Чтение онлайн

— Зелёный день?

— Завтра ведь первый день лета, праздник в честь богини Живани. Говорят, в этот день она возвращается к своей матери из Царства Мёртвых, где правит её муж.

— У вас есть и на этот праздник какие-то особенные традиции? — Севара подалась вперёд. Ей нравилось узнавать что-то новое: и странные слова, и иные названия праздников, и другие традиции.

— Конечно! Знаете, почему день зелёный?

— Потому что всё зелёное — деревья, кусты, трава под ногами?

— Ну да, но не у нас… — Оленя грустно посмотрела за окно.

Севара тоже оглянулась, хотя и так знала, что там. Календарная весна уходила, но здесь, на севере, деревья лишь начинали зацветать. Зеленью они покроются не меньше, чем через две декады. Лето обещало быть очень коротким.

— Потому мы особенно стараемся в праздник Живани. Ходим к аномальным полянам собирать цветы, траву рвём и веточки берём тоже. Зеленью укрываем полы, цветы расставляем… В общем, притворяемся, что лето наступило по-настоящему.

— Давай сделаем? — предложила Севара, поднимаясь. — Я скучаю по теплу и зелени. Не будем, конечно, везде траву кидать, но уж в прихожей можно. А цветы по дому расставим. Кажется, Неждан как-то упоминал, что аномальная поляна есть поблизости. Знаешь, где?

— Да! — воскликнула Оленя. — Я тогда сбегаю? Можно же?

— Разумеется. Но я с тобой, хочу подышать свежим воздухом. И погреться на поляне. Надоело сидеть в четырёх стенах.

Сборы много времени не заняли. Севара надела новенькое пальто и забрала одну ещё пустую корзинку из рук Олени. Обе они двинулись на соседний холм, покрытый высокими елями. Они едва заметно сверкали, как бывает от воздействия магии. Однако, что конкретно повлияло на них оставалось загадкой: то ли аномалия, то ли залежи магических кристаллов под землёй, то ли близость Великого Леса. Сталось бы, что всё сразу.

Ветер уже не ледяной, пробирающий до костей, а лёгкий, путающийся в волосах, нёс запах весны. Последний снег стремительно таял, обращаясь в журчащие ручейки, небо, светлое и синее с пушистыми редкими облаками, больше не угнетало тяжестью туч. Севаре странно было думать о том, что уже завтра — лето, а здесь, в Пэхарпе, деревья только покрылись почками. Цветение их придётся на начло лето, а увядание наверняка наступит уже в конце лета… Впрочем, незачем так спешить, главное, что теперь даже на таком далёком севере будет тепло.

Наконец показалась поляна. Её зелень и яркие бутоны цветов резко выделялись в просветах между деревьями. Севара замерла, восторженно оглядываясь. Пределы аномальной зоны можно было увидеть невооружённым взглядом. Границы словно очертил кто-то с линейкой. Пожухлая трава из-под снега, смешанного с грязью, прерывались на чёткой линии, где выступала молодая сочная зелень. Одуванчики покачивали своими шапками за рубежом, будто пограничники, охраняющие проход. А дальше росли цветы.

Выделялись пышные пионы, насыщенные тюльпаны, виднелись чашки маков, соцветия лаванды… Заметны были и деревья, стоящие чуть поодаль. Они шуршали листвой, тянули ветви вверх. Севара рассматривала всё издали, не решаясь пройти вперёд, войти в аномальную зону, чтобы почувствовать ароматы цветов и теплоту.

— Тут всегда жарче. — Оленя уже стояла на краю поляны, скинув верх одежды. Теперь ещё и расшнуровывала новенькие ботинки. — Босиком здесь приятно ходить. Земля согрета, насекомых нет, мусора тоже.

Рассеянно кивнув, Севара бросила своё пальто к одежде бесстрашной камеристки, которая забрав одну корзину успела уйти дальше. Хотелось снять и обувь, но для дворянки босоногая прогулка была бы, пожалуй, чересчур. К тому же, Севара, видевшая в своей жизни лишь одну аномальную зону с выжженной землёй и обсидианово-чёрными стволами деревьев, на которых вместо листвы копилось электричество, относилась с настороженностью и к поляне. Хотя та выглядела куда дружелюбнее и молниями не била.

Стоять в одном платье по ту сторону аномальной зоны, было прохладно. Руки уже замерзали, и Севара решившись, осторожно протянула пальцы вперёд, словно бы касаясь невидимой и неощутимой грани. Там действительно было тепло. По ладони вверх растеклось приятная согревающая волна, будто кто-то пожал предложенную кисть в качестве приветствия. Может, сама поляна здоровалась так с новой знакомой? Говорила, что не опасна и дружелюбна, приглашала войти…

Не раздумывая больше, Севара ступила вперёд, оказываясь в аномальной зоне. В нос тут же ударило множество запахов, от чего с непривычки начала кружиться голова. Для свежего морозного воздуха, почти лишённого ароматов, к которому успела привыкнуть Севара, такое многообразие красок и яркость благоухания была подобна взрыву.

Оленя что-то напевала и её звонкий голос сливался с мелодией поляны — с шуршанием и шелестом зелени. Севара медленно шла вперёд, проводя рукой по нежным лепесткам, по бархатным листьям, по тёплому ветерку.

К своему стыду, когда пришло время уходить, она вспомнила, что шла сюда с Оленей для сбора цветов, однако потратила все промежи на свои сомнения и последующее наслаждение новым местом. Однако расторопная камеристка успела набрать и зелени, и цветов, разложив по трём корзинкам. Даже радовалась компании хозяйки, которая благородно несла одну из корзинок. Такое отношение успокоило Севару. В конце концов, целью было прогуляться и немного помочь, а донести цветы — тоже помощь!

— Мы принесли травы на Зелёный день! — сообщила Оленя, выглянувшей с кухни Забаве. — Наша сударыня подсобила вот, без неё я бы не утащила!

— Ты преувеличиваешь. — Севара потупилась.

— Ах, госпожа, вам же отдохнуть надобно! Устали ведь, над бумажками без продыху сидите, а вышли и тяжести таскать. Не годится ведь! — запричитала сердобольная Забава. — Чаю вам сделать? Там и пирог на подходе. Изволите?

— Да, спасибо.

Оленя, полная сил, от такого же предложения чая отмахнулась — ей не терпелось украсить дом. Она вымыла полы прихожей, и раскидала зелень, аромат которой наполнил почти весь первый этаж не добрался разве что до кухни, где царствовал запах свежей выпечки.

Севара присоединилась к Олене, когда та спускалась со второго этажа, сообщив, что поставила вазы с цветами в коридор, в свою комнату, в кабинет и в спальню хозяйки. Пришло время украсить и зал. Снова заглянула Забава, выбрав немного тюльпанов, чтобы поставить к себе, и чайных роз для столовой.

— Вот, красиво будут смотреться, — Оленя составила пышный букет из пурпурных растений с соцветием в форме колоса.

— О, живокость, — Севара улыбнулась, — да, весьма подходяще. Поставим их.

— Живокость? Это ведь шпорник.

— Точно шпорник, — подтвердила Забава.

— Разве не живокость? — не отступала Севара. Она в своих познаниях флористики была уверена.

— Да, живокость, — раздался за спиной голос Неждана. Он остановился в проёме, с улыбкой оглядывая присутствующих. — Но и шпорник. Вы все правы.

— Как это? — растеряно спросила Оленя.

— Вообще-то, по-научному, это дельфинум, но на севере его зовут шпорником, а на юге живокостью. Цветок один, просто названия разные.