Чтение онлайн

– Мистер Сноупс, – твердо сказал брат Оливер, – мы не собираемся переезжать в Нью-Палтц.

Сноупс удивился.

– Буду с вами честен, брат Оливер, – сказал он. – Мы не сможем подыскать для вас ничего на Парк-авеню.

– Мы уже живем на Парк-авеню.

– Да, но не ожидаете же вы…

– И, – брат Оливер прервал его, не прибегая к преимуществам харизмы, – мы хотим остаться на Парк-авеню.

Мистер Сноупс поморщился, задействовав множество лицевых мышц.

– Но, я не понимаю…

– В нашем нынешнем здании, – сообщил ему брат Оливер. – В нашем монастыре. Мы не собираемся переезжать.

Мистер Сноупс растерялся. Он уставился на брата Оливера, обдумывая сложившуюся ситуацию. Отключив сияние своей харизмы, он стал похож на бандита из прерий или подручного адвоката мафии. Теперь он выглядел совершенно непреклонным, еще более серьезным противником, чем Дэниел Флэттери. Я взглянул на брата Оливера, осознавая, что его маска решительности держится на соплях и спичках, но все же держится.

Мистер Сноупс тихо, почти нежно, произнес:

– Брат Оливер, мне кажется, вы не понимаете, что здесь происходит.

– О, нет, понимаю.

– И все же, позвольте мне объяснить, на всякий случай. Вот что происходит: компания «Дворфман Инвестмент Менеджмент Партнерс» купила землю, на которой находятся некие строения. Эти строения будут снесены, и на их месте построят новое здание. Вы вместе с другими монахами являетесь всего лишь арендаторами одного из этих строений, и вам придется переехать. Вот что происходит, брат Оливер, и это происходит в городе последние лет тридцать – вам достаточно выглянуть в окно, чтобы в этом убедиться. Когда процесс запущен – он идет до конца. Обычно все делается спокойно, все остаются довольны и не возникает никаких проблем. Но иногда бывает так, что арендаторы отказываются выезжать. Останавливает ли это процесс? Нет, брат Оливер. Происходит следующее: полиция Нью-Йорка и федеральные маршалы входят в помещение, выкидывают прочь арендатора и его имущество, затем сносят строение по графику, возводят новое здание по графику, а арендатор три часа валяет дурака на тротуаре вместе со своим барахлом. Вот что происходит, брат Оливер.

– Не в этот раз, – сказал брат Оливер.

– Каждый раз, – возразил мистер Сноупс.

Брат Оливер покачал головой.

– Нет. Уверен, вы бы позвонили нам насчет переезда в начале следующего года, потому что к тому времени земля уже стала бы вашей. Но мы узнали обо всем заранее, до того, как вы завладели землей, и это значит, что у нас есть шанс остановить вас.

– У нас есть опцион, брат Оливер, а это почти то же самое, что право собственности.

– Нет, не то же самое, – настаивал брат Оливер. – У нас еще осталось время, и мы используем его, чтобы не допустить то, что должно случиться.

Со снисходительной ноткой в голосе мистер Сноупс сказал:

– И что же вы предпримете? Поговорите с Дэном Флэттери?

Брат Оливер не мог признаться, что Флэттери уже отказал нам, но и солгать он тоже не мог. Я восхитился тем, как он вышел из положения:

– Почему бы и нет?

– Флэттери ничем вам не поможет, – сказал Сноупс. – Он хочет заключить эту сделку так же сильно, как и мы. Даже еще сильнее.

– Есть другие способы, – сказал брат Оливер. – Мы можем добиться статуса памятника архитектуры.

– Вы впустую потратите время, – сказал Сноупс, покачивая головой.

– Мы можем привлечь на свою сторону общественное мнение. Неужели вы думаете, общественность не встанет на защиту шестнадцати монахов, изгоняемых из их двухсотлетнего монастыря?

– Уверен, встанет, – согласился Сноупс. – И, если бы я или мистер Дворфман избирались на какой-нибудь пост, нас бы, наверное, это обеспокоило. Но мы не избираемся, брат Оливер. Общественное мнение нас не волнует. Закон – вот, чем мы руководствуемся.

Брат Оливер глубоко вздохнул. Я догадался, что он считает про себя до десяти, поэтому тоже начал считать, и когда дошел до семи, аббат произнес:

– Я пришел сюда не для того, чтобы с вами спорить, мистер Сноупс, или бросать вам вызов. Я пришел узнать, какое решение мы можем найти, чтобы сохранить наш монастырь.

Мистер Сноупс никогда не позволял своим эмоциям выйти из-под контроля, поэтому ему не было нужды считать до десяти, борясь со своим гневом. Убедившись, что «воздушная тревога» миновала, он снова включил свою харизму и одарил нас печальным состраданием.

– Мне очень жаль, брат Оливер, – сказал он. – Хотел бы я найти выход и, думаю, мистер Дворфман тоже, поскольку ваш монастырь повышает эстетическую ценность всего участка. Он прекраснее, чем Пикассо. Вот если бы он находился на углу, мы могли бы что-нибудь придумать, но монастырь расположен прямо в центре участка, и тут просто ничего нельзя… Взгляните-ка на это.

Сноупс вскочил из-за стола, обогнул его и жестом пригласил нас к одному из макетов здания, стоящих у стены.

– Вот, это все объяснит.

Брат Оливер встал, и я последовал его примеру. Мы подошли взглянуть на макет. На более-менее квадратном основании возвышались две безликие белые плиты. Они напоминали надгробия на макробиотической диете. [26] У их подножия сгрудились крошечные деревья, люди и автомобили. Плиты соединялись внизу, а также на небольшом протяжении на полпути к вершинам, словно сиамские близнецы, сросшиеся бедрами.

Указывая на макет, мистер Сноупс сказал:

– Вот где сейчас ваш монастырь. Вы же видите, каков расклад; логистика участка не оставляет нам другого выбора.

Брат Оливер ткнул пальцем в плиты.

– И вот это вы собираетесь возвести вместо нашего монастыря?

– Полагаю, вам больше по вкусу классический стиль архитектуры.

– Мне нравится стиль, – сказал брат Оливер. – И мне нравится архитектура. И теперь, еще больше, чем прежде, я полон решимости спасти наш монастырь.

– Не ищите проблем на свою голову, брат Оливер, – сказал мистер Сноупс, изображая искреннюю заботу и участие. – Вспомните старую, но верную поговорку: нельзя сделать омлет, не разбив яиц.

Брат Оливер вновь взглянул на макет.

– Я вижу разбитые яйца, мистер Сноупс, но не вижу никаких признаков омлета.

Мистер Сноупс пожал плечами. Его отношение говорило о том, что он оставил попытки в чем-либо нас убедить, но все еще считает нас приятными людьми.

– Я и правда сочувствую вам, брат Оливер. Я уже говорил это раньше и не откажусь от своих слов. Но тут ничего нельзя поделать.

Затем он сменил тон на более деловой:

– Теперь я предлагаю вам с братом Бенедиктом вернуться в монастырь, обсудить все между собой, может, проконсультироваться с юристом – это всегда хорошая идея. Брат Бенедикт, я в курсе, что вы дружите с мисс Хакстебл из «Таймс». Возможно, вам стоит поговорить с ней, пусть она познакомит вас с реальными фактами о недвижимости и объяснит, как обстоят дела.