Хозяйка сладкой тюрьмы
Шрифт:
Когда всё было перемешано и готово, то я вылила начинку к небольшому количеству какао-масла, и всё тщательно смешала. Посмотрев на бутылку рома, который я должна была изначально добавить в начинку, я помотала головой. Вдвойне пьяный вампир нам ни к чему.
Отнеся начинку в морозильную камеру, раз у меня нет супер-способности охлаждать всё, я села на корточки перед вампиром, внимательно разглядывая его.
Красив, как Бог, но всё-таки клыкастые не привлекают меня, да и однажды я уже прокололась. Так я и сидела рассматривая его, пока остывала начинка. Марлад кружил надо мной, не издавая и звука, а Рел лишь грустно вздыхал, понимая, какие проблемы принёс нам клиент. На животе вампира рана не затягивалась, и я была готова к такому повороту событий.
Встав с корточек, я размяла затекшие конечности и пошла доставать вишневую начинку. Поставив её на стол, я посмотрела грустно на заготовку, расплавляя еще шоколада для того, чтобы закрыть донышки конфет. Выкладывая с помощью кондитерского мешка начинку, я устало выдыхаю.
Открыв ящик стола, я достаю нож, чтобы завершить приготовления. Последний ингредиент для дорогого клиента.
— Бог мой, я давно тебя не просила, но прошу… Пусть всё обойдётся в этот раз, — я делаю надрез на вене и начинаю заливать форму с готовыми половинками конфет.
— Летта, — судорожно выдыхает Рел, зная, чем всё это закончилось для меня в прошлом, — Зачем?
— Он пришел ко мне, а значит, это единственный способ помочь ему, — шепчу я и быстро перематываю кухонным полотенцем рану, чтобы остановить кровотечение. Здоровой рукой я выливаю шоколад и шпателем разглаживаю поверхность, запечатывая конфеты. Теперь осталось лишь подождать, когда они стабилизируются. Рел уже отнес их в камеру, а я присела во второй раз у вампира и выдохнула страдальчески:
— О, Раф, прости свою грешную сестру, но у меня не было выбора, — я уронила голову на колени и сидела так, пока Марлад не каркнул:
— Летта, готово!
— Да-да, давай сюда, Рел, — протягиваю я руку и хватаю форму. На полу передо мной появляется заботливо поданная плоская тарелка, а я резко переворачиваю форму и стукаю по ней ладонью. Конфеты высыпались аккуратно на тарелку, радуя своим внешним видом, но рассматривать идеальные корпусные конфетки не было времени,
Я беру одну пальцами, и второй рукой открываю рот своего клиента, взяв за желваки, быстро запихивая конфету, и закрываю губы. Раздался стон, а я чувствую, что это мой предел. Закрывая глаза, я начинаю падать в обморок прямиком в объятия вампира.
Кажется, меня поймали сильные руки, но это неважно, я сделала всё, что было в моих силах.
Резко вырываюсь из кошмара. Руки дрожат, а я и наяву продолжаю видеть призраки прошлого, которые преследуют меня сейчас. Я начинаю тихо завывать, но меня обнимают и прижимают к сильному телу.
— Роза, тихо, это всего лишь сон, — шепчет мне знакомый голос, и я немного успокаиваюсь, понимая, что прошлое уже позади, а я нахожусь в своём магазинчике, а не деревне, которая горит языками пламени.
— Деус… Прости, — тихо зову его и сразу извиняюсь. Думаю, он уже увидел вампира, да и почувствовал, что я вытворила.
— Розалетта, почему ты это сделала вновь? Тебя не научил тот случай? — шипит тихо Деус. И я понимала его. Это было непростительно. Зачем я сделала это? Я схватилась за голову, чуть ли не плача, — Тихо-тихо… Т-ш-ш-ш, — обнимают меня сильные руки и начинают тихонько укачивать, — ты молодец, ты сделала доброе дело в очередной раз, а злой Деус лишь нагнетает обстановку.
— Но я… Леон… — понимаю, что совершила ошибку вновь, я хочу расплакаться, но меня вжимают в ткань чёрного костюма и заглушают мой внезапный порыв, а так же имя, что срывается с моих уст.
— Всё хорошо, сладкая, ты всегда была такой. Слишком самоотверженна, слишком добра, слишком хороша, — успокаивает меня Деус, а я вдыхаю глубже его запах, понимая, что проваливаюсь в сон вновь, — И забудь ты уже его, он не достоин этого. Поверь, сладкая, уж кто-кто, но он точно не достоин.
— А кто тогда достоин? — шепчут непослушные губы перед тем, как я уношусь в объятия тьмы, которые уже не пугают своими кошмарами.
Проснувшись резко, я открываю глаза и подрываюсь с кровати, понимая, что вчерашние события мне не приснились. Быстро одевшись и порадовавшись, что сегодня выходной, я спускаюсь и застаю мирную картину: Деус и неизвестный мне вампир сидят тихо на кухне и пьют чай.
— Роза, ты проснулась? — ласково зовёт меня он, а я моргаю недоуменно, — А я пока знакомлюсь с твоим гостем. Это Грегор, он — герцог Королевства вампиром, там сейчас трудные времена и война с оборотнями. Представляешь?
Вампир, то есть Грегор, кивает и встает, откладывая конфету в руках в сторону:
— Леди Розалетта, ваша помощь была неоценима. Я уже отдал душу нашей потерянной королеве, но ваш магазин стал спасением для меня, — его голос тёк плавно, а я, как завороженная, уставилась на его клыки, проглядывающиеся во время разговора, — Не знаю, как и благодарить…
— Вовсе не обязательно, — начинаю говорить я, но Деус поднимает свой чай и радостно сообщает:
— Можем составить контракт, что однажды ты поможешь сладкой, когда ей это понадобится, — отпивает он из кружки и, несмотря на свой веселый задорный голос, его взгляд буравит вампира. Грегор кивает и спокойно соглашается.
— Как вам будет угодно, — вспышка и всё. Контракт составлен.
— Деус! — шиплю я, но при госте не смею дальше говорить всё, что думаю.
— Леди, могу я забрать эти конфеты? — в алых глазах Грегора таится сильный голод, а я киваю, понимая, почему он их так желает, — Спасибо, и встретимся, когда позовёте, леди, господин…
Это происходит слишком быстро, я даже не успеваю ничего ответить, как мы с Деусом остаёмся на кухне наедине.
— Что ты творишь? — сердито смотрю я на довольного мужчину, — Зачем ты навязал контракт?
— Я никогда не навязываю контракт, сладкая, — обиженное лицо Деуса, и я чувствую легкий укол вины, — Он в душе сам хотел предложить что-то эдакое, да и в нём есть пункт, что он больше не приблизится к тебе, а ты и сама понимаешь, что это нужно.
— Это так, но… — мычу я, а он уже оказывается за моей спиной, гладя мои не расчесанные волосы ото сна.
— Вот и договорились, а теперь приятно провести время выходного. Мне уже нужно бежать, чтобы проследить за делами, вдруг подгорят без меня там все, — целует он быстро мою макушку, а, когда я развернулась, его уже не было.