Чтение онлайн

Вот там-то, в узком кругу, и пошёл настоящий разговор. Я принялся методично выяснять силы заговорщиков, их намерения, силы Кивамуя и верных ему вождей. Ранее дед Темануй успел немало мне рассказать о положении дел на западе Пеу с перечислением таки отдельных областей и всех более-менее значимых местных вождей. Но тогда я пропускал все эти имена туземных князьков и численность стоящих за ними банд и деревенских ополчений мимо ушей. Сейчас же приходилось внимательно слушать подробное описание внешности и характера каждого из шести с лишним десятков "сильных мужей" Текока, Кане, Темуле, Ласунга, Хона и Вэя. К счастью, со времени захвата власти Кивамуем ситуация не успела поменяться слишком кардинально, и Вахаку то и дело вмешивался в разговор, комментируя или задавая уточняющие вопросы. Иначе я бы точно вывихнул мозг, пытаясь запомнить, сколько воинов стоит за тем или иным вождём. А так я вполне мог полагаться на своего "олени правой руки". Имея в своём распоряжении куски тростникового папируса, я попробовал параллельно всю информацию записывать. Увы, макаемое в самодельные чернила птичье перо заметно уступало по удобству шариковой ручке, так что пришлось ограничиться численностью воинов у сторонников и противников Кивамуя, а также тех вождей, чья позиция оставалась неопределённой. Расшифровку трёх столбиков чисел и отнесение их к конкретным личностям я решил оставить на потом, хотя уже сейчас было видно, что в шести наиболее заселённых западных племенных княжествах перевес за Кивамуем - правда, ещё больше вождей оказалось записано в неопределившиеся.

Впрочем, следует учитывать, что против него настроены три сонайские деревни, а две оставшиеся обещали сохранять нейтралитет. Ну и, конечно, Бонко, по замыслу заговорщиков, выставит приличный воинский контингент, который должен склонить на сторону тэми Раминаганивы сомневающихся и колеблющихся.

Я занялся математическими подсчётами: согласно сделанным со слов Кану и Вахаку записям, контролируемые Кивамуем и его твёрдыми сторонниками территории могли выставить почти семь тысяч взрослых мужчин, противники типулу-таки располагали где-то четырьмя тысячами потенциальных воинов, нейтральные и неопределившиеся - это ещё восемь тысяч. Но из этих многих тысяч более-менее опытными бойцов было от силы треть: бывшие и нынешние регои и боевики вождей, статуса регоев не имеющие, но сопоставимые с ними по выучке и вооружению.

Сонаи готовы выставить пять сотен воинов - причём все опытные головорезы. Моих "макак" на данный момент насчитывалось тринадцать десятков, если считать вместе с кандидатами. Ещё сколько-нибудь можно набрать по всему Бонко. Так-то более-менее нормальных бойцов по всей нашей области наберётся около тысячи человек, но не каждый попрётся за тридевять земель, бросив семью и хозяйство. Плюс к этому, я не хотел совсем уж оголять свою малую родину - особенно учитывая, что уходя в поход на запад, мы оставляем за спиной разозлённых и разорённых, но до конца не примученных сувана и почти не тронутых рана. Так что рассчитывать можно на пару-тройку сотен.

Таким образом, наша армия вторжения составит где-то восемь-девять сотен воинов. Кивамуй располагает, по самым максимальным подсчётам, двумя с половиной тысячами. Колеблющие, допустим, расколются поровну, или даже чуть больше примкнёт к типулу-таки - это ещё полторы тысячи - итого, четыре тысячи. Его противники на западе выставят тысячу триста воинов плюс тысяча от неопределившихся - всего две триста.

Окончательный баланс: четыре тысячи у Кивамуя против трёх тысяч ста у нас. Довольно серьёзный перевес. Но, во-первых, восемь сотен бонко и сонаев будут собраны в единый кулак, в то время как люди типулу разбросаны на расстоянии нескольких дневных переходов. И, во-вторых, у нас есть ударный отряд "пану макаки", вполне способный перемолоть многократно превосходящего противника.

Кстати, надо будет озаботиться обучением сонаев и бонкийцев правильному строю. Разумеется, перестраиваться и маневрировать подобно "макакам" за несколько недель, которые уйдут на сбор и подготовку к походу, они не смогут, но биться неким подобием фаланги научиться вполне способны: мои орлы для первого боя натаскивались всего восемнадцать дней, а, тем не менее, сумели навалить хорошую кучу трупов.

Далее следует проработать вопрос с продовольствием и маршрутом нашей армии.

Проговорили в результате до глубокой ночи, успев обсудить и моё предложение насчёт обучения биться строем, и проблему обеспечения продовольствием, и дорогу Текок.

Одна голова хорошо, а полтора десятка - вообще ума палата. Ну, или, учитывая туземные реалии, хижина.

