Чтение онлайн

— Что, зелененькие, жалко улетать? — мы так засмотрелись на красоты лесов, что не увидели, как к нам подошли уже порядком подвыпившие гномы. И надо же такому случиться, что именно с моей стороны. Самый наглый из них тут же ухватил меня за руку и притянул к себе, обдавая сбивающим с ног перегаром.

— Пошли со мной, красотка, я покажу тебе, как должен любить мужчина.

И почему все самцы всегда думают не тем, что у них в черепной коробке?

— Отпусти девочку, чучело, — вперёд вышла Лима.

Дриады недовольно смотрели на гномов, которые помешали им прощаться с родным домом. Я не обольщалась, что мне будут помогать, и была благодарна Лиме.

— А то что, зелененькая? — к девушкам подходили другие гномы с явно недобрыми намерениями.

— А то придётся тебе, подземный червяк, осваивать полёт без крыльев, — сказала Кирса. В её руках появился магический меч.

Другие дриады вооружились магией. Я на месте не стояла, как могла, выкручивалась из захвата здоровяка. Приложила его затылком ко лбу, пнула по голени, но с него как с гуся вода, только лыбится и тянет ко мне свои губы, над которыми висели тощие усы в крошках еды.

— Что тут происходит? — рявкнула появившаяся драконица, сопровождающая. Гномы совсем распоясались или не поняли, что перед ними не дриада.

— О, ещё одна, Грум, лови девку, мне нравятся такие дылды, — закричал один из гномов тому, кто стоял ближе к драконице. Грум пьяно заулыбался и шагнул к драконице.

Ох, как всем сразу стало плохо. Не думала я, что сопровождает нас высшая, которая, не раздумывая, выпустила наружу свою драконью ауру. Гном, который тянулся к драконице, пошатнулся и упал, пропахав носом палубу. Дриады схватились за головы, распуская магические луки и мечи, и попадали на колени. А тот гном, который держал меня за руку, скатился к моим ногам, жалобно застонав.

Картина была просто ошеломляющая, через секунду все валялись на палубе. Драконица удивлённо уставилась на меня своими нереальными глазищами, внутри которых переливалось яростное красное пламя. Я одна устояла на ногах, хоть дыхание сперло от напряжения, а сверху словно пласт тяжёлого воздуха надавил.

И надо же было такому случиться, что моя сила, которую я с таким трудом всегда призываю, решила сегодня себя проявить. Драконица ошарашенно отскочила в сторону, когда от меня в разные стороны сверкающей радугой взорвалась магия. Ой-ёё!

Отступление

Те, кто впервые посещал императорский дворец в Сейшале, столице Горных земель, не могли сдержать восхищения при виде его величественных башен с изумительной рунной росписью, не скрывали алчность при виде роскошных залов, затмевающих зрение блеском позолоты, и не могли без трепета смотреть на огромные статуи божеств, столь древних, что их имена давно стёрты из летописи времён.

Дворец показывал величие драконов, здесь всё было пронизано хищной красотой и воспевало силу, как главный постулат, вокруг которого крутится жизнь этой древней расы.

Огромный кабинет императора, в отличие от общих помещений дворца, был мрачным. Ард Первый не любил яркие краски. Даже его спальня была полностью оформлена в тёмно-синих тонах, оттенённых узорами из цвета состаренного серебра.

Сам император, молодой дракон, так похожий на портрет своего отца, Себра Четвертого, сидел за каменным столом, поделкой артефакторов гномов, и барабанил пальцами по блестящей поверхности.

Взгляд его синих глаз, не отрываясь, смотрел на брата, Адарана Креймора, который вышагивал по толстым коврам в грязных сапогах и пыхтел от злости.

— Я всё предусмотрел, Ард! Она не могла исчезнуть в никуда!

— Но её там нет, Дар! — Рявкнул Ард и стукнул кулаком по столу, от чего на гладкой поверхности вспыхнули руны, требуя подтверждение для открытия визуализации карты земель. Император тут же успокоился, погасил артефакт и уже более тихим голосом сказал кузену: — Сядь, наконец, и расскажи, что произошло.

Адаран Креймор, правая рука императора, его главнокомандующий, самый верный из подданных и самый близкий из рода, с усилием заставил себя сесть в кресло возле стола и выдохнул.

— Успокойся, — опять повторил Ард, — ты уже истоптал своими сапогами дорогие ковры сестры, она не простит, если ты спалишь ещё и мебель. — Император постарался разбавить напряжённую атмосферу смешком.

— Мы полетели к оракулу в Изумрудные земли. Нашли его сразу — он не прятался.

— Дальше, — кивнул император.

— Он два дня сидел в своём видении, а потом очнулся и сказал, где искать алтарь Южного леса.

Император опять кивнул, требуя продолжения рассказа:

— Мы с Берзом пролетели пол Изумрудного, чтобы найти этот безднов забытый храм с алтарем! Но он был пуст!

— Ты уверен? – Ард посмотрел на брата испытующим взглядом.

— Он пуст. Мы с Берзом притащили его сюда, чтобы жрецы удостоверились, что сила королевы Южных лесов в алтарь не возвращалась.

В кабинете повисла напряжённая тишина.

— Это плохо, — выдохнул Ард.

— Ты можешь объяснить, зачем мы… ты собираешь силу мира? Это может плохо закончится, Ард, вспомни историю Мора Чёрного…

— Я тебя не спрашивал совета, Адаран, — резко ответил император, — Все мы помним историю нашего предка и то, что с ним случилось. Со мной такого не повторится!

— Ты уверен? – Адаран не успокаивался, — В войсках уже идут брожения, отдельные кланы и рода стараются расшатать твоё право на власть…

— А вот это уже твоя забота, брат, — сказал император, — Ты мой щит!

— Я твой щит! – согласно кивнул Адаран, но от Арда не укрылось, как дрожали кулаки кузена от еле сдерживаемого гнева.

Ард понимал, что иногда слишком сильно давит на брата, но страх потерять власть был сильнее его родственных чувств. Власть — это то единственное, что было важно для императора.

Никто не знал, как на самом деле относится к кузену Ард. Для всех Горных земель они братья, поддерживающие друг друга, но для императора… ненависть и восхищение, безудержная зависть и всепоглощающая жажда стать выше, лучше, сильнее. Эти чувства сжигали дракона, вводили его в безумие…

Он не забыл, как его отец хотел сделать своим приемником Адарана, не забыл, что ему пришлось сделать, чтобы этого не случилось, и чёрная капля греха постепенно убивала в императоре всё то хорошее, что ещё оставалось. Под маской разумного, понимающего, справедливого правителя прятался безумный хищник, хитрый безумный хищник.