Чтение онлайн

– Давай вернемся в тень. Я уже поджариваюсь.

Напряженное молчание нарушил Пауэлл:

– Прежде всего Спиди не пьян. Он ведь робот, а роботы не пьянеют. Но с ним что-то неладное, и это то же самое, что для человека опьянение.

– Мне кажется, он пьян,-решительно заявил Донован.- Во всяком случае, он думает, что мы с ним играем. А нам не до игрушек. Это дело жизни или смерти - и смерти довольно-таки неприятной.

– Ладно, не спеши. Робот-это всего только робот. Как только мы узнаем, что с ним, мы его починим.

– Как только...-желчно возразил Донован.

Пауэлл не обратил на это внимания.

– Спиди прекрасно приспособлен к обычным условиям Меркурия, Но эта местность,- он обвел руками горизонт,- явно необычна. Вот в чем дело. Откуда, например, взялись эти кристаллы? Они могли образоваться из медленно остывающей жидкости. Но какая жидкость настолько горяча, чтобы остывать под солнцем Меркурия?

– Вулканические явления,- немедленно предположил Донован.

Пауэлл весь напрягся.

– Устами младенца..,-произнес он сдавленным голосом и замолчал на пять минут. Потом он сказал:

– Слушай, Майк. Что ты сказал Спиди, когда посылал его за селеном?

Донован удивился:

– Ну, не знаю. Я просто велел принести селен.

– Это ясно. Но как? Попробуй точно припомнить.

– Я сказал.,. Постой... Я сказал: "Спиди, нам нужен селен. Ты найдешь его там-то и там-то. Пойди и

принеси его". Вот и все. Что же еще я должен был сказать?

– Ты не говорил, что это очень важно, срочно?

– Зачем? Дело-то простое.

Пауэлл вздохнул:

– Да, теперь уже ничего не изменишь. Но мы попали в переделку.

Он слез со своего робота и сел, прислонившись спиной к скале. Донован подсел к нему и взял под руку. За гранью тени слепящее солнце, казалось, поджидало их как кошка мышь. А рядом стояли два гигантских робота, невидимые в темноте. Только светившиеся тусклым красным светом фотоэлектрические глаза смотрели на них-немигающие, неподвижные, равнодушные.

Равнодушные! Такие же, как и весь этот гибельный Меркурий маленький, но коварный.

Донован услышал напряженный голос Пауэлла:

– Теперь слушай. Начнем с трех основных законов ро6отехники,-трех правил, которые прочно за креплены в позитронном мозгу.- В темноте он начал загибать пальцы." Первое. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред.

– Правильно.

– Второе,- продолжал Пауэлл.- Робот должен повиноваться командам человека, если эти команды не противоречат Первому Закону,

– Верно.

– И третье. Робот должен заботиться о своей безопасности, поскольку это не противоречит Первому и Второму Законам.

– Верно. Ну и что?

– Так это же все объясняет. Когда эти законы вступают в противоречие между собой, дело решает разность позитронные потенциалов в мозгу. Что получается, если робот приближается к месту, где ему грозит опасность, и сознает это? Потенциал, который создается Третьим Законом, автоматически заставляет его вернуться. Но представь себе, что ты приказал ему приблизиться к опасному месту. В этом случае Второй Закон создает противоположный потенциал, который выше первого, и робот выполняет приказ с риском для собственного существования.

– Это я знаю. Но что отсюда следует?

– Что могло случиться со Спиди? Это-одна из последних моделей, специализированная, дорогая, как линкор. Он сделан так, чтобы его нелегко было уничтожить.

– Ну и?..

– Ну и при его программировании Третий Закон был задан особенно строго-кстати, это специально отмечалось в проспектах. Его стремление избежать опасности необыкновенно сильно. А когда ты послал его за селеном, ты дал команду небрежно, между прочим, так что потенциал, связанный со Вторым Законном, был довольно слаб. Это все-факты.

– Давай, давай. Кажется, я начинаю понимать,

– Понимаешь? Около селенового озера существует какая-то опасность. Она возрастает по мере того, как робот приближается, и на каком-то расстоянии от озера потенциал Третьего Закона, с самого начала очень высокий, становится в точности равен потенциалу Второго Закона, с самого начала слабому.

Донован возбужденно вскочил на ноги.

– Ясно! Устанавливается равновесие. Третий Закон гонит его назад, а Второй-вперед...

– И он начинает кружить около озера, оставаясь на линии, где существует это равновесие. И если мы ничего не предпримем, он так и будет бегать по этому кругу, как в хороводе...

Он продолжал задумчиво:

– И поэтому, между прочим, он и ведет себя как пьяный. При равновесии потенциалов половина позитронных цепей в мозгу не работает. Я не специалист по позитронике, но это очевидно. Возможно, он потерял контроль как раз над теми же частями своего волевого механизма, что и пьяный человек. А вообще все это очень мило.

– Но откуда взялась опасность? Если бы знать, от чего он бегает...

– Да ведь ты сам уже догадался! Вулканические явления. Где-то около озера просачиваются газы из недр Меркурия. Сернокислый газ, углекислота-и окись углерода. Довольно много окиси углерода. А при здешних температурах...

Донован проглотил слюну.

– Окись углерода плюс железо дает летучий карбонил железа!

– А робот,-мрачно добавил Пауэлл,-это в основном железо. Люблю логические рассуждения. Мы уже все выяснили, кроме того, что теперь делать. Сами добраться до селена мы не можем-все-таки слишком далеко. Мы не можем послать этих жеребцов, потому что они без нас не пойдут, а если мы поедем

с ними, то успеем подрумяниться. Поймать Спиди мы тоже не можем-этот дурень думает, что мы с ним играем, а скорость у него шестьдесят миль в час против наших четырех...

– Но если один из нас пойдет,- начал задумчиво Донован,- и вернется поджаренным, то ведь останется другой...

– Ну да,-последовал саркастический ответ.- Это будет очень трогательная жертва. Только прежде чем человек доберется до озера, он уже будет не в состоянии отдать приказ. А роботы вряд ли вернутся без приказания. Прикинь: мы в .двух или трех милях от озера-ну, считай, в двух. Робот делает четыре мили в час. А в скафандрах мы можем продержаться не больше двадцати минут. Имей в виду, что дело тут не только в жаре. Солнечное излучение в ультрафиолете и дальше - это тоже смерть,