Чтение онлайн

Сериалы!

А что? Актрисы из девчонок должны получиться неплохие, а сценарии… Можем писать их вместе. Какие-нибудь душещипательные мелодрамки публике понравятся, а если ещё и с моралью, то вообще получится прекрасно! Каждую неделю, скажем, новая серия. Чтобы узнать продолжение, люди будут приходить и платить за спектакль, а ещё и напитки будем подавать, лёгкие закуски…

Написала напротив театра «сериал» и задумалась. Для театра нужны декорации, костюмы, макияж. Нужно время, чтобы написать пьесу, выучить, отрепетировать, подготовить всё. Нужны деньги, чтобы жить, есть и мыться. Нудно продумать концепцию и план наших вечеров. Хватит ли мне месяца? О, и ещё реклама! Это обязательная стадия, если я хочу зарабатывать.

«Реклама» добавилось к моему списку в самый конец листа. Я задумчиво обвела слово несколько раз и отодвинула от себя полупустую тарелку. Налила ещё вина в бокал и громко крикнула:

– Лесси!

Девочка появилась примерно через пол-минуты. Присела в книксене, что начало меня раздражать, спросила:

– Чего барыня желают?

– Барыня желают… Тьфу! Скажи мне, сколько стоит хлеб?

Лесси подняла брови, но ответила послушно:

– Так четыре копейки, барыня.

– Молоко?

– Четырнадцать копеек литр, барыня.

– Сколько ты получаешь зарплату?

– Что барыня изволит спрашивать? – удивилась Лесси. Я перефразировала, вспомнив:

– Жалование твоё изволю узнать.

– Десять рублей в месяц, барыня… – девочка помолчала, пока я переваривала и пыталась сосчитать, сколько хлеба она может купить на свою зарплату, а потом спросила осторожно: – Барыня недовольны моею работою? Желают продать меня?

– Что значит «продать»? – удивилась уже я.

– Ну как же… Ежели барыня недовольны, ежели присмотрели другую горнишную… – голосок девочки сорвался, она всхлипнула: – Не губите, барыня, я всё-всё буду делать, как вы прикажете, только изъявите желание!

Твою мать.

Я вздохнула, осознав, что попала в самый разгар крепостного права, и сказала твёрдо:

– Лесси, я не собираюсь тебя продавать. Ты меня вполне устраиваешь. Я просто хочу узнать цены, чтобы сориентироваться в деньгах.

Девочка прижала руки к груди, ответила с чувством:

– Я всё для вас, барыня, всё! Только скажите, только глазоньками покажите, я тут же, мигом!

– Успокойся, Лесси! Мне бы какую-нибудь газету, что как где и по какой цене покупается. Понимаешь?

– Сейчас же принесу, барыня, не извольте беспокоиться!

Она выскользнула из кабинета, а я взялась за голову, снова ощутив боль в висках. Поставила локти на стол, пользуясь, что никто меня не видит, и закрыла глаза. Что день грядущий нам готовит…

Знакомства, театр, сериал, реклама.

Но начать нужно, естественно, с ремонта. Заведение мадам Корнелии было не то чтобы ветхим, но и лоском не блистало. Потёртые диванчики, пыльные шторы… Да что там. Рояль и тот кое-где поцарапан, а уж расстроен наверняка.

Нужно пригласить реставратора. Или хотя бы настройщика. Шторы постирать, сиденья диванов покрыть чехлами. Девушек одеть по-человечески.

Да я за полгода со всем этим не разберусь!

Самое время упасть духом и рыдать. Но в последний раз я плакала года три назад. Да, как раз в день моего совершеннолетия, когда отчим заявил, что не намерен далее меня содержать и чтоб я убиралась на все четыре стороны. А маман и слова против не сказала, глядя на своего мужика влюблёнными глазами. Правда, украдкой сунула мне двадцать баксов. С двадцатой мне как раз жить не тужить…

Стук в дверь заставил меня поднять голову. Лесси скользнула в кабинет и положила с книксеном передо мной газету:

– Пожалте, барыня! Сегодняшняя, купила у мальчишки на улице!

