Чтение онлайн

Короткий и скомканный совет из командиров отрядов, составлявших нашу армию света и добра, закончился тем, что все побежали к своим бойцам, уверенные, что "война план покажет". В итоге наше войско развернулось в боевые порядки неким подобием лесенки: те отряды, которые шли впереди, занимали первые ряды, а подошедшие позже становились вслед за ними и левее. Мои "ипану макаки" оказались на самом краю правого фланга. Что меня не могло не радовать: по крайней мере, риск оказаться затоптанными своими же был минимален.

Ещё раз окинув строй своих бойцов, выбежав для этого со своего места, я толкнул небольшую речь, сводящуюся к тому, что они сегодня должны оправдать надежды тэми и всех её многочисленных и славных предков, которые с Той Стороны наблюдают за нами. В конце же уточнил, что главное от всех сегодня - это держать строй: если какая-нибудь padla побежит назад или вырвется вперёд - очень скоро будет держать ответ перед предками Солнцеликой и Духами. "Ипану макаки" нервно поёжились: никому не хотелось общаться с представителями семейства Пилапи, большинство которых и при жизни были типами крайне неприятными, а уж пребывание на том свете вообще должно испортить их характеры окончательно. Так что, надеюсь, мои бойцы будут действовать как надо.

Воины противника меж тем тоже строились довольно плотными, хотя и нестройными рядами - по мере того, как из деревни подходили новые отряды сторонников Ратикуи. От зрелища всё подтягивающихся и подтягивающихся на поле предстоящего боя воинов бонкийского таки становилось как-то неуютно - теперь мне казалось, что их больше, чем нас, причём намного. От окончательного впадения в панику меня спасло только усилившееся шевеление во вражеских рядах и синхронное ему движение в наших порядках. Крупнейшая за последние десятилетия битва на земле Бонко началась: враждующие стороны ринулись навстречу друг другу (точнее враг врагу), ускоряя шаг и переходя на бег. Всё это сопровождалось бешеными воплями, призванными обеспечить поддержку духов и просто деморализовать противника, а также яростным размахиванием оружием. Из-за чего боевые порядки с обеих сторон неизбежно растягивались - иначе первые жертвы в виде неосторожно подставившихся под топоры и дубинки соседей появились бы ещё до соприкосновения вражеских рядов.

Очень быстро отряд, что шёл слева и сзади "ипану макаки", вырвался вперёд, при обгоне слегка потеснив и сломав левых фланг нашей мини-фаланги. Мои бойцы едва не сцепились с союзниками, но Вахаку, командующий там, сумел удержать порядок и восстановить строй. После этого некоторое время двигались со скоростью, позволяющей хоть как-то поддерживать построение. Противник навстречу не попадался.

Первый вражеский боец появился совершенно неожиданно для меня. Но "ипану макаки" не подкачали: двое с боевыми топорами приняли на себя его атаку, а чьё-то копьё пробило врага сбоку. Дальше пошли вперемешку отчаянно осыпающие друг друга ударами сторонники Ратикуитаки и наши. Первых мы успокаивали в два-три копья, а вторых Вахаку бешеными криками, в которых я узнавал и русские маты, искажённые на туземный манер, отправлял на левый наш фланг. Так что вскоре мини-фаланга обросла солидной группой поддержки.

Сколько продолжалось веселье, в котором мне тоже довелось несколько раз махнуть топором и получить в щит дубинкой, после чего какое-то время левая рука не слушалась, сказать затрудняюсь. Вроде бы не очень много: солнце сдвинулось на небе совсем незначительно. А враги как-то неожиданно кончились. Вернее, кончились враги живые или, по крайней мере, проявляющие опасную активность: убитые и раненые лежали повсюду.

Я наскоро провёл смотр своего отряда. Убитых не было, раненых насчитывалось четырнадцать: практически все с неопасными ранами и травмами рук и ног, кроме одного из алкиных двоюродных братьев, получившего удар палицей по плечу - здесь, похоже, перелом. Не повезло моему несостоявшемуся родственнику - первое сражение оказалось для него, похоже и последним: с такими увечьями туземная медицина, возможно, и справится, только не факт, что впоследствии не будет ходить скособочившись. Единственное, что должно утешать беднягу: инвалидность он заработал в сражении, о котором будут слагать эпические былины.

