Чтение онлайн

Тадеуш попытался поставить щит, он обратился к своей силе, готовый обрушить на этих тварей всю свою ярость, но не успел. Что-то ударило его в грудь, и, опустив взгляд, Тадеуш увидел широкий нож, что торчал из его груди. Боль не сразу дошла до его разума, а когда это случилось, ноги уже перестали держать, и грандмагистр начал падать. Но големы не дали ему это сделать, один из стальных болванов схватил его за волосы, а двое выкрутили ему руки за спину. Затуманенным взглядом он увидел, как великий князь подошёл к нему, а потом была яркая вспышка и небытие…

Николай Николаевич бросил брезгливый взгляд на обезглавленное, обугленное тело Бжезинского и повернулся к Витольду.

— Нашего государя устраивает ваша фигура в качестве посла, — великий князь хмыкнул, — так что можете не переживать, вам не придётся возвращаться в Польшу, Витольд. Однако, если вы не хотите, чтобы в следующий раз я пришёл к вам, постарайтесь, чтобы больше гостей, подобных Тадеушу, у нас не было. А также дайте команду своим офицерам, мне не нравится активность вашей разведки в последнее время. Вы меня поняли?

— Понял, ваша светлость, — Витольд склонился в глубоком поклоне.

Перед его глазами до сих пор стояла картина отрубленной головы Тадеуша и его сожжённого тела.

— Вот и отлично, — Николай Николаевич хмыкнул, после чего покинул комнату, а големы последовали за ним.

Сам же Витольд где-то минуту приходил в себя, но потом всё же взял себя в руки и направился вниз. Надо убрать тело Тадеуша и поговорить с разведкой. Русские в очередной раз решили показать им их место, и кажется, этот раз будет последним…

Императорский дворец. Час спустя.

— Как всё прошло? — император вопросительно глянул на великого князя.

— Бжезинский мёртв, государь, — Николай Николаевич усмехнулся, — попытка сопротивления была, но против «Забвения» у него не было никаких шансов. Видеофиксация есть, после монтажа финальная версия окажется на почте у Риволи.

— Хорошо, — Василий медленно кивнул, — пора нам обратить внимание на европейский театр. А то что-то они в последнее время слишком наглые, тебе не кажется?

— Европейская разведка и правда последнее время стала более активно работать на нашем направлении, — Николай Николаевич пожал плечами, — мои ребята, конечно, постоянно их ловят, но такое ощущение, что Европа к чему-то готовится.

— Понятно, к чему она готовится, к войне, — недовольно буркнул император, — они-то рассчитывали, что мы завязнем в Персии, а вышло немного по-другому.

— Мы ещё должны быть готовы к тому, что теперь начнётся охота за Бестужевым.

— Медовая ловушка? — Василий вопросительно глянул на великого князя, и Николай Николаевич кивнул.

— Других вариантов нет, чтобы убить графа нужно задействовать минимум троих грандов, таким количеством высших магов европейцы не будут жертвовать.

— Значит, будут своих девок пихать к нему под бок, — император усмехнулся, — тут они нам, конечно, не конкуренты, наши девки-то покрасивее будут.

— Согласен, государь, — Николай Николаевич хмыкнул, — кстати насчёт этого, кажется, Романов с Шереметьевым передумали драться с парнем.

— Неужели? — Василий расхохотался, — а быстро они переобулись, на лету можно сказать. Дай угадаю, хотят ему одну из своих девок подсунуть?

— Княжну Милославскую, — кивнул Николай Николаевич, — она больше всего подходит ему в качестве невесты. Наш парень теперь завидный жених, мало того, что силён, так ещё и богат. Сейчас все мамочки Москвы будут думать, как подсунуть ему своих дочерей, так что старикам придётся пободаться.

— Посмотрим, что из этого получится, — император покачал головой, — ладно, дядя, время уже позднее, поезжай домой. Сегодняшний день был сложным для всех, хороший сон сейчас как раз то, что надо.

— С большим удовольствием, государь, — великий князь улыбнулся, — честно говоря, с этим балом я уже дня три дома не бывал. Жена уже моё лицо забывать начала.

— Передай мой привет Ангелине Михайловне, — Василий зевнул, — иди, дядя, иди, на завтра, считай, у тебя выходной. В конце концов, царь я или не царь?

Москва. Особняк Бестужевых. Следующее утро.

Спустившись на первый этаж, я вошёл в кухню и мысленно усмехнулся. Без Василия и его подчинённых тут сразу стало пусто, никто не встречает накрытым столом. Но ничего страшного, кофе я себе и сам могу сварить.

Начав хозяйничать на кухне, я параллельно составлял себе план на день. В Москве мне придётся быть где-то неделю ещё, в основном для деловых встреч, те же старики-разбойники пообещали заглянуть в гости, правда, когда, не уточнили. А значит, надо возвращать Василия обратно, а то одно дело кофе, и совсем другое — хороший стол. Со вторым я точно не справлюсь, ха-ха.

— Уже проснулся, человек? — со второго этажа послышался голос Эллора.

— Проснулся, — крикнул я, — спускайся на кухню, будем кофе пить, — стоило только мне сказать про кофе, как с лестницы тут же донёсся топот. Да-да, дракон полюбил этот напиток, даже странно, если честно. Впрочем, не водка, и уже хорошо.

Через несколько секунд в дверях кухни появилось прищуренное лицо Эллора, и, заметив чашки на столе, он расплылся в довольной улыбке. Миг, и он уже опрокидывает первую чашку, после чего его улыбка становится ещё шире.

— Хорошо-о, — шумно выдохнул он, — и что дальше, человек? Сколько мы будем сидеть в этом домике? На севере мне нравится больше, да и людей там меньше.

— Да, я бы тоже не отказался от возвращения на север, — сделав первый глоток обжигающего кофе, я зажмурился, — но ещё недельку где-то мы будем тут. Нужно решить все юридические моменты, а ещё я до сих пор не получил методики тренировок для магов, а это, пожалуй, самое важное. Ну и нужно поговорить с союзниками, Риволи вряд ли успокоится, рано или поздно эта падла вновь проявит себя.

— Так, может быть, тихонько откроем портал к нему и всё? — Эллор провёл пальцем по горлу, — зачем ждать?

— Нет, так неинтересно, — я усмехнулся, — герцог должен не просто сдохнуть, он должен потерять всё, за то, что сделал с моей сестрой. Мне недостаточно одной лишь смерти, — я сжал кулаки, вспоминая картинки, что я получил в процессе лечения Анжелики.

Эта тварь измывалась над ней всеми возможными способами, и за это я лично уничтожу всё, что ему дорого, а потом вырву его кадык голыми руками!