– Давай! – оживилась я, схватив газету и пачкая пальцы типографской краской. Лесси услужливо подсказала:

– На третьей странице объявления о продаже, ежели барыня желает полюбопытствовать.

Шурша бумагой, я нашла третью страницу. Бросилось в глаза объявление крупным шрифтом посреди листка: «Продается им?ніе близъ Михайловска съ 18 десятинъ земли, при нёмъ р?ка и мельница, съ 200 душъ крестьянъ и прислугою». Чуть ниже в красивой витиеватой рамочке другое насмешило: «Роскошныя щегольскія усы развиваются въ короткое время при прим?неніи усатина Перу. Баночка 2 руб. 50 копъ. Съ пересылкою».

Ага, мазь для усов (скорее всего, полный фейк, ха-ха-ха) целых два с половиной рубля с почтовыми расходами.

Разбирать яти и еры было поначалу сложновато, но я вскоре приноровилась читать их правильно. Цен в газете, конечно, было немного. Зато были брачные объявления, которые даже не насмешили меня, а знатно доставили: так что бедная Лесси испугалась, прибежав на мой дикий хохот. Ну как не ржать, читая что-то вроде: «Я надумалъ жениться, но не знаю на комъ. Меня вс? любятъ, я не богатъ, но я красивъ; мн? 25 л?тъ, роста выше средняго, характеръ мягкій. Кто богатъ, красивъ и не старше 19-ти л?тъ, т?хъ прошу откликнуться желательно было бы единственъ. дочь родителей, согласенъ войти въ домъ и жить вм?ст? съ родителями. Прошу не ст?сняться, д?ло – серьезно». И таких объяв было немало… В основном, искали богатых женихов или невест с приданым. И думать не надо, почему бордели так популярны в этом мире! Там можно просаживать состояние и не быть женатым.

Ладно, это всё лирика, а мне интересны цены. Неужели придётся в город выходить, чтобы узнать? О, а вот это очень любопытно! «Щепетильная лавка, товары для дамъ, всё для дома, мелкая розница». Я позвала Лесси, спросила:

– Что такое щепетильная лавка?

– А так там всяческие мелочи продаются, – охотно ответила девчонка. – Перчатки, например, или нитки моточками, иголки, ножницы. Думочку можно прикупить, полотенечко… Барыня желают прогуляться по лавкам?

– Да, – решительно ответила я, хотя до этого момента сомневалась. – И ещё мне нужно где-то купить ещё платья. Это вообще дорого?

– Ежели барыне платье необходимо, так надо к модистке ехать, – солидно сказала Лесси. – Мадам Корнелия так на дом заказывала сию особу, так та приезжала к мадам по первому зову!

– Хочешь сказать, что ко мне она так не поедет? – фыркнула я, и девочка смутилась, затеребила руками край передника. Пробормотала покаянно:

– Пущай барыня не серчает, кто ж их, этих модисток, разберёт…

– Да не серчаю я, – ответила, вставая. – Как его… Этот… Порфирий вернулся?

– А как же, барыня, а как же! Тотчас же велю отвезти вас к модистке, барыня! Ежели барыня желают…

– Да, Лесси, будь добра, скажи Порфирию, что я хочу проехаться по лавкам. Какие тут есть? Щепетильная, прости господи, какая ещё? Овощная?

– Зеленная, барыня. Ещё бисквитная есть, ежели сладостей хочется, а ещё есть мелочная… Все они на Язовенной улице, там и модистка есть, другая, не та, что к мадам приезжала, подешевле да поскромнее.

– Отлично! – ответила я с воодушевлением. Обожаю шоппинг! – Скажи Порфирию, я сейчас спущусь.

– Бегу, барыня, – Лесси присела в книксене и выскочила из кабинета.