Количество же выведенных нами из строя врагов, насколько я мог судить, было сопоставимо с численностью нашего отряда. Неплохой счёт. А незначительный вклад моих орлов в сегодняшнюю победу спишем на то, что это первый наш бой.

"Ипану макаки", обнаружив окончание сражения, утратили монолитность строя и принялись вертеть головами насчёт разжиться трофеями. Кое-кто даже порывался шарить среди трупов или вообще бежать в Хау-По. Пришлось призвать к порядку, употребив волшебные заклинания вроде "боевой дисциплины". Убедившись, что мои бойцы чуть успокоились, я распорядился Такумалу со всеми ранеными и шестью не пострадавшими собирать добычу на поле боя, а сам с Вахаку и остальными направился в селение. Всё найденное, награбленное и уворованное я велел сносить в общую кучу, пообещав любого утаившего превратить в мёрзнущую крысу.

Большую часть вождей нашего альянса я нашёл на площади возле дома таки, ныне покойного: над телом Ратикуи хлопотали жёны и прочие родственницы. Рядом с боссом лежали небрежно брошенные трупы его погибших регоев. Несколько уцелевших их товарищей потеряно торчали рядом. Победители на них особого внимания не обращали - ценного имущества побеждённых лишили ещё до нашего появления - по крайней мере, я заметил несколько ножей и топоров моей работы у воинов из сопровождения вождей союзников, а убивать посчитали ненужным.

Наше появление вызвало некоторую перемену в поведении присутствующих: победители как-то затихли, прекратив довольно бурное обсуждение, остатки свиты погибшего таки, наоборот, слегка оживились, увидев среди новоприбывших знакомые лица и даже парочку своих бывших сослуживцев.

В итоге за вторую половину дня исторической битвы я успел кооптировать в ряды "ипану макаки" пятерых регоев, оставшихся без начальства, и получить информацию об ещё троих раненых, которых новички обещали привести, как только те оправятся от ран; поучаствовать в обсуждении кандидатуры нового таки (об этом как раз и спорили вожаки, замолкнув при нашем появлении) и похоронного пиршества по таки старому. Кроме этого, я заглянул в брошенную мною мастерскую и навестил парочку своих столичных знакомых, чтобы удостовериться - всё ли у них в порядке на фоне небольшой гражданской войнушки.

Состоявшийся вечером пир, в котором удачно совместили тризну по погибшему таки и обмывание победы, прошёл, в общем-то, мирно: даже споры о кандидатуре нового правителя Бонко не перешли во всеобщую драку, как того опасались многие. Наверное, не в последнюю очередь, благодаря тому, что "ипану олени", то есть ваш покорный слуга, как я уже говорил, брезговал пить местное пойло в силу технологии его приготовления, а глядя на меня, к хмельному не стали прикладываться и остальные "макаки". А трёх десятков трезвых мужиков вполне хватало для растаскивания в разные стороны пьяных забияк.

В итоге все согласились со мной обсудить вопрос о власти в стране на трезвую голову, и окончательно переключились на обсуждение сегодняшнего сражения. Здесь я с удивлением узнал о решающем вкладе нашего отряда в победу: оказывается, непобедимость строя моих "макак" вызвала панику среди тех, кто противостоял нашему правому флангу, и они обратились в бегство, попутно увлекая за собой центр своего построения, а бьющихся с нашим левым крылом уже задавили массой.

На место ночлега в пустующую медеплавильную мастерскую "ипану макаки" под моим руководством прошествовали строем - лишний раз произвести впечатление никогда не помешает.

И уже в нашем лагере я выслушал от Такумала и Вахаку много чего в свой адрес. Оказывается, я упустил прекрасную возможность кардинально изменить расстановку сил в Бонко. Надо для этого было всего-навсего позволить подвыпившим союзничкам выяснять отношения вплоть до применения оружия, а потом вмешаться на нужной стороне. Сперва я хотел признать, было, правоту своих заместителей. Но из опасений за свой авторитет принялся закидывать их вопросами насчёт того, как повернулось бы всё, в случае предложенного Такумалом варианта. И очень быстро оказалось, что моё чистоплюйство, слабое знакомство с подробностями политических раскладов в нашей части Острова и незнание принятых у опытных вояк-регоев потайных сигналов сыграли сугубо положительную роль.