Чтение онлайн

— Не боись, — Владимир звучно усмехнулся. — Не пойдут они в дом. Казимир не пустит. Да и я тоже.

— Кстати, а вы мне о домовом ничего не говори, — Еся добавила в голос неприкрытого осуждения. — Я утром как порося визжала. Думала, дух испущу. Он с меня ка-а-ак потянул платок.

Она рассмеялась, а Владимир притих.

— Не серчай, — сдавленно произнес он. — Запамятовал, что ты не знаешь о нем.

— Ничего, — Есислава обернулась туда, где, как ей казалось, должен был стоять дедушка-домовой. — Он хороший. Спасибо, что разрешили выйти. И снять платок. Каждый луч солнца был мне сегодня мил.

— Быстро же ты к болотам стала привыкать.

— Это не к добру? — Владимир остановился. Скрипнула дверь.

— Тут порог. Будь осторожна, — он придержал ее за плечо, пропуская в избу. — Не знаю, к добру ли, али к худу. Но коли тебе тут не в тягость, уже есть причины для радости.

Еся притихла. В тягость ли ей? Может быть, совсем чуть-чуть. Не обижают ведь ее. Да только… Ни тебе друзей, ни родни… Одни только духи кругом да тьма.

— Мне не в тягость, — Есислава улыбнулась. Но сама поняла, что тоскливой вышла ее улыбка.

— И всё ж ты печальна, — светлая грусть не укрылась от Владимира.

— Мне есть по кому горевать, — Еся свободной рукой трогала всё, что они мельком проходили: дверной косяк, теплая печь, стол.

— Присядь-ка. — Есислава опустилась на лавку. — Если… Если ты хочешь о ком-то узнать, я могу рассказать. Вестей не передам, но чтобы тебе стало спокойнее…

Большие руки взяли ее ладошки и осторожно сжали.

Ну как он мог быть нечистым духом, сгубившим столько девок? Всё это неправильно! День ото дня верить в его вину становилось всё сложнее.

— Как маменька? — губы Есиславы задрожали. Она старалась не думать, гнать мысли прочь, но мимолетно возвращалась в тот день. На краткие мгновения, и всё-таки…

— С ней всё хорошо. Она горюет по тебе. Но ее не смеют обижать.

— А тятенька? Братик? Их тогда заперли. И жрец грозился извести… — она шмыгнула носом. Руки Владимира сильнее сжали ее ладошки.

— С ними тоже всё хорошо. Их отпустили с рассветом.

— А Никита?

Владимир молчал. Его горячие ладони вдруг исчезли.

— Не забывается тебе жених твой первый, да? — едко бросил Болотник.

Еся от неожиданности даже икнула. А это тут при чем?

— Я только о его здравии справиться хотела… — растерянно пробормотала она.

— И с ним всё хорошо… К сожалению.

— Да чего вам Никитка-то сделал?! — возмутилась Еся, вскочив с лавки. Да только не рассчитала и ударилась ногой об угол стола. — Ай-ай-ай! Больно-то как!

Она опустилась обратно и принялась тереть ушибленное место.

— Говорил же быть осторожнее, — горячие ладони очутились на ее колене. — Дай погляжу, что там у тебя.

Подол платья пополз вверх, щекоча ноги.

Продолжалось так несколько дней. Есислава ворочалась, просыпалась в холодном поту, падала с кровати, а наутро мучилась страшной головной болью. Но о том, что ей снилось, не рассказывала. Казалось, что до этого никому нет дела, чего тогда плакаться?

Днем Еся помогала Казимиру. Через седмицу он даже позволил ей притронуться к стряпне. С завязанными глазами готовка, давалась непросто, но Еся старалась.

Затем в ночных муках прошла еще седмица. Владимир справлялся о ее здоровье, спрашивал всё ли в порядке, и Еся каждый раз врала, что с ней всё хорошо. А меж тем сны становились только ужасней.

Ей снилась смерть. Сама разная. Умирала она, ее родители, брат, друзья, даже Владимир в тех снах находил свой покой.

Из-за бесконечной тьмы, в которой существовала, Еся всегда находилась где-то у самой границы сна. Она пропускала слова мимо ушей, спотыкалась, начала путать предметы.

Казимир забеспокоился, но Еся снова и снова повторяла, что с ней всё хорошо, просто не выспалась, нездоровится, не заметила, задумалась. Она храбрилась, старалась делать вид, что ничего не происходит, и, казалось, домовой и болотник ей подыгрывали. Есислава очень хотела, чтобы так и оставалось. Она боялась стать в тягость. И ещё больше из-за боялась, что из-за этого Владимир утопит ее. Ведь она именно для этого тут - чтобы утонуть. Ведь так?

Еся, подметая внизу, задумалась. А для чего топить-то ее? Какой от этого прок? Не выглядел Владимир, как нечисть, которая играючи изводит людей просто забавы ради. Наоборот, он казался очень серьезным.

Еся ходила из одной комнатки в другу. Казимира было сегодня не видать, а без его разговоров спать хотелось только больше, но, с другой стороны, в тишине думалось лучше.

Владимир ничего не рассказывал. Говорил вообще мало. Они завтракали вместе, обедали. Иногда он брал ее с собой, когда шел прочь из избы в лес. Там он собирал ягоды да травы, а Еся только слушала тишину да вглядывалась в темноту.

Так зачем ему, такому спокойному, топить девок?

Еся открыла очередную дверь и стала мести новую комнату.

А ещё Владимир говорил, что не все были так покладисты… И смотреть на него нельзя… Точно ли он нечисть? Точно ли тот самый болотник, которого стоит бояться? Может, где-то бродит настоящий злой дух, а он только… Только… Только, что?

Есислава никак не могла ухватиться за эту мысль. Но она совершенно точно не хотела верить в то, Владимир мог по своей воле губить людей. Да и как такое мог позволить дедушка Казимир?

Еся мела, мела, мела, а потом вдруг голова закружилась, и она стала падать. Ударилась боком и полетела вниз. Ещё ниже.

Есислава даже толком испугаться не успела. Только над головой что-то булькнуло и воздуха не стало. Надо было барахтаться, спасаться, звать на помощь, но сил не было совсем.

Что же с ней произошло? Как так вышло?

Вокруг ее запястья сомкнулась рука, а уже через мгновение получилось вздохнуть.

— Еся! Есислава! — Владимр, — она точно по голосу узнала, — тряс ее за плечи. — Есислава! Дыши! Дыши!

И Еся послушно делала вдохи, совсем не понимая, что происходит. Может, она ещё спит? Может, это просто очередной сон?

Есислава тяжелой рукой потянулась к повязке на глазах, чувствуя жжение в груди и откашливаясь.

Если она во сне увидит его лицо, ничего ведь страшного?

— Нет! — Владимир перехватил ее руку. — Чего удумала? Сгинуть захотела? Не позволю!

— Так… — Есю одолел новый приступ кашля. — Так это не сон…

— Какой еще сон? Белены объелась, дурная девка?! — он, судя по всему, не на шутку разозлился. Но Есислава всё еще не понимала, как оказалась… А где она, собственно, оказалась? Должна была ведь мести избу…