Чтение онлайн

— Вы так думаете? Но…

Сомов решил настаивать:

— Никаких, но я, может быть, и резок в своих поступках и суждениях, но не подлец. Приведите сюда вашего парня, моя коляска на той стороне, сейчас свистну кучеру, чтобы объехал кругом, моё поместье и дом с этой стороны, через полчаса я заберу вашего Алексея к себе, не волнуйтесь. Если ему не понравится, то он вернётся к вам завтра же. Колесов на своей бричке и привезёт.

Какой тон, прям искуситель. Он не оставил своей цели, взять меня хозяйкой в свой дом. А теперь уже укрепился в ней. И сделает всё, чтобы Алёша влюбился в поместье, и начал ему доверять.

Ровно также сейчас действует Гончаров, но грубо и давит, шантажирует, не прикрывается лестью и увещеваниями. Тут ещё не понятно, чем мне обернётся вообще вся эта возня.

— А сейчас мой брат в надёжном месте? — уточняю у городничего.

— Да, в надёжном, а что? Я вообще собирался пройти к Гончарову и поговорить по-мужски… Попытаться вразумить, потому как человеческие жизни — не игрушки…

— Пф-ф-ф! Вы наивный человек, не сочтите за оскорбление, неужели вас не убедили все деяния Гончарова? Он по природе своей последний подлец. Родился таким. Понимает только силу и власть, — Сомов победно парировал и так на меня посмотрел, мол, я же лучше всех и не слушайте никого, держитесь меня.

— Вот именно эти рычаги полномочий я и собирался сейчас применить.

— Я с вами, у вас бланки на административные взыскания с собой? — я решила сменить рычаги давления, с силы и давления на деньги, хотя бы штрафом припугнуть.

— Да, — Макаров не сразу понял, к чему я клоню.

— Гончаров уже оплатил, как он заявил, долг школе, удерживать документы они не имеют права, если мы отказываемся от их услуг. Хочу взглянуть на то разрешение от тётки, каким меня стращал Боков. И кроме того, они оскорбили и меня, и вас. Мол, вы у меня на побегушках, и я вас окрутила. А это скверная ложь, провокация и вообще поклёп на власть. Так вы со мной? — я вдруг решила, что нельзя откладывать опасную ситуацию в долгий ящик. Давить надо сейчас.

— Ну что же, пойдём, попробуем ещё раз вразумить неразумных. А он прямо так и сказал, что я у вас на побегушках?

— Плюс-минус, но суть такая — это сплетни! Шантаж и прочие административные нарушения.

— К сожалению, мы можем только выписать предписание, а штраф только после суда, если всё делать по закону. Но мы можем составить акт за угрозы и шантаж. И потопить их в судебной бюрократии, — Макаров едва заметно подмигнул мне, улыбнулся, и я кивнула.

— Пойдёмте, утопим…

— Так, а мальчика-то забирать? — Сомов не уловил поспешность моих мыслей, потому что я сама не совсем улавливаю логику событий.

— Если что, то я завтра вам его сама привезу. Сегодня не думаю, что они рискнут прийти и забрать его. Но потом, когда дело разрастётся, то, скорее всего, я соглашусь на ваше предложение. В смысле не то предложение, а новое: забрать и спрятать Алёшу, — смущаюсь, и скорее, решительным шагом иду к мосту, подумывая взять с собой и Семёна Лукича с топором для острастки.

Сомов и Макаров молча следуют за мной. Сейчас начнётся новый виток противостояния. Чтобы мне такое придумать и забрать документы. Должен же быть какой-то вариант, кроме того, что я обязана вернуться к мужу в услужение.

Глава 41

Переговоры зашли в…

Наш «отряд» перебрался через мост, иногда чертыхаясь и подолгу ожидая, когда работники пропустят через очередную преграду. Стройка и впрямь идёт полным ходом, и мои личные проблемы не должны касаться городских дел. Но чувствую, как они как раз таки связываются узлом.

— Обождите минутку, сейчас кинем новые досочки! — последний пролёт оказался без покрытия, а временные доски убрали, чтобы заменить прогнившие перекладины.

Стоим и ждём несколько минут. Торопить нельзя, дело ответственное и не терпит суеты. А мне ещё назад возвращаться по этому же мосту.

Подумалось, а не знак ли это?

Может быть, и не стоит идти на очередные разборки и ещё больше подставлять себя, да и Макарова.

Только я приняла непростое решение отложить «беседу» наутро, как рабочий крикнул на берег: «Можно», и ему подали одну за другой несколько досок.

— Честно признаться, я понятия не имею, как на самом деле стребовать личные документы с Бокова. Бюрократия для таких людей, как вода для рыбы. Надо бы нечто такое придумать, припугнуть я попыталась, но с него как с гуся вода, — пока стояли на мосту, я слегка остыла и теперь начала рассуждать более спокойно и осознанно. И с каждым шагом понимаю, что эта вылазка ни к чему не приведёт.

— Попробуем взять с наскока, и как крайний шаг — скажите, что уже подали прошение о разводе. Ну вы понимаете…

Макаров, намекнул на мою интимную тайну и сам смутился.

Ответить ничего не успеваю, потому что мы уже подошли к нашему дому. Боже мой, какой он ужасный, оказывается. Чёрный, угрюмый, почему-то раньше я этого не замечала.

У калитки стоит небольшой экипаж, явно нанятый на станции. А в доме идут какие-то категоричные переговоры, срывающиеся на грозные крики, эти двое тоже не в одной лодке и интересы их чуть ли не противоположные. Боков выговаривает Гончарову, а тот не отступает и тоже выдвигает какие-то контраргументы.

Прислушиваемся:

— … вы станете ли платить? Заберу пацанёнка, а что потом? Если на нас эта фифа ваша пожалуется в министерство, то директору такие проблемы не надобны. У нас, знаете ли, тоже свои дела и хозяйство. Из-за одного нерадивого ученика всё терять…

— Делайте с ним что хотите, только увезите, — выкрикнул Гончаров.

— Экий вы, мститель! Жена вам рога наставила, а вы ей через нас мстить? Мой вам совет, берите документы и забудьте о нас. Вызывайте настоящую опекуншу, пусть она забирает ребёнка, и определяет, куда её душа пожелает. Хоть в приют, хоть в приёмную семью. Всё, до ночного поезда бы успеть отужинать, а то у вас хуже, чем у нищего. Распишитесь в этих документах и прощайте.

— Опекунша превредная женщина, вы сами сказали, что она потребовала от вас, забрать мальчика. Вот и исполняйте её приказ.

— Где он? Где мальчик? Нет его! Давайте его и заберу, я не из тех, кто рискует своим здоровьем, ради какой-то мелочи. Я своё получил — вы долг оплатили и…

Разговор стих.

Видимо, Гончаров расписался в ведомости и получил то, что так нужно мне — «вольную» Алёши, все документы брата.

В доме что-то хлопнуло, стукнуло, потом поспешный грохот шагов по деревянным ступеням и вот он злой Карабас-Барабас.