Чтение онлайн

Переговоры подошли к концу; в заключение Боск пообещал навести справки. Но на это потребуется время, предупредил он. Им надо набраться терпения. Он проводил их до выхода и, глядя, как они идут по залитой солнцем площади, стал мысленно потирать руки в предвкушении солидных гонораров.

— Уф! — с шумом выдохнула Кристи. — Теперь-то, надеюсь, все улажено?

— Не совсем. Мне кажется, кружечка пива поможет мне толково объяснить наше положение. Вы не слишком любите законников, правда?

— С одним представителем этого племени я жила некоторое время назад.

Они молча прошли по улице Назарет к широкому, обсаженному деревьями проспекту Мирабо и заняли последний свободный столик в ресторане "Дё Гарсон". Кристи оглядела посетителей, заполнивших помещение. Большинство старательно вглядывались в карты и вчитывались в путеводители; почти на всех была форменная одежда американских туристов: бейсболки, мешковатые шорты с кучей карманов и карманчиков и грубые ременные сандалии. Обернувшись к Максу, она с усмешкой поинтересовалась:

— А где же парень в берете и с аккордеоном?

Официант с бесстрастным скучающим лицом поставил перед ними две кружки пива и, дожидаясь оплаты, уставился куда-то вдаль, быть может, высматривая там долгожданный отдых на пенсии. Потом с одного взгляда оценил чаевые, в знак благодарности едва заметно наклонил голову и отошел, шаркая ступнями, плоскими, как блины, которыми наслаждались за соседним столом.

Макс принялся излагать суть беседы с юристом, но скоро почувствовал, что Кристи с трудом заставляет себя вникать во все эти прецеденты и консультации с судебными инстанциями; когда он заговорил об эксгумации и анализе ДНК, она вздрогнула от отвращения и решительно замотала головой.

— Но я же просто передаю вам то, что сказал юрист.

Кристи протестующе подняла руку:

— Нет-нет, не надо. А вот в самом конце он посмотрел на нас обоих и вдруг заиграл бровями — в чем тут фишка?

— Хороший вопрос. Я как раз к этому подхожу. Ну, в общем, он намекал... Нет, вернее, советовал — чтобы не было проблем с законом, понимаете?.. Короче, советовал вам, как он выразился, "сохранять там свое присутствие".

— Сохранять присутствие?

— Да. В доме.

— Вместе с вами?

— Ну да. То есть я, само собой, тоже там буду. Сохранять свое присутствие, покуда все это не утрясется.

— Макс, я ведь познакомилась с вами только сегодня утром. Я вас не знаю. А теперь вы предлагаете мне остаться у вас жить?

Вид у нее был до смешного озабоченный, голубые глаза округлились от тревоги, ведь молодая американка впервые нос к носу столкнулась с порочностью европейцев. Сам Макс перестал всерьез воспринимать происходящее — слишком уж все странно.

— Дом-то большой. Каждый из нас может занять хоть три спальни.

— Ara, так я и думала, — обронила мадам Паспарту, глядя, как Макс старается протиснуть в парадную дверь сумку Кристи — огромную, брезентовую, туго набитую сардельку. — Молодая Am'ericaine [101] въезжает сюда. — Все готово, месье, — приветливо обратилась она к Максу и с самодовольной улыбкой добавила: — Я поставила цветы в вашу спальню и сменила простыни. Уверена, вам с ней будет там очень уютно.

Макс выпустил из рук сумку.

— Нет-нет, мадам, — запротестовал он. — Вы меня не поняли. Она действительно поживет какое-то время здесь, но не со мной. Вернее, со мной, но не в моей спальне.

В ответ мадам Паспарту лишь удивленно глянула на него: то, что двое здоровых одиноких молодых людей готовы разбрестись по разным спальням, казалось ей противоестественным.

— Ah bon? И почему же? — подбоченившись и склонив голову набок, осведомилась она.

— Потом объясню. — Обернувшись к Кристи, Макс мотнул головой в сторону лестницы и взвалил сумку на плечо: — Пошли устраиваться.

Поднявшись на второй этаж, они обошли все спальни. Впереди шагала мадам Паспарту: она распахивала ставни, обмахивая щеткой все подряд (вдруг там успела собраться пыль?), попутно расхваливая прекрасные виды, открывающиеся из высоких окон, и довольно громко сетуя на то, что замечательная спальня месье Макса будет, в сущности, простаивать. Кристи не без опаски посматривала на продавленные кровати, на старинные покосившиеся гардеробы и неровные кафельные полы. А когда они добрались до ванной комнаты, явно более древней, чем прочие, — душ был примотан к ванне целым клубком покоробившегося и выцветшего от времени розового резинового шланга, — опасения Кристи сменились искренним изумлением.

— Обалдеть... — не веря своим глазам, она медленно покачала головой. — Скажи кому-нибудь — засмеют.

— Да, знаю, на отель "Риц" не слишком похоже, — сказал Макс. — Зато бездна шарма. В Штатах ничего подобного днем с огнем не найти. — Примостившись на унитазе, он простер обе руки к окну: — Здесь можно блаженствовать часами. Вид бесподобный.

Кристи слабо улыбнулась, но лицо ее выражало смятение, едва ли не ужас от увиденного. Макс попытался представить роскошную сантехнику, к которой она привыкла у себя в Калифорнии. Он знал, что гигиена в Америке — это святое, настоящий национальный культ. Ему стало жаль девушку.

— Послушайте, — сказал он, — может, вы займете мою спальню с ванной, а я переберусь куда-нибудь еще?

На том и порешили. Кристи принялась распаковывать вещи, а Макс с мадам Паспарту спустились на кухню: Максу не терпелось отдохнуть душой за бокалом вина, а мадам Паспарту жаждала разгадки.

— Все-таки отчего не вместе? — опять поинтересовалась она. — Это же лучшая спальня в доме. И кровать как раз на двоих. Tr`es [102] уютно.

— Да мы только-только познакомились.

— Ну и что? Вот и познакомитесь поближе.

— Она же мне двоюродная сестра. Во всяком случае, я так полагаю.

Мадам Паспарту лишь пренебрежительно махнула рукой:

— Какие пустяки. У половины французских аристократов были liaisons [103] с двоюродными братьями и сестрами. — Она красноречиво ткнула Макса пальцем в грудь. — И у многих крестьян тоже. Да что далеко ходить, даже у нас в деревне все прекрасно знают, что...

Но Макс, не дожидаясь разоблачения деревенской тайны, прервал ее: