Хозяйка Мозеби
Шрифт:
Рассказ герра Хольгера
Я человек абсолютно несентиментальный, рациональный и даже циничный, что не мешает мне иногда испытывать романтические ,хм, чувства. Однако, идти на поводу желаний сердца я никогда не считал правильным, и уж тем более, рисковать ради этого положением, карьерой, связями. Ну, вы понимаете.
Я не один такой, впрочем. Для нашего сословия браки по расчету, направленные на сохранение чистоты крови – норма жизни и определяющий в воспитании подрастающего поколения постулат. Нравится кому- то или нет – это факт: интересы рода, семьи, государства приоритетны перед личными желаниями отдельного индивида, что обеспечивает стабильность и процветание дворянства. Нинель, я же сказал, что циник…
Конечно, случаются и в высшем свете романтические истории, даже свадьбы на почве нежных чувств. Тот же Брагау... Первую жену он взял таким образом из благородной, но обедневшей семьи, чем, кстати, крайне расстроил своего отца, мечтавшего о более подходящей партии для единственного сына. Хм, думаю, сейчас старый Ольгерд должен быть очень доволен, несмотря на сопутствующие обстоятельства…
Да, определённо, второй брак барона можно считать настоящей удачей – с точки зрения и статуса, и финансов, и политики… Его Величество, само собой, понегодует, подуется, но примет… Зато матушка Кристиана уж точно похвалит сына –она страсть как боялась, что он женится на вдове, да еще, не дай Бог, с детьми…
Что- то я отвлекся…Так вот. Поступок Сигурда в то время меня не насторожил: честно сказать, мне, юноше, все эти вздохи, мечты и разговоры о любви до гроба казались красивыми, но фантастичными. Я не придал значения увлеченности друга простолюдинкой, хоть и очень выдающейся по внешним данным – я видел Ильзэ однажды. Думал, поиграется и остынет. Ошибся крепко.
Сигурд отличался от меня тогдашнего…Он вообще от нас, разноязычных дворян – студентов столичного университета, отличался. Иностранец из высокопоставленной семьи, красивый, умный, отличный фехтовальщик, серьезный ученик, внешне выдержанный юноша оказался чрезвычайно одиноким и ранимым внутри.
Будучи вторым сыном (от второй жены) ярла Герарда Сольберга, он не претендовал на преемственность в роде, добровольно отказываясь от мысли и действий против старшего брата, к которым его, как со временем понял Сигги (и я - много позже, увы), исподволь подталкивал отец.
Глава рода делал ставку на здорового, похожего на себя внешне, дисциплинированного и послушного второго сына, лицемерно предпочитая публично старшего, Герхарда – болезненного отпрыска дочери сильной ветви клана Одден, приближённого к конунгу.
Сигурда дрессировали как собаку, натаскивали в науках и придворных интригах, предъявляли крайне высокие требования и нещадно жестоко наказывали за ошибки, при этом держа подальше от родины. Это было испытанием и благом для Сигги. Он вырос самостоятельным и решительным, но с огромным желанием выйти из- под диктата отца любой ценой. И любовь к Ильзе стала ею.
И нет, он не играл. В том смысле, что она стала главной ценностью для Сигурда, а после и Эйдан. Ради них он был готов умереть, а уж отказ от титула возможного наследника и прочего…
Гнев Герарда был страшен, но… Этот тиран и деспот не был бы собой, если бы отпустил бросившего вызов его планам сына просто так. Он следил за ним, тайно, и в нужный момент использовал снова.
Те годы, что Сигги с семьей, непризнанной официально, мотались по континенту, я периодически им помогал. Нечасто – Сигурд был горд, но иногда принимал и деньги, и помощь. Почему они не поженились? Ярл, скорее всего, подал сыну надежду на признание Ильзэ и Эйдана в будущем или шантажировал матерью и сестрой…Он мог.
Как бы то ни было, Герхард неожиданно скончался, следом умер его малолетний сын, сноха уехала на континент и ушла в монастырь. Перед Герардом встала проблема наследника. Он умолил Сигурда вернуться, наобещал с три короба, заставил жену и выданную уже замуж сестру присоединиться, надавил на родовые обязательства…
Сигурд, подзабывший нрав отца, согласился. К счастью, пригласил на встречу и меня, а я, не знаю, каким чудом, встретил в Ослодале, столице Свеи, бывшего там по делам короны графа Ольсена и упросил его поддержать Сигги, несмотря на наши политические разногласия. Видимо, была на то воля Божья, не иначе.
Ильзэ и Эйдан остались в пригороде, где я снял для них комнату, опасаясь ярла. Мы отправились в дом Сольбергов, и Герард устроил представление с плачем, стенанием, покаянием и мольбами…
В обмен на женитьбу по решению конунга (якобы без его, ярла, ведома и под давлением), формальное сожительство до рождения законного наследника, которому и перейдет в будущем титул, а Сигурд останется свободен от каких- либо еще обязательств, Герард в нашем присутствии внес Эйдана в родословную Сольбергов, написал соответствующий меморандум (мы все его подписали), поклялся на Библии перед клановым священником в исполнении договоренностей, и мы с графом, прихватив документ (что не понравилось ярлу, но он проглотил), покинули родовой особняк. Сигурд просил передать все Ильзэ и обещал после свадьбы их увидеть…Наивный..
Ильзэ с Эйданом исчезли… Сигурду сказали, что они уехали добровольно, после чего пригрозили, что они будут в безопасности ровно до тех пор, пока он будет послушен и поучаствует в рождении сына, требуемого старым ярлом. Сигурд стал заложником родовой чести и собственной недальновидности…
Я не знаю, как он выдержал…Дела короны вынудили нас с Ольсеном вернуться в Кёпенхейген, где я отвлекся от чужих дел, каюсь…
О том, что Сигурд стал послом в Москвении, я узнал спустя пару лет…Удивился, написал, извиняясь, и получил короткий ответ, что друг потерял следы семьи, что принял предложение конунга и живет теперь на чужбине, где мысли о пропавших (погибших, вероятнее всего) любимых не так остры. С отцом, женой и вторым сыном отношений не поддерживает.
Поэтому я очень удивился, когда встретил женщину, отдаленно похожую на ТУ Ильзэ, здесь, в Мозеби…Мне стыдно, немного, но я испугался и ничего не написал Сигги, решив положиться на судьбу. Если суждено, они встретятся. И вот они встретились…
Когда Сигурд пришел ко мне в столице и сообщил, что купил у Брагау поместье на Фалькстаре, я почувствовал…Ну, знаете, эдакую прохладцу по спине, подумал, что неспроста это…Сигги же объяснил покупку и воспоминаниями, и, главное, категорическим нежеланием возвращаться на родину – только ради завершения служебных формальностей. Жить там он не хочет, с родней видеться – тоже.
Признаюсь, я потрясен превратностями и хитросплетениями судеб всех троих……Но уверен, что Сигурд найдет способ воссоединиться с ними. Уж, по крайней мере, имя и статус Эйдана он восстановит, и я приложу все силы и средства к этому, поверьте… Помимо наличия давних соглашений, хранящихся у меня, есть еще кое- что.
К Ингеборге Сольберг, что в последние годы активно мутит воду в Свее, торя сыну дорогу к трону, у тамошних дворян имеются определенные претензии. Есть кое- какие данные, которые не понравятся молодому конунгу Магнусу, несмотря на родственные связи с нею…Своя рубашка ближе к телу, так, Нинель ты говоришь?