Хоровод
Шрифт:
– Слушай,- сказал Донован,-- это все очень поучительно, только давай поговорим о чем-нибудь другом. Ведь всем преобразованием энергии занимаются фотоэлементы, а это сейчас мое больное место.
Пауэлл что-то проворчал, и когда Донован снова заговорил, разговор потек по другому руслу,
– Послушай, Грег. Все-таки что могло случиться со Спиди? Я никак не могу понять.
В скафандре трудно пожать плечами, но Пауэллу это удалось.
– Не знаю, Майк. Ведь он полностью приспособлен к условиям Меркурия. Жара ему не страшна, он рассчитан на уменьшенную силу тяжести, может двигаться по пересеченной местности. Все предусмотрено -по крайней мере, должно быть предусмотрено.
Они замолчали, на этот раз надолго,
– Хозяин,- сказал робот,- мы на месте.
– А?
– Пауэлл очнулся.- Ну, давай выбираться наверх. На поверхность.
Они оказались в небольшом павильоне-пустом, лишенном воздуха, полуразрушенном, Донован зажег фонарь и долго разглядывал рваные края дыры в верхней части одной из стен.
– Метеорит? Как ты думаешь?-спросил он.
Пауэлл пожал плечами.
– Какая разница? Не важно. Пойдем.
Поднимавшаяся рядом черная базальтовая скала защищала их от солнца. Вокруг все было погружено в черную тень безвоздушного мира. Тень обрывалась, как будто обрезанная ножом, и дальше начиналось нестерпимое
белое сияние мириад кристаллов, покрывавших почву.
– Клянусь космосом, вот это да!-У Донована захватило дух от удивления.- Прямо как снег!
Действительно, это было похоже на снег. Пауэлл окинул взглядом сверкающую неровную поверхность, которая простиралась до самого горизонта, и поморщился от режущего глаза блеска.
– Это какое-то необычное место,-сказал он.- В среднем коэффициент отражения по поверхности Меркурия довольно низкий, и почти вся планета покрыта серой пемзой. Что-то вроде Луны. А красиво, правда?
Хорошо, что скафандры были снабжены светофильтрами. Красиво или нет, но незащищенные глаза были бы за полминуты ослеплены этим сверканием.
Донован посмотрел на термометр, укрепленный на запястье скафандра.
– Ого! Восемьдесят градусов!
Пауэлл тоже взглянул на термометр и сказал:
– Да... Многовато, Ничего не поделаешь-атмосфера...
– На Меркурии? Ты спятил!
– Да нет. Ведь и на Меркурии есть кое-какая атмосфера,-рассеянно ответил Пауэлл, пытаясь неуклюжими
пальцами скафандра приладить к своему шлему стереотрубу.-У поверхности должен стелиться
тонкий слой паров. Летучие элементы, тяжелые соединения, которые может удержать притяжение Меркурия. Селен, йод, ртуть, галлий, калий, висмут, летучие окислы. Пары попадают в тень и конденсируются,
выделяя тепло. Это что-то вроде гигантского перегонного куба. Зажги фонарь-и увидишь, что скала с этой стороны покрыта каким-нибудь серным инеем или ртутной росой.
– Ну, это не важно Какие-то жалкие восемьдесят градусов наши скафандры выдержат сколько угодно.
Пауэлл, наконец, приладил стереотрубу и теперь стал похож на улитку с рожками. Донован напряженно ждал.
– Видишь что-нибудь?
Пауэлл ответил не сразу. Его голос был полон тревоги.
– Вон на горизонте темное пятно. Это скорее всего селеновое озеро. Оно тут и должно быть. А Спиди не видно.
Пауэлл забрался на плечи робота и осторожно выпрямился, расставив ноги и вглядываясь в даль.
– Постой.., Ну да, это он. Идет сюда.
Донован вгляделся в ту сторону, куда указывал палец Пауэлла. У него не было стереотрубы, но он разглядел маленькую движущуюся точку, которая чернела на фоне ослепительного сверкания кристаллов.
– Вижу!
– заорал он.- Поехали!
Пауэлл снова уселся на плечи робота и хлопнул перчаткой по его гигантской груди.
– Пошел!
– Давай, давай!-вопил Донован, пришпоривая своего робота пятками,
Роботы тронулись. Их мерный топот не был слышен в безвоздушном пространстве, а через синтетическую ткань скафандра звук тоже не передавался. Чувствовались только ритмичные колебания.
– Быстрее!-закричал Донован, Ритм не изменился.
– Бесполезно,-ответил Пауэлл.-Этот железный лом может двигаться только с одной скоростью Или, по-твоему, они оборудованы селективными флексорами?
Они вырвались из тени. Свет солнца обрушился на них раскаленным потоком. Донован невольно пригнулся.
– Ух! Это мне кажется или на самом деле жарко?
– Скоро будет еще жарче,-последовал мрачный ответ,- Смотри - Спиди!
Робот СПД-13 был уже близко, и его можно было рассмотреть во всех деталях. Его грациозное обтекаемое тело, отбрасывавшее слепящие блики, легко и быстро передвигалось по неровной земле. Его имя - "Спиди", "проворный",-было, конечно, образовано из букв, составлявших его марку, но оно очень подходило
ему, Модель СПД была одним из самых быстрых роботов, которые выпускались фирмой "Ю. С. Роботс".
– Эй, Спиди!
– завопил Донован, отчаянно махая руками.
– Спиди!
– закричал Пауэлл,-- Иди сюда!
Расстояние между людьми и свихнувшимся роботом быстро уменьшалось,-больше усилиями Спиди, чем благодаря медлительной походке устаревших за десять лет службы устройств, на которых восседали Пауэлл и Донован.
Они уже были достаточно близко, чтобы заметить, что походка Спиди была какой-то неровной-робот заметно пошатывался на ходу из стороны в сторону, Пауэлл замахал рукой и увеличил до предела усиление
в своем компактном, встроенном в шлем радиопередатчике, готовясь крикнуть еще раз. В этот момент Спиди заметил их. Он остановился как вкопанный и стоял некоторое время, чуть покачиваясь, как будто от легкого ветерка.
Пауэлл закричал:
– Все в порядке, Спиди! Иди сюда!
В наушниках впервые послышался голое робота:
– Вот здорово! Давайте поиграем. Вы ловите меня, а я буду ловить вас. Никакая любовь нас не разлучит,
Я-маленький цветочек, милый маленький цветочек. Ура!
Повернувшись кругом, он помчался обратно с такой скоростью, что из-под его ног взлетали комки спекшейся пыли. Последние слова, которые он произнес, удаляясь, были: "Растет цветочек маленький под дубом вековым". За этим последовали странные металлические щелчки, которые, возможно, у робота соответствовали
икоте.
Донован тихо сказал:
– Откуда он взял какие-то дикие стихи? Слушай, Грег, он... он пьян. Или что-то в этом роде.
– Если бы ты мне этого не сообщил, я бы, наверное, никогда не догадался,- последовал ехидный ответ.