Чтение онлайн

Эльза наконец отцепила от него Марту, та недовольно заверещала, но подчинилась. И осталась стоять тут же, взирая на папу сверкающими от счастья глазами.

— Петер, поставь чемодан на пол, что ты в него так вцепился? — с улыбкой произнесла Эльза.

— Тут это… Подарки. Вещи разные. Для тебя и Марты, — с трудом выдавил из себя Макс.

— Отлично! — рассмеялась Эльза. — Значит, у нас будут обновки!

Макс поставил чемодан на пол, огляделся в поисках домашних тапочек. Эльза нагнулась, достала их из-под галошницы:

— Вот твои, ты что, забыл? Проходи в гостиную, я как раз готовлю обед. У нас сегодня будет великолепная жареная картошка с салом!

— У меня тут продукты, — опомнился Макс. — В чемодане, консервы там разные, сардины, мармелад. Возьми. Но сначала — подарки…

Он нагнулся, расстегнул чемодан и достал плюшевого медведя.

— Вот, Марта, это тебе…

Девочка радостно взвизгнула и снова бросилась ему на шею, и Эльзе пришлось оттаскивать ее. Затем Макс достал свертки с платьем и костюмом для самой Эльзы.

— Взгляни, как тебе?

Эльза чуть развернула бумагу, посмотрела, ахнула:

— Боже мой, где ты купил эту прелесть?

— В Варшаве, — честно признался Макс, — в магазине.

Эльза чмокнула его в щеку и побежала в спальню — рассматривать обновки и примерять. На ходу бросила:

— Отнеси, пожалуйста, продукты на кухню!

Макс подхватил чемоданчик и в сопровождении Марты, которая ни на шаг от него не отставала, проследовал на кухню. Железная плита, эмалированный рукомойник, небольшой стол, белые кафельные стены и деревянные полки. Никакого холодильника, разумеется. Макс выгрузил продукты из чемодана прямо на стол — пусть сама разбирается что куда. Затем вернулся в коридор.

Снял сапоги, надел домашние тапочки, прошел в ванную — тоже белый кафель, чугунная ванна, умывальник, ящичек с одеколонами и бритвенными принадлежностями. Ага, это мое… Три щетки в стаканчике, зубной порошок в круглой бумажной коробочке, какие-то кремы в баночках. Семейный уют…

— Папа, а ты почему молчишь? — спросила Марта.

Макс нагнулся к ней:

— Папка очень устал, он только что вернулся. Сейчас немного отдохнет, а потом он с тобой обязательно поиграет. Договорились?

Марта согласно кивнула — совсем как его Машка.

В гостиной царил идеальный порядок — круглый обеденный стол под белоснежной скатертью, шесть стульев, накрахмаленные салфеточки на этажерке, блестящая посуда в пузатом буфете, тяжелые шторы и гардины на окнах. На стенах — полки с книгами и многочисленные фотографии в красивых деревянных рамочках. Макс стал их разглядывать.

Люди на снимках были ему, разумеется, незнакомы, но кое-кого он все же узнавал — например, родителей Штауфа, сестру Ингу. Имелись несколько общих семейных фотографий — Петер с женой и дочкой в парке, кажется, это Тиргатен, на фоне Бранденбургских ворот и возле здания Рейхстага.

Очевидно, Эльза любила фотографироваться — на снимках позировала с удовольствием. Кокетливо смотрела в камеру, чуть откинув голову назад, чтобы больше открыть лицо. Очень правильное и красивое, кстати. «Надо бы попросить у нее семейный альбом и полистать вместе, — подумал Макс, — она сама все расскажет. Женщины очень любят показывать семейные фотографии и комментировать их, обожают болтать о родственниках и знакомых».

Макс подошел к окну, выглянул во двор — унылый квадрат брусчатки, запертый со всех сторон серыми стенами соседних домов. Ни качелей, ни детской площадки. В комнату вошла Эльза:

— Ну, как я тебе?

Она была в новом платье, которое удивительно шло ей. Синий бархат отлично сочетался с голубыми глазами и светлыми волосами.

— Великолепно! — совершенно искренне восхитился Макс. — Ты прямо красавица!

— Ах, милый! — растроганно произнесла Эльза и прижалась к нему.

Последовали очередные объятия и поцелуи.

— Наверное, оно дорогое? — как бы невзначай поинтересовалась Эльза. — А костюм? Такой же я видела недавно в магазине на Кудамме, он стоил целую кучу денег. Представляешь — триста пятнадцать марок! Сумасшедшая цена!

— Мне для тебя ничего не жалко, — честно ответил Макс. — Для тебя и для дочки.

Он всегда так говорил жене, Маринке, когда та пыталась выведать стоимость очередного подарка. Женщинам лучше не знать, сколько денег на них тратят мужчины. Пусть думают, что много…

Эльза чуть отодвинулась и внимательно на него посмотрела.

— А ты очень изменился, Петер, стал каким-то другим…

— Видишь ли, — произнес Макс вдруг внезапно севшим голосом, — у меня была очень тяжелая контузия. После взрыва русской гранаты. Я лежал в госпитале, в Гжатске, и доктор Миллер сказал, что у меня временная амнезия. Некоторых людей я могу не узнавать, могу забыть какие-то события, факты, детали. Даже казаться странным… Но доктор Миллер сказал, что со временем все это пройдет.

— Я знаю о твоей контузии, — серьезно ответила Эльза. — Мы читали о твоем подвиге и ранении в газете. Я очень горжусь тобой, Петер, и все твои родные тоже. А у Инги в гимназии все только и говорят, как ей повезло с братом. Настоящий герой, фронтовик… Подумать только, тебя наградит сам фюрер!

— Ты уже знаешь? — удивился Макс.

— Конечно, — кивнула Эльза. — К нам позавчера приходил человек из Министерства народного просвещения и пропаганды, герр Штольц. Он сообщил, что ты удостоен особой чести — Железный крест вручит лично Гитлер. Боже мой, я так рада за тебя! Кстати, герр Штольц оставил номер своего служебного телефона и очень просил, чтобы мы, как только ты вернешься, сразу же позвонили. Надо что-то согласовать в министерстве…

Макс кивнул — хорошо, позвоним. Затем, чтобы немного прийти в себя, поинтересовался:

— Так мы будем есть или нет? Я очень голоден…

— Конечно! — воскликнула Эльза. — Я мигом! А ты позвони родителям, они очень ждут, да и Инга тоже… И, кстати, я пообещала, что вечером мы придем к ним в гости. Будет большой семейный ужин…

— Черт, я забыл все номера телефонов, — принял огорченный вид Макс.

— Ничего страшного, — успокоила Эльза, — для этого есть телефонный справочник. Вон там, на столике, возле аппарата.

«Как хорошо, — подумал Максим, что немцы так аккуратны и предусмотрительны. «Ordnung muss sein», порядок во всем, любимая национальная поговорка. Надо будет, кстати, переписать все телефонные номера…

Разговор с родителями Штауфа не занял много времени — мать Петера сразу узнала его и после обычных в таких случаях всхлипов и расспросов пригласила в гости — с Эльзой и Мартой. Вечером вернется из университета отец, а из гимназии — Инга, они все вместе посидят, поговорят. Макс сказал — конечно, придем.