Чтение онлайн

– Я решу!
– Корсо сорвался с места, оставив Венецию в кустах. Девушки единодушно ахнули, а одна упала на колени и громко зарыдала.

Все взгляды были прикованы к пожилому мужчине, а он стоял и, как мальчишка, плакал, глядя на упавшую к его ногам Эвис Дельгадо, которая сидела, обнимая живот, и смотрела на него полными ужаса и грусти глазами, затуманенными слезами.

– Вы?
– Джин вздёрнула бровь.

– Простите, я подслушал. Я решу.

– Какое вы имеете ко всему отношение?

– Дэнни?
– шепнула Эвис, и её кругленькое личико исказила гримаса страха, и в то же время в глазах блеснула нежность.
– Денни, а что случилось? Ты знаешь, что я тут?.. Ты пришёл за мной?

– Милая, - Корсо тоже упал на колени рядом с ней и протянул руку, чтобы коснуться лица несчастной женщины.
– Что случилось..

– Денни… я не знаю.

Джин вздохнула, глядя на эту трогательную сцену.

– Вы понимаете, что будет дальше?
– спросила она мужчину. Эвис даже внимания не обратила, она все шептала: «Какой же ты седой, Денни…» - и тому подобные вещи.

– Не совсем, - покачал головой Корсо.

– Эй, как прошло?

– Всё закончилось, Эвет. Теперь тут только Карен, Диана, Клотильда и Джин…

– Да что ты… И как это было?

– Ужасно, - заверила Кло.
– С Мученицами прошло дольше всего, каждой рассказали, что с ней случилось. Ох, Майлу так жаль! Поеду сегодня к её любовнику сообщать, что она мертва… Ты знала, что её сын был уже мёртв?

– Да, но я не знала как?..

– Его убил её муж!

– Шутишь?

– Правда! А ты слышала про Марику Скотт? Расисты!

– Фу! Мне рассказывали подробности, это было отвратительно, если честно, ты бы знала…

– Не хочу знать! Потом были Вилисы. Это было немного неприятно, они просто попрощались со всеми и вошли в воду, а потом стали мерзко стариться. Бэата, если честно, выглядела не…

– Не свежей?
– усмехнулась я и прикусила язык.
– Прости, это ужасно…

– В общем, утром я вызвала полицию, они приехали вместе с коронером, и сказала, что тела, видимо, прибивало подводным течением в грот под водой.

– Наш грот?..

– Да, Джин что-то сделала и уровень воды опустился на время. Тела были там, ох, я туда не ходила! Ну их достали, меня поблагодарили и уехали. Дэн говорит, что завтра арестуют мужа Майлы, этого подонка! Дэн дал заключение, что на теле мальчика следы насильствнной смерти!

– Так, а что там делал Корсо?

– Он муж Эвис!

– Эвис? Она такая милая…

– Да, она была такой трогательной. А история у неё какая… Там и Венеция была! Когда я отвела Корсо в дом, чтобы оставить на ночь, он чуток охмелел, она потащилась следом. Чушка! Я отправила её домой на такси!

– Так и надо!

– Сегодня суд?
– голос Кло был сочувствующим и очень тихим.

– Увы…

– Если ты вернёшься, я выпью с тобой кофе!
– вдруг сказала она, слишком бодро, чтобы это было правдой.

– Тебя покусали эти мертвячки. Где заикание? Ингалятор?

– Не знаю, озёрный воздух хорошо действует… Я пойду, удачи тебе.

– И тебе удачи. Я передам Киту, что Майла с ним прощалась, - я посмотрела на него, он встрепенулся и стал прислушиваться.

– Как ты поняла?

– Мне кажется, они были хорошими друзьями…

– Так и было. Карен хочет поговорить, я дам ей трубку?
– послышался шум.

Мы лежали с Китом в одной постели, но на приличном расстоянии. Он, верный своему слову, не сказал мне и слова после того, как истекли четырнадцать минут. Последние наши секундочки мы провели лёжа в этой постели, касаясь кончиков пальцев друг друга, и шептали слова, которые невозможно заучить, можно только вынуть из самой глубины.

А потом мы оба уснули (он уснул, а я просто замерла в созерцании его лица), только утром нас разбудил звонок отельного телефона, и стало очевидно, что наша последняя ночь прошла на расстоянии вытянутой руки. Я сама это делала. Отодвигалась, когда он бессознательно тянулся, чтобы быть ближе.

– Карен?
– позвала я, когда поняла, что та взяла трубку. Потеряв интерес, Кит встал и вышел, давая понять, что ждёт в машине.

– Привет. Ты как?

– Сносно. Жду, когда всё решится.

– Я скучаю, - всхлипнула Карен.
– Я теперь тут душа озера, ох, я же просто избалованная ассистентка Первой, а никакая не душа! Я не знаю, что делать! Диана и Клотильда вечно поучают, Джин говорит, что я должна занять своё место! О чём они? Что делать? Эвеееет, почему ты ушлаа?

Я рассмеялась. Чтобы у гордой умницы Карен был срыв? Да ещё в первый же день?

– Расслабься, Карен! Никто ничего в этом не понимает! Просто будь невинной лапушкой, как ты умеешь. Будь, как я! Хотя нет… ненужно, как я. Будь лучше меня.

Карен прекратила свою шуточную истерику, и её голос стал серьёзным.

– Никогда сюда не возвращайся, ладно? Ты - большая рыба в большом море. И методы у тебя большие. Тебе только как этому озеру - не хватало души. А страданий и свободы было, напротив, в избытке.

– Только…

– Я присмотрю за хижиной, дневниками и твоей комнатой. И если Кло или любая другая хозяйка дома решат её занять, буду действовать по старой проверенной схеме! Никто тут не выспится, пока я мертва!

– Это лучшее, что я слышала от тебя! Только ещё…

– За его могилой я присмотрю, не волнуйся, ладно?

– Ладно. Всё, как ты помнишь, цветы в его годовщину.

– Да. Всё будет. Хлоя наверняка будет ухаживать за могилой, она тут за каждой травиночкой ухаживает и чтит память всех, кого не попадя.

– Эвет Сангу.

– За мной, - говорит одна из них и кивает второй.

Мы оказываемся в большой пустой круглой, как башня, комнате, и я не понимаю, куда дальше, потому что никаких лестниц нет.

– Простите? Вы же проводите?

– Удивлена, что вас не взяли под стражу, - фырчит, как недовольная кошка, женщина (не могу её девушкой называть, хоть убей).
– Суд уже идёт.

– Без меня?

– Вы - лишь свидетель по делу Эвет Сангу. Не будьте дурой. Будто не знаете, как это проходит. Ждите, вас вызовут.

Женщина уходит, оставив меня в самом центре комнаты. Я уже готовлюсь проторчать тут полночи, но стоит двери за женщиной закрыться, и на меня обрушивается настоящий водный поток. Я хватаю ртом настоящий воздух, точно впервые оказалась на суше, чем вызываю смешки у зрителей. Вокруг меня настоящий зрительный зал, вокруг арены - трибуны, уходящие высоко вверх, и на них люди. Мужчины и женщины, все молоды и прекрасны, будто их отбирали через кастинг в три этапа. Я задираю нос повыше, улыбаюсь и кручусь на месте, не гнушаясь поприветствовать толпу.