Хозяин моего дома
Шрифт:
«Дорогая девочка» машинально съела целое блюдо калорийной выпечки, но веселее не стала: только скорбно вздыхала, воздевала глаза к потолку и сокрушенно качала головой. Ни одной дельной мысли… И посоветоваться не с кем.
Кому можно изложить всю эту невероятную, абсурдную историю с путешествиями во времени, кельтской магией – и не прослыть кандидаткой в пациенты психбольницы?
Энди, душка, не ной. Лучше проанализируй факты – вдруг, что прояснится? – Мисс Деверил проявляла, как впрочем и всегда, поразительное хладнокровие.
Миранда решительно тряхнула головой – в целях прочистки мозгов – и погрузилась во внутренний диалог.
Первый вопрос: знает ли Эвард, что путь назад закрыт?
Знает. Вспомни Санкт-Мориц.
Второй вопрос: почему он не сказал об этом тебе?
Не знаю. Может, не хотел, чтобы я вцепилась в него мертвой хваткой, поняв, что никуда ему не деться.
Глупости. Но пусть пока будет так.
Третий вопрос: почему Эвард вдруг замкнулся, отдалился? Расстроился, что навсегда останется здесь?
Нет. Он об этом узнал давно, судя по всему, еще в Европе. А что-то стало не так уже в Англии.
Тогда не знаю. Нет идей.
Все ясно: из трех проблем решили полторы. И то хлеб.
Вот уж утешила, так утешила…
Впав в тоску, Энди отхлебнула давно остывший кофе.
Забирая пустое блюдо из-под пирожных, миссис Кеттл едва не уронила дорогущий фарфор на паркет: молодая хозяйка сидела, уставившись в одну точку, и что-то бормотала, видимо, разговаривая сама с собой. Господь Всемогущий, что тут происходит? Придя к выводу, что от Энди информации не добьешься, Лавиния решила привести в действие тяжелую артиллерию – позвонила Пемброку в Морвеллан-Холл. После весьма содержательной получасовой беседы миссис Кеттл стала обладательницей бесценных сведений: мистер Морвеллан, которого достойный дворецкий почему-то упорно именовал графом, прибыл вчера в поместье далеко за полночь, вид имел чрезвычайно мрачный и сегодня еще не выходил из спальни.
– Так и есть! – запричитала Лавиния. – Мистер Эвард и мисс Миранда поссорились! Что же делать, что же делать?
Экономка подняла очи горе и обратилась к Господу с горячей молитвой:
– Пусть они поладят! Пусть моя дорогая девочка выйдет замуж за мистера Морвеллана. Он достойный человек, достойный! Истинный джентльмен!
Вознеся молитву Всевышнему, Лавиния сочла, что сделала все возможное и принялась суетиться с обедом: мисс Энди так исхудала со всеми этими биржами и акциями…
Мысли Миранды были равно далеки как от обеда, так и от биржи. За тридцать минут она успела пять раз сменить решение: то собиралась немедленно мчаться в Морвеллан-Холл, то приходила к выводу, что не стоит вешаться на шею мужчине, если тот решил уйти.
Вот уже несколько часов Энди бесцельно блуждала по дому – беспокойная энергия требовала выхода.
Гостиная на втором этаже. Диван – тут Эвард смотрел телевизор… Кресло, где граф курил трубку… Рядом столик с курительными принадлежностями… Каминная полка и подставка для трубок… Подставка для трубок!
– Он даже свою любимую подста-а-вку не взял! – зашмыгала носом Энди.
От проливания потоков слез над незатейливой конструкцией красного дерева ее отвлек телефонный звонок. Энди подняла трубку, надеясь услышать голос Эварда и одновременно страшась этого. Оказалось, что это мистер Ричард Клеймор. Странно.
– Мисс Деверил?
– Да, слушаю.
– Покорнейше прошу простить меня… Может, вам моя просьба покажется странной… – Мистер Клеймор несколько минут рассыпался в извинениях.
Энди терпеливо выслушивала галантные фразы, пытаясь понять, чего он хочет. Наконец мистер Клеймор изволил перейти к сути:
– Не могли бы вы со мной поужинать сегодня? Дело касается лорда Морвеллана.
Миранда попыталась что-то сказать, но не смогла выдавить ни звука. Откуда он знает про то, что Эвард – лорд?
– Да, конечно, – обрела дар речи Энди. – Где?
– «У причала», часов в девять. Дела, знаете ли, не позволяют раньше.
– До встречи.
Когда Энди, опоздав минут на пятнадцать, зашла в ресторан, Ричард был уже там – сидел за угловым столиком в компании с чашечкой кофе.
– Добрый вечер, мисс Деверил.
– Энди. Добрый вечер, – улыбнулась девушка.
– Да, конечно. Весьма польщен. – Почему-то высокий штиль звучал вполне органично из уст этого джентльмена.
В ожидании заказанных блюд мистер Клеймор виртуозно разглагольствовал на различные темы, пока Миранда, не выдержав, не спросила в лоб, совершенно невежливо:
– Мистер Клеймор, вы понимаете, что у меня несколько не то настроение, чтобы вести светские беседы?
– О, прошу прощения. Я немного нервничаю и чувствую себя не в своей тарелке… Но Эвард мой друг и… – замялся он.
Энди почувствовала, что не вынесет еще одной порции извинений и околичностей.
– Друг? – подтолкнула она беседу в нужное русло. – Как это могло случиться?
– О, это вышло как бы само собой. Судьба, видимо… – начал мистер Клеймор.
…Когда он закончил изложение истории своего знакомства с графом Мередит, Энди стало многое понятно.
– Он мне ничего не рассказывал про вас, хотя… в последние недели мне было так некогда. – Миранда смущенно улыбнулась.
– Может быть, это излишне смело, но не ответите ли вы мне на один вопрос?
– Постараюсь.
– Ведь у вас с Эвардом вышла размолвка? – Голос Ричарда звучал сочувственно, почти успокаивающе.
– Не знаю, можно ли это так назвать… – Энди решила, что вреда никакого не будет, если она поделится своими сомнениями с этим джентльменом. – Он уехал в Морвеллан-Холл прямо с приема. И ничего мне не объяснил.
– Понимаю. Энди, можно мне дать вам один совет? – Она утвердительно кивнула, и он продолжил: – Как мне кажется, я сумел понять лорда Морвеллана. Мы много разговаривали, знаете ли. Из наших бесед я понял, что он был не совсем с вами откровенен. Скажите мне, вы знаете, что Эвард не сможет вернуться назад?
– Догадалась вчера… хотя до конца в этом не уверена. – Энди почувствовала, что этого человека ей послал сам Господь.
– Вот это мне и показалось странным. Почему он сам вам не сказал, когда обрел полную в этом уверенность? – Глаза Клеймора странно мерцали.
– Не знаю, я думала об этом всю ночь. Просто не знаю. Я, наверное, полная идиотка. – На Энди напал приступ самоуничижения.
– А я, кажется, догадался. Благородный граф Мередит влюблен. И страшно расстроен перспективой, что придется жить в этом мире без предмета своей страсти. Без вас! – победно улыбнулся Ричард.
– П-почему? – чуть не подавилась Энди кусочком нежного палтуса. – Почему он решил, что без меня?
– Мужчины – странные существа. В основном, мы воспринимаем только то, что нам говорят открытым текстом – и никак иначе. Скажите, он вам хоть немного дорог?