрожащую коробку из шкафа. Тихий гул прекратился, когда Марси сняла бумажную печать. Она вытащила оттуда что-то длинное, черное и немного бугристое, как звериный рог.
— Что это?
— Бивень химеры, — гордо сказала Марси, подняв черный предмет, чтобы он видел. — И, пока ты не спросил, он с лицензированной фермы в Канаде. Я не покупаю с фабрик. Это портит магию.
Джулиус не собирался спрашивать, потому что ему и в голову не приходило, что в Канаде были фермы химер. Но он вдруг стал переживать из-за заклинания.
— Зачем тебе бивень химеры?
— Он не нужен, — Марси опустила бивень на центр ладони. — Но нужно много магии, чтобы сделать две иллюзии, достаточно плотные, чтобы обмануть комнату, полную магов, и я уверена, что ты не хочешь стоять тут всю ночь и ждать, пока я соберу эту магию сама, так что я подумала использовать наружный источник. Это как батарейка, — она посмотрела на бивень в своей руке. — И этот уже старый. Лучше использовать его сейчас, чем ждать, а он в это время будет терять силы, понимаешь?
— Верю на слово, — сказал Джулиус. — Но зачем тебе две иллюзии?
— Потому что я иду с тобой, — Марси бросила на него взгляд. — Что? Ты же не думал, что я пущу тебя одного?
— Ну, — начал Джулиус, — я…
— Ты — мой клиент, — возмутилась она. — Я не могу отпустить тебя без поддержки. А если чары рассеются? И, не пойми превратно, но ты говоришь, как полный ноль. Не важно, какое хорошее прикрытие я на тебя налеплю, тебя через секунду раскроют, если никто не будет помогать.
Джулиус не мог тут спорить.
— Я буду рад твоей помощи, но я все еще не понимаю, зачем тебе прикрытие. Ты уже маг.
Глаза Марси расширились, словно он ее обозвал.
— Ты не слушал? Я — сократический тауматург. Логическое мышление, повторяемые результаты, лучшие практики, настоящее волшебство? Мы идем на вечеринку шаманов. Шаманы считают себя творцами, в лучшем случае, духовными гуру — в худшем. Многие из них просто бросают магию и надеются, что это сработает. Наверное, там не будет никого, кто мог бы записать заклинание, даже если бы от этого зависела их жизнь. Они увидят, кто я, по моей магии. Настоящим испытанием будет скрыть мою ухоженную ауру бредом, чтобы они не видели все хорошее внутри.
— Я не хотел тебя оскорбить, — быстро сказал Джулиус. — Уверен, твой способ лучше, но и их не может быть плохим. Может, они делают магию не так, как ты, но шаманов много, — включая парня, с которым он был в игровой гильдии с прошлого года. Он был неплохим, хоть и со странностями. — Что-то они делают правильно, иначе у них ничего не работало бы.
Марси скривилась.
— Можно сказать, что шаманы лучше колдуют налету. Тауматургия требует времени, ведь мы не сочиняем на ходу. Но для твоей иллюзии тауматургия на-а-амного лучше.
Джулиусу казалось, что Марси заявила бы, что тауматургия лучше всего, но он был готов принять эту ложь.
— Тогда мне повезло, что ты меня нашла.
Она наградила его сияющей улыбкой, она опустила бивень химеры в центр тщательно нарисованного мелом круга.
— Готов?
Джулиус кивнул и шагнул в круг, куда она указала. Он ощутил гул ее магии, когда его тело пересекло линию, дрожь пела, как камертон, на его костях, а потом стала приятным жужжанием.
Марси опустила ладони на его плечи и крутила его, пока он не оказался над бивнем в центре.
— Я начну тянуть магию, — предупредила она, выйдя из круга. — Ты можешь ощутить небольшое давление.
Он глубоко вдохнул.
— Вперед.
Едва он сказал это, и круг из мела вспыхнул, как фосфор. Магия опустилась на него и чуть не поставила на колени.
Внезапная паника от давления чужой магии чуть не заставила Джулиуса ответить своей силой. Он вовремя подавил рефлекс, сжал магию крепко и дышал, несмотря на давление, пока это не стало ощущаться как волна, а не оползень. Когда он убедился, что мог это вытерпеть, он открыл глаза и увидел, как Марси забавно смотрит на него.