Чтение онлайн

– Пригнитесь!
– крикнул Лео, оттесняя меня. Берсерк грохнул шумовкой.

– Убью!
– крикнула я.

– Лучше я сам! Мне есть за что мстить мерзавке, - отрапортовал Далет.

– Тебя убью! Не смей ее обижать!

– Я ее даже не тронул! Грохнул по столу, чтобы боялась! Хозяйка, она оплатила мне волосы головешкой из печи.

– Ничего не знаю.

– Где мой подарок?
– вышел на кухню Антон под предводительством чупокабра, сияя новым доспехом. Даже нагрудник надел. Хорошо хоть знамя не взял. Или это оно свисает из пасти Несчастья? Нет, это собственный язык чупокабра.

– Мы поймали жену вашего гнома, - отступила от стола я.

– Жену?
– склонился над столом Антон.

– Она расстроена пропажей мужа.

– Ля!
– помрачнел бандит, - может, я ее завтра заберу? У вас клеточки нет, чтобы передержать? Ну или банки?

– Она переживает.

– Нет! В доме закончились все банки!
– отступил в сторону Далет. Кстати, он же не мог напасть на свободного? Но на Антона, выходит, напал. Даже нож к горлу приставил.

– Да? Боюсь, кранты моему гномику. Он же вчера, как я его домой принес, все сундуки зерном затарил. Ну, это поначалу. Я ему пакет гречки сунул. Чё дома нашлось. Потом в бочки воды набрал. Я ж не зверь, с понятием. Бутылку с минеральной к клетке подсунул. Ну а дальше... Короче у меня холодильник полный всегда и бар тоже. Гномик воду из бочек вылил, потешный такой! Вином все заполнил. Потом вылил, виски набрал. Зерно рассыпал. Запасы буженины сделал. Ну и там, по мелочи. Короче, когда я уезжал из дому, у него все ларцы деликатесами были заполнены. И в бассейне был вишневый сок. Чую, хана гномику от жены.

– Почему?

– Потому, что он вырезал из пробки себе кресло-качалку и прохлаждается в тени дома, периодически зачерпывая из бассейна рюмочку-другую вишнёвого сока. А бабы такого не любят, - по щекам гномихи потекли горькие слезы. Не то от скорби по потерянному мужу, не то потому, что зубочистки в колчане закончились. В тон ей вздохнул Антон, - Ладно уж. Возьму. На развод! Нет, ну а что? Расплодятся, так хуже точно не будет. Из салона же к моему красавцу ни одна массажистка не завернет. Эх! Была, не была. Забираю! Если чё, похороним моего Ваньку под пальмой со всеми почестями. А ты, значит, Матильдой будешь, - сцапал он разделочную доску с привязанной гномихой и сунул за паузу прямо к сердцу. Лео ощутимо вздрогнул.

– Почему Матильдой?

– Личиком очень похожа на мою зазнобу. Точно такая же стерва.

– Ясно.

– Ну, что, я тогда пошел? На море уж в следующий раз. Да не трепыхайся ты там!
– охлопал бандит свой нагрудный карман, - Жив твой мужик. В неравном бою с дверью в домик не помер! Далет! Мое уважение. Круто ты меня заломал. Не ожидал.

– Благодарю.

– Кстати, а почему ты вообще смог напасть на Антона? Ведь артефакт. Мне говорили, что он не даёт напасть на свободного? Прости, - на меня уставились изумрудные глаза, полные самого искреннего изумления.

– Антон каторжник, точно так же как я. На нем стоит клеймо.

– Каторжник?
– изумилась я искренне, вспомнив слова той эльфийки, что пропустила на Землю. Интересно, кстати, куда она подевалась?

– Было дело, по малолетству. Попался, - кивнул согласно Антон,- я дверь за собой сам закрою. Не поминайте лихом. А на море я уж потом загляну. И в город. Здесь же рядом есть город?

– Да, небольшой.

– Ну, вот и отлично. Жди, Настюха! Хоть бы эти двое мне квартиру не разнесли. Ванька-то гуляет, где захочет. Я ж его запирать-то не стал.

