Хорошие драконы финишируют последними
Шрифт:
Он все еще пытался понять это, когда ощутил покалывание на шее, которое означало, что за ним кто-то следил. Наверное, Иен собирался позвать его обратно, чтобы они «обсудили его план», или Свена хотела дать совет/угрозу напоследок. Но, когда Джулиус обернулся, за ним следил не дракон. Это была женщина. Человек, и она сидела за столиком у двери.
Она встала, как только он поймал ее взгляд, и пошла к нему, рассекла толпу в дорогих нарядах, как стрела, а он был мишенью. Джулиус безумно соображал, пытался вспомнить, встречал ли ее раньше. Да, он знал много о людях, как для дракона, но только через интернет. Личные контакты были ограничены жителями города в пустыне Нью-Мехико, который поддерживал горный комплекс его матери, а эта девушка не была из его дома. Но вела себя так, будто знала его.
Она приближалась, смятение Джулиуса росло, потому что она подходила этому клубу так же, как он. Ее сочетание сверкающего серебряного жилета, белой блузки с длинными рукавами с большими манжетами поверх пластиковых браслетов и черных узких штанов с сапогами почти до колен напоминало ему мага старой школы. На ней наряд смотрелся привлекательно. Она была милой в теплом человеческом плане, и это было приятно после холодной красоты Свены. Но ее наряд не подходил крутой эстетике клуба, и ее волосы вообще были странными.
Густые темно-каштановые волосы были обрезаны неровно, сзади почти до кожи головы, вокруг ее лица — почти до подбородка. Они были неровными и над ее ушами, длинные пряди торчали в разных местах, словно она отвела волосы назад и обрезала в безумной панике. Она не выглядела безумной. Просто решительной. Она подошла и скользнула между ним и стулом слева от него, уперлась локтем в стойку бара, чтобы быть в поле его зрения.
В обычных обстоятельствах Джулиус стал бы отступать, если бы девушка внезапно подошла к нему. Сегодня он уже отчасти паниковал, застрял в режиме выживания, так что смотрел на нее, стоял на месте в отчаянии, глубоко дыша, чтобы уловить намек на ловушку. Он не заметил драконьей силы, кроме цепочки в его кармане, и он сказал:
— Я могу тебе помочь?
— Нет, — сказала девушка, взмахнув ладонью. — Я могу тебе помочь.
Белая визитка появилась между ее пальцев, и Джулиус вздрогнул и понял, что не ощутил магии. Визитка появилась от обычного фокуса, не заклинания. Но бумага говорила иную историю.
«Марси Новалли, — читалось там. — Сократический тауматург. Снятие проклятий, консультации магии, услуги чар». А ниже мелким шрифтом значилось: «Нет слишком большой или маленькой работы! Рекомендации доступны по запросу».
Маг, понял он, глядя на визитку с растущим страхом — это поражало, ведь он уже много раз боялся сегодня. Но маг появился из ниоткуда в тот миг, когда он понял, что ему нужен такой? Если это не было подстроено, то он был любимым сыном своей матери.
Он отодвинулся от ее визитки, словно это был яд.
— Прости. Не заинтересован.
— Просто выслушай меня, — сказала девушка, пересекая расстояние, которое он сделал между ними. — Я пойму, если ты опасаешься магов. Ты под гадким проклятием.
Джулиус моргнул.
— Что, прости?
— Проклятие, — сказала она, указав на него. — Оно покрывает тебя. Я не представляю, как ты страдаешь, но тебе уже не нужно переживать. У меня большой опыт в снятии проклятий, и я очень нежная. Дай мне час, и я сниму это с тебя без проблем.
Джулиус глядел на нее, не понимая, а потом его осенило. Она говорила о печати, которую мать наложила на него, чтобы запереть его в облике человека. После этого Джулиус едва сдержал желание расхохотаться от заявления смертного мага, что она могла снять печать его матери за час, и как отреагировала бы Бетезда, если бы это сработало. Он взглянул на девушку снова, чтобы убедиться, что она не шутила, но ее лицо было ужасно серьезным, и он смог лишь покачать головой.
— Боюсь, мое проклятие не из тех, которые ты можешь снять, — сказал он. — Спасибо за предложение, — последнее прозвучало удивительно тепло. Ее неожиданное предложение было самым приятным, что ему сказали за весь день.
Девушка смотрела на него миг, а потом ее плечи опустились.
— Тебе нужно что-то еще? Чары? Изгнание духов? Я могу показать портфолио.
Она стала вытаскивать папку из огромной черной сумки на длинном ремешке, еще не закончив вопрос, и Джулиус подавил желание вздохнуть. Люди.
— Я в порядке, правда, — он поднял руки. — Тебе не нужно ничего мне показывать. Я не заинтересован.
Девушка застыла и убрала папку в сумку, ее лицо вытянулось от поражения.
— Прости, — буркнула она и села на стул рядом с ним. — Обычно я не такая… — она махнула руками, пока искала слово, и почти облетевший серебряный лак на ее ногтях засверкал в тусклом свете клуба, — настырная, — сказала она. — Просто мне очень нужна работа. Если тебе нужно сделать хоть что-то магическое сегодня, я сделаю большую скидку. Клянусь, все законно. У меня лицензия из Невады, но в городе я недавно и, если честно, я в отчаянии. Если у тебя есть работа для мага, только скажи. Если нет, я не буду беспокоить.
Джулиус открыл рот, чтобы извиниться, но слова застряли в горле. Девушка смотрела на него с надеждой, и в его голове крутилось слово «отчаяние». Боб говорил ему быть джентльменом и помочь отчаявшейся девушке. Конечно, Боб как-то говорил Джулиусу, что у него будет ужин с фениксом на день рождения.
Отвернувшись от человека, он вытащил телефон и перечитал сообщение пророка, но он не ошибся. Там было предупреждение от якобы безумного пророка-брата, который прислал ему телефон, документы для Детройта и деньги на четыре месяца, отправив их раньше, чем это понадобилось, и его брат говорил помочь отчаявшейся девушке. Джулиусу нужно было принять решение.
С одной стороны, годы отточенной паранойи говорили ему, что это была ловушка. Никому не могло так повезти, чтобы случайный маг предложил услуги в тот же миг, когда был нужен. Скорее всего, эта Марси Новалли работала на кого-то еще из Трех Сестер, кто не хотел, чтобы Катю нашли, или вообще на другой клан. Если он примет ее предложение, сыграет на руку врагам семьи, как идиот, каким его всегда звала мать. С другой стороны, отказ был поведением против совета брата, и тут лежало затруднительное положение. В отличие от многих в своей семье, Джулиус не считал Боба безумным, по крайней мере, не только безумным. Он не знал, видел ли его брат будущее, но Боб точно что-то видел. Вот только Джулиус не знал, в какую категорию попадало предупреждение: в безумие или что-то еще. Он все еще пытался понять, когда девушка встала с барного стула.
— Прости, что заняла время, — тихо сказала она, посмотрела на свои ноги, поправляя сумку на плече. — Спасибо, что выслушал, надеюсь, у тебя будет хороший…
— Постой.
Девушка удивленно подняла голову. Джулиус тоже был удивлен, потому что не думал еще, что принял решение. Но, хоть он все еще не был уверен, был ли маг ловушкой, видением странного разума Боба или комбинацией этого, он решился. «Прости» было решающим фактором, но «спасибо» было последней точкой. Джулиус не помнил, когда в последний раз слышал такое от кого-то, кроме себя. Ловушка или нет, он не мог бросить человека, сказавшего ему такое.