Хозяин Стужи 11
Шрифт:
А Небесный Дракон тем временем, словно одержимый, шел в атаку. Только что гад еле дышал, еле двигался, а теперь уже мне приходится отступать, дабы не получить смертельную рану. Приняв очередную атаку на щит, я вдруг отчетливо понял: либо я его убиваю в ближайшую минуту, либо он все же доберется до меня. Не знаю, как он получил новые силы, но сейчас это и не важно, куда важнее другое, а именно убить тварь!
Анастасия смотрела на бой двух магов и всей душой болела за того, кто вытащил ее из-под ритуального ножа. Небесный Дракон сломил ее волю, заставил двигаться и делать то, что он хотел, но сейчас туман в голове рассеялся, и теперь княжна понимала, что чуть не стала жертвенной овечкой. Толстый лед не мешал ей смотреть на эту смертельную схватку, и больше всего сейчас она желала лишь одного: чтобы этот удивительный юноша наконец-то снес голову этого мерзкого жирдяя.
Долгие годы она томилась в плену, долгие годы каждый вечер вздрагивала и готовилась продать свою жизнь как можно дороже, постоянно напоминая себе о том, кто же она есть. И сегодня эти муки, возможно, закончатся. Даже если сегодня Анастасия умрет, это не страшило девушку, даже наоборот. Ведь за то время, что она провела в Запретном Городе, княжна поняла, есть вещи куда страшнее смерти…
Рванув вперед, я пробил наконец-то эту гребанную защиту, пробил, и мой клинок таки чиркнул гада по горлу! Сила ударила во все стороны, кажется, даже попала в те самые ледяные глыбы, где до сих пор под моей защитой скрывались девушки, которых эта тварь хотела принести в жертву. Но теперь нихрена у него не выйдет, нихрена!
Передать всю радость, что я испытал в этот момент, было нельзя, просто потому что не было таких слов в моем словаре, не было. Вот только слишком рано я расслабился, слишком рано. Каким-то чудом жирдяй извернулся, и в его пухлой руке появился тот самый странный кинжал. Один удар, даже не удар, царапина, ведь я все же успел уйти, но и этого хватило. Меня словно парализовало, мышцы стали даже не деревянными, они стали будто каменными.
— Ну как тебе, ублюдок? — Еле дыша спросил толстяк. — Сдохнем, так хоть вдвоем. С собой тебя заберу, будешь служить мне в мире духов, — последние слова он произнес еле слышно, а потом рухнул, так и не отпустив из рук тот самый кинжал.
Я же стоял, испытывая при этом чудовищное чувство стыда. Проклятье, проморгал чужой пространственный карман, как же глупо. И из-за своей невнимательности сдохнуть? Нет, я не согласен!
Не знаю как, но тело услышало мои мысли, и энергия потихоньку начала проникать в мышцы, кости, куда угодно. Пробивая непонятные преграды, сжигая какую-то серую муть, сила возвращала мне обратно возможность двигаться. И чем ближе была эта возможность, тем ярче были руны на поверхности посоха.
— Так вот кто мне помог, — я улыбнулся сквозь боль, — неужели принял?
Конечно же, посох мне не ответил, но зато я наконец-то смог сделать шаг в его сторону. Первый шаг, за которым последовал второй, а потом третий, четвертый, пятый. Чем ближе я становился, тем сильнее чувствовалось напряжение в воздухе, тем сильнее меня корежило изнутри. В какой-то момент пришлось остановиться, на мгновение, дабы взять под контроль боль, а дальше я продолжил. Продолжил, и наконец-то мои пальцы сомкнулись на древке посоха. Тряхнуло так, как давно не потряхивало, даже непонятно, каким чудом я удержался на ногах. Вот только энергия посоха не была злой, нет, она наоборот стремилась вылечить, исправить все огрехи. Только проблема в том, что ее было слишком, слишком много. Я пытался поставить барьер на ее пути, убрать руку с посоха, но ни первое, ни второе у меня не получилось.
«Не стоит сопротивляться, энергия не твой враг, она твой друг».
