Чтение онлайн

Я бросаю щетку, которой только что старательно чистила камин в гостиной от въевшегося нагара, и, не успев даже вытереть руки, выскакиваю на улицу.

Люди, словно притянутые невидимой силой, собираются возле моего дома. Их лица, обычно спокойные и привыкшие к размеренной сельской жизни, сейчас искажены страхом и растерянностью. Женщины прижимают к себе детей, немногочисленные мужчины хмурят брови, их взгляды устремлены куда-то вдаль. Я ускоряю шаг, чувствуя, как нарастает внутреннее напряжение. Что могло произойти? Что могло вызвать такой всеобщий переполох?

Когда я подхожу ближе, вижу Ника. Он стоит чуть в стороне от толпы, его обычно сильные плечи опущены, а взгляд устремлен в землю. Сейчас же он выглядит так, словно на него обрушилось все горе мира. Я подхожу к нему, пытаясь уловить хоть какую-то информацию в его поникшем виде.

– Ник, что случилось? – мой голос дрожит. – Арвид?! – непрошенная слезинка катится по щеке, и я тут же смахиваю её.

Он поднимает голову, и я вижу в его глазах отчаяние, которое отражает страх всех собравшихся. Его губы шевелятся, но слова вырываются с трудом, словно каждый звук причиняет ему боль.

– Наш урожай… – начинает он, и его голос срывается. – Наш урожай атаковали скруи. Всё… всё погибнет.

– Погибнет? – повторяю. – Что это значит? Кто такие скруи?

Ник качает головой, его взгляд снова устремлен вдаль, туда, где еще простираются наши поля.

– Их так много… Они всё сожрут. Всё, что мы растили месяцами. Наши овощи, наши зерновые… Всё в прах.

Я чувствую, как по спине пробегает холодок. Другие жители, услышав слова Ника, начинают стонать и причитать. Женщины плачут, мужчины сжимают кулаки, но в их глазах нет гнева, только глубокая, всепоглощающая печаль.

– Теперь нам не пережить зиму! – раздается чей-то голос из толпы.

Я смотрю на лица людей вокруг. Вижу страх в глазах детей, которые еще не понимают всей глубины беды, но чувствуют напряжение взрослых. Вижу отчаяние в глазах стариков, чьи силы уже не те, чтобы начинать все с нуля. И я чувствую, как мое собственное сердце наполняется тяжестью.

– Что мы можем сделать, Ник? – шепчу, но он всё равно звучит громко, и все жители оборачиваются на меня.

– На скруй нет управы. Они погубят урожай и уйдут, а мы…

– Нет! – восклицаю. – Безвыходных ситуаций не бывает! Дайте мне время!

– Времени нет!

– Это ты виновата, мерзкая человечка! – язвительный голос Лиданы заставляет народ обернуться на неё.

– В чём моя вина? – говорю твёрдо, встречая её гневный взгляд.

– Скруи не приходят просто так. Только если приманить их магией.

Я стою, чувствуя, как холодный пот стекает по спине, но стараюсь не показывать этого. Её слова, словно ядовитые стрелы, летят в мою сторону, и я вижу, как взгляды окружающих обращаются ко мне. Лидана, с её вечно надменным выражением лица, стоит передо мной, и её глаза сверкают злобой.

Лили подбегает ко мне и обнимает за талию. Прижимаю девочку крепче к себе.

– Казнить! – крик Лиданы разрывает воздух, и толпа замирает. – Она обрекла нас на голод!

Я смотрю на неё, чувствуя, как во мне от гнева бурлит магия. Настраиваюсь стремительно открывать портал, если вдруг народ согласиться с ней.

– Это не тебе решать, Лидана. Эва жена Арвида! – Ник становится передо мной и Лили, загораживая от Лиданы и толпы.

Её глаза расширяются от удивления, а затем снова наполняются ненавистью.

– Перестань, Лидана, - голос из толпы. – Ты так говоришь, потому что Арвид женился не на тебе, а на Эве. Эва не виновата!

– Не виновата! – соглашаются жители.

– Не виновата!

Фух. Выдыхаю облегчённо.

– Нам некогда слушать твою чушь! – обращаюсь к девушке.
– Нужно срочно что-то решать!

– Ха-ха-ха! Скруй невозможно победить! Тем более тебе! – Лидана надменно разворачивается и уходит.

– Сколько у нас времени? – обращаюсь к Нику.

– Сегодня к вечеру всё погибнет! – Ник машет рукой, чтобы жители расходились по домам.

Беру Лили за руку, и мы стремительно идём в дом.

– Будь готов помогать! – бросаю Нику.

– Зефирчик! Зефирчик! – зову бельчонка, как только закрывается дверь.

– Скруи – это волшебные насекомые. Они сжирают урожаи. И потом на этой земле уже ничего не вырастет многие сотни лет. Земля становится безжизненной! – Зефирчик уже на руках у Лили, и она с удовольствием поглаживает его пушистую шёрстку. – Они не появляются сами по себе, только в результате магического призыва.

– Лидана была права! Это моя магия их призвала?

– Конечно нет, Эва! – восклицает бельчонок. – Здесь нужен специальный ритуал!

– Ритуал! – поднимаю палец к верху и плюхаюсь в кресло в гостиной. – Значит, его можно обратить.

Закрываю глаза и ищу заклинание. Оно должно быть здесь, в комнате в моём разуме.

– Вот он, ритуал призыва скруй! Но где же обратный! Не верю, что эта напасть необратима.

Перехожу к другой полке. Перебираю все возможные ритуалы и заклинания. Везде говорится, что ритуал необратим.

Руки опускаются, плечи сгибаются под тяжестью бессилия. Я чувствую, как надежда, словно песок, утекает сквозь пальцы. Неужели это конец?

Я обречённо оглядываю библиотеку в своём разуме. Высокие полки, уходящие под самый потолок, кажутся сейчас насмешкой. Сколько знаний здесь хранится, и ни одно из них не может нам помочь?

И тут мой взгляд цепляется за что-то. Самая верхняя полка, почти незаметная в полумраке. Там, среди забытых фолиантов, лежит свернутый в трубочку свиток, перевязанный истлевшей верёвкой.

С трудом дотягиваюсь до него, чувствуя, как пыль веков оседает на моих пальцах. Разворачиваю свиток, и ветхий пергамент хрустит под моими пальцами. Буквы выцвели, но я всё ещё могу разобрать их.

Это история. История о разъярённом муже, преданном и униженном. Он застал свою жену в постели с лучшим другом. И в своей ярости, в своей безумной жажде мести, он создал скруй. Не для того, чтобы защитить, а для того, чтобы уничтожить. Чтобы они погубили урожай врага, чтобы он познал голод и отчаяние.

И вот оно, в самом конце, словно шёпот из прошлого, решение, которое никто не искал, потому что никто не знал, что оно вообще существует: «Скруи уйдут, если оросить их кровью». Кровь за кровь.