– Это вы зря, - еле слышно шепнул Лео, - все соседское добро к вам в дом перекочует. Позор выйдет страшный!

– Соседское добро? Это я сегодня удачно зашёл. Из дамочек лучшие домушницы. Интересно, а по картинке она сможет нужные вещи приносить? Ее же можно и в гости с собой взять? В барсетку вложу, скажу, что обережек такой. Нет, позор, конечно будет. Куклу с собой таскать. но на Матильду можно и костюмчик медведя пошить. Хм. А что, вариант. Пошел я, - прогрохотал доспехами к выходу Антон. В моей голове пронеслись самые разные мысли и разбились о стену. Грабить, конечно, нехорошо. Но с другой стороны, кто в своем уме из нормальных людей, пригласит в дом бандита? Да и Матильду с пути истинного он не свернёт. Она и так сама с него уже давно свернула.

– Я купаться!
– объявила я двоим каторжникам.

– Анестейша, я бы хотел с вами поговорить о своей судьбе, если это возможно, - сказал Лео, чуть запнувшись.

– Можно через часочек?

– Как вам будет угодно.

– Разберите мясо, пожалуйста. Там вся кухня завалена. Как же хорошо, что в доме есть двое мужчин! Нет, мне конечно совестно вас эксплуатировать. Но должна же быть от вас польза, верно?

Глава 42

Лео

Странное чувство трепыхается у меня в груди, пытается оцарапать, ухватиться коготками за самое сердце. Смотрю на силуэт Анестейши, на ее узкую точеную спину, на спадающие свободными прядями светлые локоны, светящиеся в лучах солнца, на лёгкую походку.

И мне становится поистине странно. Ведь не красавица. Стольких женщин я видел по всему миру, были во сто крат краше ее, некоторые и вовсе обладали экзотической красотой, необычной, подобной алмазам насыщенного голубого свечения. Таких девиц на наших берегах и не встретить.

Тогда отчего сердце мое околдовано именно ей, Анестейшей? Ведьма, простая горожанка, да ещё и дочь Морриган. Обречённая. Как только узнают, какую тайну и какую хозяйку скрывает этот удивительный дом, девушку уже ничто на спасет. Канцлер, король, простой люд... Кто-нибудь доберется до ее хрупкого горла, ведь таких нельзя оставлять жить.

Умом я это понимаю. Но сердцем? Правильно говорят, сердцу приказывать невозможно. Стою, как дурак, и любуюсь силуэтом, исчезающим в зелени сада. Все же она красотка. Пусть только на мой вкус.

Выходит, влюбился? Это слово отдает приговором почище каторги. Из сердца Анестейшу будет так просто не вырвать. Что, если… Если я верну себе все: имя, замок, регалии, честь. Ведь тогда я бы мог жениться на ней! Увезти, спрятать, забрать. И с каким счастьем я бы возвращался из плаванья на своей бригантине, зная, кто меня ждёт!

Нельзя. О таком даже думать не стоит. Не то, что мечтать. Правда все равно выплывет наружу. Женат на дочери Морриган. Мой замок сожгут, а земли придут в вечный упадок. И здесь я должен проявить заботу не только о себе, но и обо всех тех, кто находится в тени моего собственного благополучия. О стражах, о челяди, да хоть бы даже о простых людях. Нельзя идти на поводу у своих чувств, если ты рожден герцогом. Это не новость. Но, черт побери, как же горько!

Или забыть? Забыть обо всем? Забыть о том, кто я есть на самом то деле? Забыть свою бригантину, бурное море, тугой парус, наполненный шальным ветром, никогда не мечтать о далёком береге, о вкусе настоящей свободы.

По доброй воле отдать все брату, а самому остаться здесь. Во власти этой девицы. Навечно. Смогу? Нет. Никогда. Не забуду я моря. Не смогу так. Решусь жить здесь – превращусь в одного из тех, кто бесцельно болтается по песку вдоль набегающего прибоя. Превращусь в ничто, потеряю себя. И таким я ей точно стану не нужен.