Чтение онлайн

Вскоре раундхаус превратился в единое помещение. Без перегородок его потолок казался более низким. Зато множество окон и пушечных портов наполнили пространство светом. И сквозняком.

Пассажиры-мужчины остались, пополняя собой команду. Вставали к пушкам, брали в руки мушкеты. С Ясютиным вышла заминка.

— Думаю вам здесь не место, господин Ясютин, — произнес капитан Фаррер, отвлекаясь от подготовки. — Вы дипломат.

— Я офицер флота, пусть сейчас и вне службы. Так что волен, как и все, присоединиться к драке.

— Вы иностранец, господин Ясютин, и не союзник Англии.

— Моя жена англичанка. Среди моих слуг двое служили в Королевском флоте.

Понимая, что ничего не добьется, капитан Фаррер махнул рукой.

— Оставайтесь на квартердеке. Возьмите мушкеты и помогите парням вон у той шестифунтовки.

— Да, сэр!

Ясютин поправил шпагу и направился к небольшой пушке.

Тем временем с нижних палуб наверх высыпали пехотинцы Пятьдесят третьего в красных мундирах. Страха в их глазах не было, только веселье. Скорее они радовались возможности подышать свежим воздухом и насладиться дневным светом. Повинуясь полковнику Моби и офицерам, пехотинцы распределялись, выстраивались, проверяли мушкеты. Подготовка к бою у «Камберленда» заняла около получаса, но на других кораблях конвоя суета еще продолжалась.

Ясютин осмотрелся. Возле пушки, к которой его направил капитан, стояло двое матросов. Один коренастый с черными длинными волосами, второй, что повыше, был светловолосым. Еще несколько шестифунтовых пушек и карронад оставались пока без прислуги. Обычно батарею квартердека использовали для ближнего боя. Поэтому большая часть моряков суетилась у двенадцатифунтовых орудий главной палубы. На торговом корабле не имелось столько матросов, чтобы одновременно управлять парусами и стрелять из орудий. Однако на этот раз пехотный полк помог с людьми и красные мундиры перемешались с пестрыми рубашками моряков компании, среди которых изредка мелькали синие мундиры офицеров.

Нескольким матросам, пехотинцам и пассажирам, включая Ясютина, предстояло играть второстепенную роль. Вклад в общий залп легких орудий и мушкетов мог иметь вес только при сближении на пистолетный выстрел. Иначе они просто зря потратили бы порох.

Оба его спутника Билли Адамс и Сэм Рид были ветеранами флота и отправились на опердек к большим орудиям. От них там было больше пользы.

Взамен на квартердек прибыли юнга, один из пассажиров нижней палубы, несколько пехотинцев. Они принесли ядра, пыжи, мешки с порохом. В особых бочонках закурились фитили. Помощь Ясютина пушкарям не понадобилась, а командовать бывалыми матросами было бы с его стороны слишком самонадеянно. Принял из рук стюарда мушкет, он проверил затравку и встал возле борта.

Тем временем конвой лихорадочно выстраивался в линию. Тревога началась по сигналу с флагмана и на многих кораблях противника ещё даже не видели. Туман позволил ему подобраться довольно близко.

С «Камберленда» корпус трехпалубного линейного корабля увидели раньше других. За кораблем показался фрегат.

— Флаг отсюда не видно или его еще не подняли, но вооружение явно французское, — заявил один из помощников капитана, что распоряжался на квартердеке.

Ясютин мог уверенно различить пятую и шестую серии шхун Эскимальта, но что касается европейских проектов, то он не настолько тонко в них разбирался. Ещё больше его смутила тактика вражеских кораблей. Они явно не намеревались прорезать строй «индийцев», а атаковали с хвоста. Но с какой целью? Корабли компании даже вооруженные не представляли опасности для линейного корабля и фрегата. Противник мог пройти через линию, как нож сквозь масло, выдержав слабые залпы торговцев. Или мог без особого риска атаковать конвой с головы и смешать построение в кучу.

Однако, линейный корабль заходил в хвост, словно какая-нибудь пиратская бригантина.

— Я не понимаю что он делает, — признался Ясютин.

— Весь конвой лягушатникам не по зубам, — ответил коренастый матрос. — Поэтому они пытаются отбить от стада пару овец, чтобы потом разделаться с ними.

По его тону Ясютин понял, что «Камберденд» матрос к овцам не причисляет.

— Попытаются сбить мачту, — предположил его светловолосый товарищ. — Или повредить руль. Если пара кораблей отстанет от остальных, то мигом превратится в легкую добычу.

— Но нас не случайно поставили замыкающими, — осклабился коренастый. — Наш капитан тот еще вояка. После прошлогоднего боя он получил в награду шпагу от Патриотов Ллойда и пятьсот гиней от Достопочтенной Компании. Он не упустит возможности повторить подвиг.

Ясютин припомнил, что читал о том бое в газетах. Дело было в Малаккском проливе. Несколько кораблей Компании выдали себя за военные, подняли синие флаги и построились в линию, словно прикрывая торговцев. Французский адмирал не рискнул затягивать бой. Кроме того накануне отплытия весь март лондонские газеты писали о другом нападении Линуа.

— В тот раз с нами был только «Ганг», — сказал светловолосый. — Не «индиец», что идет в конвое сейчас, тот был бригом, хоть и компанейским, а не Королевского флота. По сути он был единственным вооруженным эскортом конвоя. А сейчас с нами целый «Бленхейм» — совсем другой расклад.

Тем не менее, «Бленхейм» был один и находился он в центре строя, в то время как французы атаковали вдвоем. Но компанейских моряков это, казалось, нисколько не удручало. Они уже считали «Камберленд» ровней кораблю линии.

Люди, пушки и мушкеты были готовы, когда французский корабль подошел достаточно близко, чтобы можно было разглядеть носовую фигуру — античную богиню или женщину, олицетворяющую одни из символов республики. Одновременно с этим на мачте распустился трехцветный флаг.

— Это точно Линуа, — сказал коренастый матрос.

— Почему именно Линуа? — поинтересовался Ясютин.

— Видите флаг подняли на бизани? — матрос указал рукой в которой сжимал конец тлеющего фитиля.

— Это обычный республиканский флаг, — пожал плечами Ясютин.

— Нет, сэр, — мотнул головой коренастый. — Обычный флаг прямоугольный, его вы сможете увидеть на корме, на флагштоке, а этот квадратный. Это адмиральский флаг. И поскольку он поднят на бизани, а не на какой-то другой мачте, то означает контр-адмирала. И могу вас заверить, сэр, что других французских контр-адмиралов во всем Индийском океане сейчас нет. А значит корабль наверняка «Маренго», восемьдесят орудий.

— С ним-то мы и столкнулись в прошлом году, — добавил светловолосый. — Тогда его сопровождала пара фрегатов по сорок пушек каждый. Сейчас одного не хватает. Надеюсь, его поглотила пучина.

— Приготовится! — рявкнул помощник капитана.

Французский корабль повернулся к ним бортом и дал залп из пушек и мушкетов.

— Огонь! — рявкнул капитан Фаррер.

Приказ эхом пронесся по кораблю, продублированный офицерами и боцманами.

«Камберленд» ответил залпом на залп. Ясютин промедлил и не успел выстрелить прежде чем сизый дым быстро заполнил все вокруг, скрыв как противника, так и собственные порядки. С квартердека клубы отнесло быстрее. Они увидели, как линейный корабль уступил место фрегату.