Чтение онлайн

В общем-то, копья туземцам прекрасно известны. Но именно как боевое оружие они применялись редко - больше для охоты на мелкую живность. А на войну обитатели Пеу ходили либо с дубинками, либо с топорами. Оказывается, проблемой была в камне, пригодном для изготовления относительно лёгкого и в то же время достаточно большого наконечника: если на топоры годился худо-бедно материал, добываемый почти везде (пускай лезвия из камня разного происхождения сильно отличались по качеству), то для хороших боевых копий использовался только блестящий тёмный камень, встречавшийся исключительно в Сонаве. Вохейские торговцы же привозили, кроме небольшого количества посуды и украшений, в основном топоры и клинки различного размера. Так что медь, из которой можно изготовить наконечник хоть в полметра длиной, является просто чудо-материалом.

Первое занятие, посвящённое прогрессивному методу убивания себе подобных, состоялось на следующий день, как только начала спадать дневная жара. С утра мы с Вахаку и Такумалом провели подробный инструктаж, затем устроили инспекционный осмотр вооружения личного состава: большая часть регоев вооружена топорами и дубинками, только у двоих имелись боевые копья с наконечниками из "сонайского" камня.

Тут я заспорил с нашими военными предводителями: они полагали, что можно начинать и с имеющимся оружием, мне же казалось, что лучше сразу же натаскивать на использование копий. Для чего на первое время вполне пойдут простые палки подходящего размера - например, те же древки, на которые по мере изготовления будем насаживать наконечники. Увы, против авторитета бывалых вояк не попрёшь, и на послеобеденное занятие все отправились со своими привычными топорами и дубинками.

На поляне, выбранной для тренировок, собралось семеро текокцев, пятеро регоев-бонкийцев, тройка Длинного, Баклан и трое из работников медеплавильной мастерской - всего восемнадцать человек. Вместе со мной - девятнадцать. Поскольку число получалось нечётное, пришлось взять на себя роль неиграющего инструктора и арбитра в одном флаконе. Для начала я устроил разбивку имеющихся в наличии сил на два примерно равных по опыту и силе бойцов отряда под началом командой Вахаку и Такумала. Построив две получившихся девятки напротив друг друга, я скомандовал: "Начали!"

Буквально через пять минут, когда две шеренги распались и, учебный бой превратился в беспорядочную свалку, я раздражённо рявкнул: "Остановились!" Плохо, очень плохо. Похоже, придётся начинать с элементарной строевой подготовки, с которой довелось ознакомиться на НВП и военной кафедре. О чём немедленно оповестил командиров обоих отрядов.

Следующие полчаса прошли под знаком абсолютного взаимонепонимания: мои папуасы пытались изобразить строевую ходьбу, повороты направо, налево, разворот на сто восемьдесят и триста шестьдесят градусов. Я же, недовольный бестолковым исполнением команд, отчаянно ругался, переходя временами на русский - за отсутствием в туземных диалектах подходящих ситуации слов и выражений или моим незнакомством с таковыми.

Увлечённый строевой педагогикой, я не замечал появления зрителей, пока Такумал бодро не оттарабанил: "Приветствую Солнцеликую и Духами Хранимую тэми". Причём в отличие от меня, успевшего уже охрипнуть и запыхаться, голос его был бодр и по-прежнему чист.

Раминаганива появилась в сопровождении старухи с девками, а также парочки регоев, получивших ранения в ходе переизбрания предводителя текокцев, и потому пока что освобождённых от занятий. Сектант, похоже, предпочёл поучаствовать в оборудовании медеплавильни. Разумеется, юную тэми интересовало происходящее на поляне: как согласованные, хотя и непривычные передвижения без малого двух десятков мужчин, так и сопровождающие эти эволюции выражения из уст колдуна Сонаваралинги., Вот она и решила расспросить, чем же мы тут занимаемся, и что значат мои непонятные фразы.

Увы, хотя обычно я всегда старался удовлетворять любопытство венценосного ребёнка, на этот раз растеряно молчал, не в силах сочинить подходящий случаю ответ. Выручил меня Такумал, в очередной раз демонстрируя свои явные лидерские задатки и подтверждая способность быстро и чётко формулировать мысли. Получалось, что Солнцеликая и Духами Хранимая присутствует при рождении нового воинского общества "ипану макаки", члены которого будут, не щадя своих и чужих животов, служить лично тэми Раминаганиве. От иных воинских братств, существующих на нашем острове, они будут отличаться особым способом ведения боя, благодаря которому будут побивать малым числом многотысячные полчища врагов тэми. Именоваться же члены общества "ипану макаки", в зависимости от степеней посвящения станут "барану", "тупису" и "питарасу". Руководители "ипану макаки" зовутся "олени", коих сейчас трое: Такумал, Вахаку и Сонаваралинга, который не просто "олени", а "ипану олени".

