Чтение онлайн

— И правда, что я здесь делаю! — Влад отвел глаза, поднялся. Кивнул Мирославу: — Я позвоню.

И быстро вышел.

Пусто стало. Людей в кафе было мало, и столики почти все пустовали… Холодно. Взгляд Мирослава такой же холодный. Но он не знал, не понимал. И никогда не поймет. Лучше, если мы с Владом вообще не станем общаться. Из этого ничего хорошего не выйдет.

— Я не буду оправдываться, — сказала я и потерла пальцами виски.

Принесли кофе. Пила я жадно, обжигая горло. Пыталась согреться. Андрей молчал и не спускал с меня внимательного взгляда. По нему я скучала, поэтому и заговорила первой. Спрашивала о Вике, о новостях мира хищных, о его собственных изменениях — он ведь тоже изменился, как же иначе?

Андрей отвечал. Спокойно, словно и не стал свидетелем моей внезапной горячности. О Вике. О том, как она приходит часто, и дом после ее визитов становится светлее. Нет, это несерьезно у них, так. Он охотник, она — человек. Он либо погибнет в бою, либо будет жить вечно. А она умрет. Рано или поздно умрет. Я тут же вспомнила злосчастный прием и слова Альрика.

Охотники живут долго. Слишком долго, чтобы успеть пережить всех своих женщин…

Счастье мимолетно для них. Жаль. Андрею я искренне его желала.

А потом он говорил о новых порядках. Ганс не опасен, а вот Петр — наоборот. Мне стоит его опасаться. Быть вежливой, не болтать лишнего. Это несложно — справлюсь.

Мирослав молчал и, кажется, дулся. Из-за Влада, они ведь друзья. Но не уходил — сидел и ждал. Чего?

— Как Майя? — решила я к нему обратиться. Не обижаться же в ответ — это глупо.

Но голос Мира не было обиженным.

— Хорошо. Повзрослела, сильнее стала. И Ева. Племя идет им на пользу. А еще…

Я слушала. Жмурилась от весеннего солнца, светящего прямо в окно. И медленно возрождалась. Внутри что-то таяло — вязкая, холодная жижа шипела на раскаленных углях. Холод уходил. А с ним неуверенность и утренний испуг.

Но земля под ногами все еще оставалась зыбкой. Пока я не найду убийцу…

Сидели мы около часа. Алана я не могла оставить надолго, и, хоть он остался у скади, волнение фоном зудело в сознании. Но все равно было легко и свободно, у скади я не могла расслабиться, а тут получилось. Только остывающий эспрессо на столе напоминал о недавней ссоре. Да и не ссоре, а так…

А я ведь спасибо Владу хотела сказать. За то, что поддержал у охотников, за попытку нормально общаться. Знаю ведь, как для него это сложно после всего… И снова все испортила.

Общение с друзьями невероятно стимулирует жить, дышать, бороться. А друзья у меня своеобразные. Охотник, пугающийся собственного счастья и вождь другого племени — лучший друг того, кого я прогнала.

Но Мирослав, похоже, уже не злился. Улыбался, хоть и немного устало — посещения охотников выматывают. И когда я попрощалась с Андреем, приобнял меня за плечи и объявил:

— Отвезу тебя домой.

Я не возражала. Но возражал кое-кто другой. Положил руку Мирославу на плечо и сказал:

— Я сам отвезу.

И Мирослав, конечно же, послушался. Ну да, Влад же его лучший друг, а я уже где-то потом. Да и на каком месте может быть женщина в его списке друзей?

— Я с тобой не поеду, — уперлась я.

Полчаса в обществе Влада я точно не выдержу. Постоянные подколы порядком надоели. Ухмылки и намеки, что из меня неважная правительница. Знаю, что неважная. Но если напоминать будут постоянно, никогда не смогу стать хорошей.

— Послушай… — Он вздохнул, посмотрел на небо — ярко-голубое, высокое, без единого облачка. Краем глаза я заметила, что Мирослав тактично отступил и рассматривал теперь носки собственных туфель. — С тобой сложно. Всегда.

— Тогда, может, не нужно со мной? Если сложно?

— Может, — кивнул он. — Но когда я поступал правильно?

Я промолчала, а он продолжил:

— Давай так. Я отвезу тебя домой, а по дороге поговорим. Если ты решишь, что нам все же не стоит видеться, не будем. Разве что, как сегодня — раз в месяц. От этого никуда не уйти, ты же теперь… правительница. Но нам, правда, поговорить бы не мешало. Нормально, без истерик. Давно пора, не считаешь?

Я пожала плечами. Один разговор ничего не изменит, тем более, если потом Влад уйдет из моей жизни, у меня станет на одну проблему меньше. Хотя в то, что это случится, верилось с трудом.

— Хорошо, — кивнула я.

Мы попрощались с Мирославом и сели в машину. Влад завел мотор, а я сразу отвернулась к окну. Если хочет говорить, пусть говорит — первая не начну. И вообще, домой бы поскорее…

Влад ехал молча где-то два квартала, а потом резко свернул к обочине и затормозил.

— Я правда ненавидел Эрика, — произнес он абсолютно спокойно и поправил себя: — Ненавижу. Но к сыну твоему ненависти нет.

Я вздохнула, но ничего не ответила. Смотрела в окно — на Влада не могла. Или не хотела. Вся ситуация казалась абсурдной, но он прав — нам давно пора все выяснить. Перестать играть в «замки».

— И Дашу вы подозревали зря, — продолжал он. — Она и мухи не обидит. И тебе ничего плохого не желала, правда.

— Да, она божий одуванчик, твоя Даша! — не выдержала я. — Ничего плохого никому не желала, а тот разговор просто так получился. И Эрик ушел…

Глаза защипало слезами, и я замолчала.

— Какой разговор?

— Будто ты не в курсе! В мой день рождения, у скади. Даша так старалась убедить меня прогнать Эрика. Убедила, радуйся!

— Я не знал…

Посмотрела на него. Нет, я никогда не могла понять, лжет он или говорит правду. Влад слишком хорошо играл. Но посмотрела. На вид не лжет, а там кто знает…

— Неважно. Все в прошлом. Мне нужно думать о сыне.

— А о себе? — усмехнулся он невесело. — Когда ты подумаешь о себе?

Я молчала, рассматривала ладони, а он продолжал:

— Для тебя это пытка. Вся эта бюрократия, отчеты, финансы. Люди, которых ты не знаешь, но о которых должна заботиться. Дела, в которые предстоит вникать, и ты вникнешь — не глупая же. Только вот зачем?

— Мой сын — наследник… — выдохнула я, сжимая кулаки.

— И что? Ты обязана жизнь положить на их племя? Они ведь не посвятили тебя! Не предложили даже, верно?

— Закон крови…

— К чертям закон крови! Поля…

Теплая рука коснулась ладони, и я вздрогнула. Не хотела, чтобы он прикасался, и в то же время ждала этого. Он всегда понимал, что я чувствую. И врать я не умела, даже не пыталась. Эрику могла врать, а Владу — нет. Слишком хорошо он меня знал. И поделиться с кем-то хотелось.

Но не ним. Нельзя с ним!

— Я тебе не враг.

Ага, конечно. Я выдернула руку и сунула обе в карманы.

— Тот разговор наш последний… глупый, — как ни в чем не бывало, продолжил Влад. — Я не хотел ссориться. Злой был. Уколоть хотелось сильно.