Чтение онлайн

Хэчжин переехал через мост, кажется, он решил выполнить мою просьбу. С Мамочкой Хэлло мы разъехались перед светофором. Ее машина повернула направо и уехала в сторону Инчхона, а мы свернули налево к морскому парку. Возможно, из-за метели дорога у волнореза была темнее, чем позавчера. Было еще рано, но на ней почти не было машин. Автобусная остановка тоже была пустой.

Я посмотрел на Хэчжина. Если бы он высадил меня здесь, я бы скрылся на автобусе. Он должен был почувствовать мой взгляд, но его глаза смотрели только вперед. Я глянул в боковое окно. В пирожковой еще горел свет, но вход был закрыт. Внутри хозяин, наверно, превращается в бизнесмена, возвращающегося из командировки. Полицейских машин, которые до этого стояли у въезда на причал, сейчас не было.

Через десять минут мы въехали на мост, соединяющий остров с материком. Значит, мы оказались на том участке, откуда нет возврата. Когда мы проехали примерно половину моста, нам встретилась патрульная машина, которая возвращалась, объехав морской парк. Я молился, чтобы полицейские не обратили на нас внимание и проехали дальше. Когда мерцание мигалки исчезло из виду, я подумал, что нас пронесло. Но я был не прав. Когда мы въехали в парк, мигалка показалась вновь, и полицейская машина замигала нам фарами.

— Они требуют, чтобы мы остановились, — сказал Хэчжин, мельком глянув назад. Расстройство прошло по всему рту горьким вкусом. Единственная переменная, о которой я беспокоился, похоже, станет решающей. Я подумал, что дело принимает сложный оборот, но меня это не остановило. Судя по дорожному указателю, который мы только что проехали, до смотровой площадки у обрыва оставалось всего пятьсот метров. Более того, дорога к ней шла по прямой, как взлетная полоса. Что ж, пора купить пару ботинок.

— Езжай дальше.

— Что? — переспросил Хэчжин, краем глаза взглянув на меня. Я нажал на кнопку, опустил окно и повторил:

— Говорю, езжай дальше, придурок, — ворвавшийся в окно ветер стер мой голос. Все впереди застилала метель. Полицейская машина включила сирену. Я убрал ноги с бардачка, а Хэчжин, пытаясь нажать на кнопку и закрыть окно, громко крикнул:

— Они требуют остановиться…

Я размахнулся и ударил его по глазам левым локтем. Он вскрикнул и отпустил руль. Голова откинулась назад, ноги оторвались от педалей. Я быстро перекинул ногу на его территорию и изо всех сил нажал на газ. Плечом я с силой давил ему на лицо, а правой рукой схватился за руль, стараясь удержать его. Раз, два, три…

Машина мамы, у которой был мощный двигатель, загудела и начала прибавлять скорость. Под плечом барахтался Хэчжин, но я не отпускал его. Машина ринулась к обрыву. В следующий момент перед глазами появились желтые железные ограждения. Я убрал ногу назад и отпрянул от Хэчжина. Машина, словно самолет, взлетающий с полосы, снесла ограждение и поднялась в заснеженный воздух.

Я чувствовал, как взлетаю вверх. Время начало двигаться очень медленно, как вчера вечером, когда я убивал тетю. Каждый нерв в теле превратился в глаз, наблюдающий за происходящим, не упуская ни секунды. Ремни безопасности удержали мое подпрыгнувшее тело, голова резко откинулась назад. Мне показалось, что хрустнули шейные позвонки. Послышался удар, машину затрясло. Сработали подушки безопасности, закопав меня живьем. Я не мог пошевелить и пальцем, пока подушки не сдулись. В машину через открытое окно хлынула вода.

Тряска прекратилась, сразу наступила тишина, и стало темно. Машина наклонилась вперед, словно вот-вот перевернется. Вода, которая все лилась и лилась через открытое окно, доходила уже до шеи. Холод пробирал до костей, над головой раздавалась громкая полицейская сирена. Через несколько минут подъедет вереница полицейских машин. Потребуется время, пока они спустятся вниз с обрыва или прибудет морская полиция. Машина успеет совсем опуститься на дно.