С тем, что биться строем - это хорошо, сонаи согласились. Над продовольственным обеспечением девяти сотен любящих пожрать мужиков думали долго. В общем-то, сама еда была не вопросом: припасы на пятнадцать-двадцать дней подготовки к походу и пять-десять дней движения по малонаселённым местам принесут сами участники, благо урожай корнеплодов в этом году неплохой. А уже в долине Алуме кормить будут либо союзники, либо враги. Проблема в том, что придётся тащить на своём горбу кроме оружия и военного снаряжения ещё по двадцать-двадцать пять килограмм жратвы.

Глядя на напряжённую мысленную работу своих подчинённых и гостей (у некоторых аж уши шевелились от усилий), я не выдержал и улыбнулся. После чего сказал, что нам уже доводилось привлекать ограбленных сувана для доставки добычи. Почему бы не перенести данный опыт на транспортировку припасов для целой армии.

Разумеется, развивал я свою мысль, в этот раз никого не будем грабить и заставлять таскать у них же отобранное: только добровольное и взаимовыгодное сотрудничество.

Имеются две сунийские деревни к западу от Хау-По, население которых обязано поставить обществу "пана макаки" через пару месяцев семьдесят корзин баки и пятнадцать корзин коя. Можно предложить нашим ганеоям скосить эту дань на двадцать или тридцать корзин в обмен на то, что они выделят носильщиков, чтобы те сопровождали наше войско половину дороги к населённым местам на западе.

Тут вмешался Такумал, заявив, что скидку не стоит делать больше чем на двадцать корзин, да и пятнадцати этим трусливым червякам хватит. И вообще, пусть тогда дают положенное раньше.

Инициатива наказуема, и мой "олени левой руки" получил задание провести переговоры с сунийцами на предмет сокращения размера дани в обмен на услуги носильщиков и ускорение её поставок.

Дальше перешли к обсуждению маршрута. Было два пути. Первый, привычный сонаям: вверх по течению Боо в Сонав, а уже оттуда по ущелью, рассекающему юго-западный склон кратера Со, к берегам Южного или Малого Алуме. Три дня займет первый участок маршрута, ещё примерно два - путь от сонайских деревень у озера к выходу из долины, один переход придётся потратить на преодоление узкого прохода, в котором к тому же есть несколько довольно крутых спусков и подъёмов - подобных перевалу из Бонко в Сонав. Ну и ещё два с лишним дня займёт путь от внешних склонов гор до первых деревень Кехета. Итого - восемь или девять дней.

Второй путь, по которому пришли беглецы, оставшиеся верными тэми - через Огок. Вахаку и Огорегуй, говорили, что они затратили на дорогу больше десяти дней. Но их отряду не повезло: они умудрились подняться на возвышенность, находящуюся в центре Огока. Как я понял, северо-западный и юго-западный склоны плато достаточно пологие, в отличие от восточного, представляющего крутой обрыв в несколько десятков метров высотой.

Деревни огов, населяющих эту область, тяготеют либо к обильному водными источниками северо-западному склону Верхнего Огока, плавно спускающемуся к берегам Малого Алуме, либо к столь же увлажнённому юго-западному, где мелкие ручьи сливаются в небольшую, но полноводную речушку, орошающую поля нескольких крупных общин. Несколько небольших огских поселений расположены вдоль морского побережья. Их обитатели в основном живут рыбной ловлей и выпаркой соли. А Нижний Огок, лежащий между плато Верхнего Огока, южными склонами вулкана Со и долинами Алуме и Боо, вообще не заселён: иногда туда забредают в поисках птиц, выбитых в более людных местах, охотники за ценными перьями или собирающие смолу колючих кустарников мастера по дереву да гончары.

Со слов Вахаку они проблуждали в поисках удобного спуска трое суток, пришлось даже немного вернуться назад. Хорошо ещё, что удалось избежать встречи с местными.

Я начал выяснять у Вахаку и остальных его спутников в тогдашнем путешествии о пути по Нижнему Огоку. Выходило, что ничего сложного там нет: обычные леса и кустарники, иногда попадаются заболоченные участки, но их всегда можно обойти. Единственная проблема - переход через реку Огуме, текущую в узком и довольно глубоком ущелье, и только уже в землях ванка образующую удобную для движения долину.

Моё предложение направить нашу армию по огокскому маршруту сперва вызвало у всех недоумение. Но сравнив время пути по обоим направлениям, все согласились хотя бы на разведку дороги через Огок. В конечном счете, даже сонаи согласились, что проход от них в Бонко легче, чем в Кехет. Я тут же объявил об отправке в ту сторону нескольких групп по пять-шесть человек во главе с Вахаку и остальным текокцами. "Олени" предложил в ответ, чтобы отправлялись Гоку, Токику и Вохоре, а он сам лучше останется принимать приходящих воинов-бонко и формировать из них отряды с последующей строевой дрессировкой.