Эта мысль промелькнула в моей голове так быстро, что я чуть не пропустил ее, однако она точно принадлежала не мне, нет, она пришла извне. Доверится? А что, если все пойдет не в ту сторону? Впрочем, вариантов у меня не так много, несмотря на все попытки энергия из посоха все же перетекала в мой источник, причем с каждой секундой скорость только росла. Так что в какой-то момент я просто решил последовать тому самому совету и отпустить. И как только это сделал, все резко изменилось внутри. Словно лопнул какой-то кокон, что все это время держал меня взаперти, не давая возможности по-настоящему смотреть на мир. А сейчас эта пелена наконец-то спала, и я увидел, увидел течение жизни вокруг себя. Это было красиво. Да, пожалуй, это слово больше всего подходило под то, что я видел. Сотни, а может и тысячи тонких нитей пронизывали все вокруг, и даже там, где жизни по уму не должно было быть, она была. Пусть не такая яркая, пусть не привычная человеческому взгляду, но все же была.
Теперь я, пожалуй, точно могу сказать, что мир живой, но живой по-своему. А подняв голову наверх, я увидел яркие силуэты, пятнадцать, или может чуть больше. И все они почему-то смотрели на меня, хотя лиц я разглядеть не смог, мешал свет, исходящий от них. В этот самый момент все резко прекратилось, и мои пальцы наконец-то разжались, отпуская посох, после чего я рухнул на землю, рядом с ним. Последнее, что я увидел перед тем, как потерять сознание, это был овал портала, из которого выходили старики-разбойники, а после пришла темнота…
Духовный план.
— Ну что теперь, старик? — Велес расхохотался. — Наш князь оказался сильнее, на порядок сильнее.
— Вы спрятали его суть, — Мугонг ткнул пальцем в грудь Велеса. — Ты, Велес, ты это сделал!
— А ежели и так, то что с того? — смех здоровяка стал еще громче. — Нет у нас правил, где говорится, что нельзя своих прикрывать. А раз уж внутри его тела появилось зерно божественной сути, так получается и не человек он больше. Такие вот расклады.
— И не только он, — задумчиво произнесла Макошь. — Велес, глянь-ка на те ледяные глыбы. Тебе не кажется, что одна из них структуру сменила?
Бог прервал свой смех и последовал совету Макоши. Глянув вниз, он увидел, как внутри одной из глыб происходило то же самое, что и в теле молодого князя, разве что уровень пониже был, силы гораздо меньше. Присмотревшись, Велес хлопнул себя по щекам.
— Макошь, так там же Рюрикова кровь!
— Вот именно, — богиня хмыкнула. — Вот и получается, что лед князя сработал как линза, а дальше императорская кровь сделала свое дело. Связаны эти двое теперь нитью красной, сильно связаны.
Богам Поднебесной оставалось только молча смотреть, так как вмешиваться сейчас было уже поздно. Товарищи смотрели на Мугонга недовольными взглядами, но что старик мог сделать? Чужую кровь украсть? Да, жалко, что посох ушел, тот канат силы, что теперь связывало артефакт с человеком, не порвать ни одному богу, однако ж нужно уметь проигрывать.
— Велес, нам бы поговорить. Дела человеческого мира это одно, но есть кое-что поважнее.
— Поговорим, старый знакомый, отчего ж не поговорить, — Велес отмахнулся. — Приглашаем вас в гости к нам, скажем, дня через два. А сейчас делайте свою работу, нужно остановить войну. Жрецы ваши не потеряли власти?
Последний вопрос был задан с иронией, так что вместо ответа Мугонг кивнул остальным, и двенадцать богов Поднебесной растворились в мире духов, оставив Велеса с Макошью вдвоем.
— Думаешь, выйдет из этого что-то хорошее? — бог тут же убрал улыбку с лица. — Не молчи, сестрица, раз уж заварила такую кашу, то хотя бы объясни, как ее расхлебывать.
— Он острие, — Макошь грустно улыбнулась. — Это всё, что я могу тебе сказать. Сила ему пригодится, в скором времени пригодится, так как несколько нитей уже порвались. Вот только что случится, я не вижу. Знаешь почему?