Что до смысла столь диковинных слов, то "макаки" - это бьющиеся строем воины, "ипану" - великие, "барану" - новички, "тупису" - те, кто уже научился биться в строю, а "питарасу" - воины, успевшие поучаствовать в бою и победить врага. Пока что все они "барану", но дней через десять всех, участвующих в сегодняшней тренировке, можно будет считать "тупису", а после первого победного сражения - и "питарасу".

В общем, мой недавний прораб изложил вполне стройную концепцию рыцарского ордена девы Раминаганивы. Мне ничего не оставалось, как только подтвердить всё им сказанное, превращая наши разговоры в творческой обработке обладающего богатым воображением папуасского регоя в самую что ни на есть доподлинную объективную реальность, данную всем нам в ощущениях. Так просто и безо всякой бюрократической волокиты с регистрацией устава и печатями, появилось на свет славное воинское братство "ипану макаки", слухи о котором в считанные дни облетели Бонко и достигли Сонава.

Глава одиннадцатая

В которой герой избавляется от одной проблемы, но сразу понимает, что получает взамен кучу новых

Я придирчиво окинул нестройные ряды нашего воинства: до идеально прямых построений древнегреческой фаланги или римских когорт, конечно, далеко. Ну ладно, приходится довольствоваться тем, чего удалось достичь за двадцать с небольшим дней дрессировки папуасов.

Вчерашний учебный бой, в котором сорок восемь воинов "ипану макаки" сумели разгромить сборный отряд из семи десятков не самых плохих бойцов со всего Бонко, впечатлил вождей и уполномоченных представителей антиратикуевской коалиции настолько, что они решились на немедленный поход против оплота тирании и зла - то есть, Хау-По.

Я же, когда остался со своими "макаками" наедине, толкнул небольшую речь, сводящуюся к тому, что они кое-чему научились, но, всё равно, до совершенства ещё далеко. Потому предстоящий обряд посвящения двадцати лучших из наших бойцов в "тупису" проведу исключительно по доброте душевной. Но ничего, если в завтрашнем бою "ипану макаки" покажут себя с лучшей стороны, то "тупису" станут "питарасу", а их место в иерархии займут сегодняшние "барану". Перспективы столь быстрого продвижения по служебной лестнице нашего ордена настолько вдохновили верных паладинов Солнцеликой и Духами Хранимой, что они готовы были до вечера отрабатывать повороты, перестроения и выпады копьями. Но я объявил на остаток дня отдых - исключение разрешил сделать только для осмотра и, при необходимости, ремонта оружия и снаряжения. Так что в поход по утренней прохладе наш отряд выступил со свежими силами.

Нет, всё-таки я немного придираюсь - выглядели "ипану макаки" на фоне остального разношёрстного ополчения впечатляюще: половина бойцов вооружена длинными копиями (девятнадцать с наконечниками из меди, пятеро - из тёмного блестящего камня), остальные - боевыми топорами и палицами. Все поголовно имели щиты - к сожалению, у большинства просто сплетённые из гибких прутьев или толстых лиан, только трое могли похвалиться добротными изделиями, обшитыми прочной тюленьей шкурой. Увы - именно на столько щитов хватило единственной шкуры ластоногого, присланной с побережья участниками союза. Разумеется, достались элитные средства защиты "оленям" Такумалу и Вахаку, и великому "оленю", то есть мне.

Так уж получилось, что вашему покорному слуге тоже пришлось вместе с остальными членами доблестного общества "ипану макаки" стоять в строю и совершать все предписанные (мною самим же!) телодвижения. Ибо в развитом каменном веке, переходящем в медный, не получается руководить, стоя в стороне - ты просто обязан подавать собственный пример.

Сказать, что я был спокоен - значит соврать. Перед первым боем было страшновато. Впрочем, ночью, как ни странно, спалось почти нормально. Так что я вполне бодро, хотя и с дрожью в коленях, топал рядом с Такумалом и Вахаку в первом ряду нашей колонны, возглавлявшей марш союзных сил в сторону Хау-По. В сотне метров перед нами маячил передовой отряд нашего войска, призванный предупредить основные наши силы в случае появления противника. Впрочем, никто нам не встретился до ближайших к столице Бонко полей. Уже в видимости Хау-По враг всё же обозначился: толпа, мало чем отличающаяся от нашей по внешнему виду, стояла, на тропе и вдоль ней.