Чтение онлайн

Мечта рождалась по-разному. У одних - после чтения книг Циолковского, Рынина и Перельмана, у других - после бесед с Королевым, у третьих - после лекций профессора Ветчинкина...

Но всем, кого приглашали в ГИРД, говорили:

– Работы будет больше, зарплаты - меньше...

От комнаты Королева коридор вел к дверям библиотеки, хозчасти. Эта южная часть подвала, если можно так сказать, - официальная часть. Обстановку комнат как прежде, так и сейчас, составляют стулья и столы. Зайдем в первую комнату.

Не в этой ли комнате механики и инженеры ГИРД выкладывали содержимое своих карманов, когда иссякали деньги в скудной кассе? Сюда в "общий котел" приносили гирдовцы домашнее серебро. (Серебро необходимо было для пайки деталей.) В дело шли чайные ложечки, царские монеты, подстаканники и нательный крест... И этот крест вознесся в небо, впаянный в тело ракеты.

...Действие равно противодействию. Третий закон Ньютона, на котором основывалось движение ракеты, простерся и на ее создателей. Чем больше трудностей вставало на пути энтузиастов, тем больше неукротимой энергии рождалось в них.

Путь по коридору ведет туда, где работали и жили пионеры космонавтики. Разве можно отказать в этом звании инженерам, конструкторам, механикам ГИРД, запустившим в небо Москвы свои первые ракеты на жидком топливе? Они стали первыми инженерами космонавтики, первыми конструкторами космонавтики!

"Самые яркие, самые творческие были гирдовские дни", - вспоминают создатели ракет.

Шаг от двери вправо - и под ногами оказывалось треугольное "летающее крыло" - планер "БИЧ" конструкции Б. И. Чарановского. Его собирали на полу производственной мастерской те, кто работал в бригаде руководителя ГИРД.

Далее стояли старенькие токарные станки ТН-1 и "самоточка". Между "станочным парком" и конструкторскими комнатами шла окончательная сборка "изделия" - так называли ракету много лет назад, так называют ракету и теперь те, кто ее создает.

Двигатель ракет принадлежал к знаменитому классу двигателей, тому классу, что сокращенно называют ЖРД - жидкостными ракетными двигателями, то есть работающими на жидком топливе. Именно этим двигателям было под силу поднять в небо первых космонавтов. "В центре внимания - ракетный мотор" такова была установка руководителя ГИРД.

Коридор из производственных мастерских вел в комнаты бригад конструкторов. Шесть окон стены подвала бригады поделили между собой. В окна никогда не заглядывало солнце не только потому, что были они на северной стороне. От глаз любопытных их плотно зашторивали.

Работа кипела днем и ночью. Никто не работал по звонку - ведь это была "организация", где собирались лететь на Марс.

ГИРД спешил, экономил время. Вся страна тогда жила лозунгом: "Пятилетку - за четыре года!" Хотя никто еще в 1932 году не планировал полеты на другие планеты, гирдовцы - имели свою пятилетку. Поэтому с полным правом лучшим они вручали грамоты, такие же, какие вручали на заводах и фабриках Москвы. Вот текст одной из них:

ГРАМОТА

"Штаб штурма и социалистического соревнования при ГИРД награждает Флорова Бориса Васильевича почетным званием ударника пятилетки, передового борца на фронте социалистического строительства, активно проявившего себя в борьбе за выполнение пятилетки в 4 года, за повышение производительности труда и ударное проведение штурма".

Штурм космоса начался в подвале. В конце 1932 года была объявлена "неделя штурма". Задачу штаб поставил сложную: собрать и сдать комиссии узлы к первым двигателям и ракетам.

Время работало на тех, кто день и ночь зимой 1932 года готовился к запуску ракет. С каждым днем все более шумно становилось под сводами дома №19. Образовались сборочный, инструментальный и медницкий "цехи". В медницком гнули трубы - этим искусством овладевали все: рабочие и инженеры.

Но рассказ об историческом помещении не будет полным без упоминания еще одного, самого глухого и укромного места ГИРД, где вообще не было окон. Попасть сюда можно было через массивную дверь со смотровой щелью. В отсеке между толстыми каменными стенами находилась испытательная, где установили двухцилиндровый авиамотор, аэрогидродинамическую трубу, компрессор. Здесь решалось, быть или не быть новым конструкциям.

В зеркале, подвешенном напротив смотровой щели, отражались испытываемые предметы, производящие много шума и нагонявшие страх на тех, кто жил над подвалом.

В тот момент, когда испытывалась камера с медленно горящей смесью, инженер Зинаида Ивановна Круглова всматривалась через щель в зеркало, пытаясь увидеть, как происходит горение. Она увидела... как зеркало раскололось. Инженеры, стоявшие у двери, зашатались. Зашатались не только люди, но и стены. Это вырвалась на волю взрывная волна! В верхних этажах дома со стен попадали картины...

Дым повалил во двор, сбежались жильцы и напали на... безвинного сторожа. Худо бы ему пришлось, если бы не шутник-механик, крикнувший: "Надевай противогазы!"

Двор мигом опустел, а вскоре развеялся и дым.

Во все концы полетели от жильцов жалобы на "поджигателей". Пошли комиссия за комиссией. Стали гирдовцы подыскивать новое место для работы...

РАКЕТОДРОМ № 1

Один из поселков под Москвой, о котором хочу рассказать, не отмечен громкой славой. Но именно здесь, у Нахабино, произошло событие, увековечившее поселок в истории.

Отсюда был сделан первый шаг в космос, были запущены первые советские ракеты - "09" и "ГИРД-Х".

Мы ехали на ракетодром втроем - бывшие механики ГИРД Борис Флоров, Михаил Воробьев, обремененные грузом воспоминаний, и я, с радостью перекладывающий этот груз на страницы своего блокнота. Флоров и Воробьев не раз ехали этим маршрутом. Накануне 25 ноября 1933 года механики вместе с другими товарищами вышли из подвала ГИРД с бесценным грузом - ракетой, получившей название "ГИРД-Х".

Первым рейсом на полигон ушел по подмосковному шоссе грузовик с баком жидкого кислорода. Наступила ночь, машина за ракетой не возвращалась. Пришлось инженерам и механикам располагаться на столах и стульях подвала и (в который раз!) коротать таким образом длинную ноябрьскую ночь. А под утро решили двигаться в путь без машины. Запеленали ракету в брезент, открыли дверь и увидели - снег, первый снег. За ночь он завалил Москву.

Прополз по путям снегоочиститель, за ним потянулся первый в то утро трамвай.