Я нащупал сбоку от сиденья ремень, расстегнул его и через открытое окно выбрался наружу. Опираясь на крышу наклоненной машины, я прижался к ней всем телом и снял рубашку и штаны. В этот момент луч прожектора со смотровой площадки пробежал по поверхности моря. Благодаря его свету я смог сориентироваться, куда плыть. Конечно, если бы так не вовремя не появились полицейские, ситуация была бы благоприятнее. Мне бы нужно было просто вылезти у обрыва, а не плыть, как сейчас, по морю в метели в страхе перед полицейскими. Хоть в одном мне повезло, сейчас время прилива.

Я два раза вдохнул и, закрыв глаз, представил, будто нахожусь не в море, а в бассейне. Будто я на соревновании на дистанции 1500 метров. В этой дисциплине я сильнее всего. Последнее соревнование в моей жизни. Я старался не думать, что с шестнадцати лет профессионально не плавал. Проигнорировал и тот факт, что с прошлого лета, когда мы ездили с мамой на Себу, я ни разу не окунулся в воду. Зато я поверил сладким словам Оптимиста в моей голове. Ты сможешь. Всего навсего около двух километров. Если не торопиться, проплывешь это расстояние даже с жвачкой во рту.

На душе стало спокойно. Сердце билось ровно, как обычно. Сквозь темноту я глядел на море, уровень воды в котором повышался. Скорость прилива от семи до пятнадцати километров в час — в два-три раза быстрее, чем мои шаги. Если я поймаю прилив, то, думаю, смогу проплыть это расстояние максимум за полчаса.

Перед стартом я оглянулся. Хэчжина уже не было видно. Автомобиль опускался под воду, фары были выключены, внутри машины темно, а вокруг клубился густой туман и валил снег. У меня не было времени ждать, когда снова приблизится луч прожектора, который двигался в сторону волнореза. Холодный воздух, как топор, вонзался в спину, а под подмышками, казалось, образовывался тонкий лед. К счастью, в одном мне повезло — ветер был тихий.

Я с силой оттолкнулся и бросился в волны. Мое тело высоко поднялось на волне и погрузилось под воду. Через некоторое время, когда я всплыл на поверхность, я начал грести руками, продвигаясь вперед. Расстояние было большое, но я изо всех сил старался не терять спокойствия. Казалось, что мое тело промерзло насквозь, превратившись в ледышку, но я не торопился. Я ощутил в животе спазмы, похожие на икоту, но старался дышать ровно. В этой ситуации напряжение равноценно смерти. Если хотя бы немного отклониться от расчета и начать торопиться, превратишься в тонущий корабль. Самый лучший способ не бояться — это не торопиться, а двигаться по течению.

В какой-то момент ко мне медленно приблизился луч прожектора. Когда он прошел мимо, стало совсем темно. Темнота была такой кромешной, что, казалось, протяни руку и схватишь ее кусочек. Туман стал гуще, валивший хлопьями снег шел сплошной стеной, я почти ничего не видел. Волны давили на меня со всех сторон. Я почувствовал, что силы покидают меня. Я часто оказывался под водой, дыхание стало тяжелым. Когда я открывал рот, в него нещадно врывалась холодная соленая морская вода. Конечности онемели, казалось, я не плыву, а хлопаю по воде четырьмя веслами. Мое сознание, как ледокол, резко прорезало время и пространство и уплыло в прошлое.

Я вернулся на тот обрыв на острове, где мы с Юмином играли в выживание. Я лежал, получив камнем из рогатки, и держался за лоб руками, когда сзади услышал смех брата. Ты еще жив?

Голос внутри меня ответил. Подожди, кажется, я скоро умру. Издалека доносился звон колокола. Бом-бом-бом…

Остановись!

Кричал брат.

Я же сказал — остановись!

Галька пролетела у самого уха. Перед глазами все помутнело. В ушах взрывался колокольный звон.