Чтение онлайн

В то же время субъективные факторы, препятствующие развитию системы третейского разбирательства, отодвигают на второй план объективную потребность в альтернативных способах разрешения правовых споров, в том числе и при помощи третейских судов. К числу таких факторов относятся: нежелание значительной части чиновничества (в том числе и судебных чиновников) делиться судебной властью; отсутствие значительного количества квалифицированных юристов, обладающих навыками разрешения юридических коллизий; недоверие к деятельности третейских судов, порожденное в том числе и дискредитирующими действиями со стороны самих третейских судов; отсутствие реальных эффективных рычагов, обеспечивающих надлежащее исполнение решений, принимаемых третейскими судами, и пр. Таким образом, развитие системы нормативного регулирования третейского разбирательства происходит в борьбе между разнонаправленными тенденциями как объективного, так и субъективного характера. Это обстоятельство влияет и на противоречивый характер нормативной модели третейского разбирательства. Как следствие, негативная «антиарбитражная» правоприменительная практика также отражается на эффективности функционирования третейских судов. Особенно наглядно это проявляется в процессе исполнения решений третейских судов: государственные суды демонстрируют «антиарбитражный» подход, вторгаясь в деятельность третейских судов по существу разрешения споров, в то время как их компетенция при проверке решений третейских судов ограничена исключительно процессуальными вопросами и вопросами проверки соответствия этих решений публичному порядку (основополагающим принципам российского права).

Переплетение публичного и частного в третейском разбирательстве заключается в том, что частные лица своим усмотрением изменяют публично значимые отношения — подведомственность рассмотрения дел, устанавливаемую государством в целях реализации одной из государственных функций — осуществления правосудия и защиты субъективных гражданских прав. Вещь, абсолютно недопустимая в сфере государственного судопроизводства, оказывается возможной в сфере частного судопроизводства. Более того, возможность изменения подведомственности рассмотрения спора является фундаментальным принципом третейского процесса, без которого невозможно представить существование этого института. Усмотрением частного лица меняется, казалось бы, незыблемая основа публичной власти — исключительное право государства осуществлять разрешение спора. Третейское соглашение, т. е. акт двух субъектов гражданского права, изменяющий порядок рассмотрения споров между ними, является одним из самых важных составляющих элементов института третейского разбирательства. Однако усмотрение частных лиц, которым оказывается влияние на публичную организацию системы разрешения споров, возможно только до определенного предела — до того момента, когда попытки разрешения частноправовой коллизии строятся на основе признания права иного противостоящего лица, включая добровольное признание решения третейского суда, которым была устранена юридическая коллизия. Как только одна из сторон демонстрирует пренебрежение к правам своего контрагента, непризнание решения третейского суда, заканчивается «период свободного усмотрения». Государство вмешивается, предоставляя заинтересованному лицу средства принудительного исполнения решения третейского суда, и эта процедура не может быть подчинена согласованному усмотрению сторон; она должна базироваться на тех нормативных предписаниях, которые зафиксированы в законе и имеют характер норм гражданского (арбитражного) процессуального права. Применительно к третейскому разбирательству это означает, что государство является «дремлющим сторожем» по отношению к частным лицам, которые вправе по собственному усмотрению «творить» третейский процесс, лишь бы это не нарушало публичный порядок и права контрагента. Как только происходит такое нарушение, государство в лице судебных органов «просыпается» и вмешивается в частные отношения, возвращая их в стабильное русло.

Таким образом, третейское разбирательство можно охарактеризовать как комплексный правовой институт, источниками которого являются нормы как материального, так и процессуального права, публичного и частного права. Качественная специфика этого института определяется неразрывным соединением и взаимодействием его элементов. Место третейского разбирательства в системе российского права определяется его независимостью от гражданского (арбитражного) процессуального права, с которыми, впрочем, существует тесная связь. Генетически третейское разбирательство возникает в системе частного и материального права на основании договора (третейского соглашения) и трансформируется в систему норм процессуального характера, регулирующих отношения сторон по разбирательству спора. В завершающей стадии третейский процесс приобретает черты исключительно публично-правового характера, поскольку реализация неисполняемого решения третейского суда осуществляется при помощи процедур, используемых публичной властью в лице компетентных государственных судов.

Из контекста Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» следует, что термин «третейский суд» используется для обозначения двух понятий. Во-первых, понятие «третейский суд» обозначает институциональное образование, существующее в двух различных формах (постоянно действующий третейский суд и третейский суд, созданный для разрешения конкретного спора). И, во-вторых, третейский суд обозначает состав третейского суда, который избирается или назначается для рассмотрения и разрешения конкретного спора. При этом то, в каком виде (постоянно действующий третейский суд или третейский суд для разрешения конкретного спора) действует этот состав, значения для целей этого понятия не имеет.

Разделение третейских судов на постоянно действующие и созданные для разрешения одного спора — довольно устоявшаяся традиция. Формы существования арбитража были апробированы в мировой практике — в международном коммерческом арбитраже, в регулировании третейского разбирательства в различных государствах — и в целом получили признание со стороны мирового сообщества.

Разделение третейских судов на две эти формы основано на очень простом классификационном критерии — сроке действия третейского суда. Если третейский суд создается на неопределенный срок и не ограничен в своей деятельности разрешением одного спора, он рассматривается как постоянно действующий. Если же третейский суд создается исключительно с целью разрешения конкретного спора и прекращает свое существование с выполнением этой задачи, он рассматривается как третейский суд ad hoc — разовый третейский суд, созданный для рассмотрения одного спора. После разрешения такого спора и принятия по нему решения суд ad hoc прекращает свое существование.

В России проблема унификации деятельности судов, создаваемых для разрешения одного спора, не является актуальной. Общие параметры деятельности таких судов установлены Федеральным законом «О третейских судах в Российской Федерации». В рамках установленных нормативных параметров договаривающиеся стороны вправе самостоятельно установить правила разрешения спора судом ad hoc. Однако пределы усмотрения заинтересованных сторон неодинаковы в постоянно действующих третейских судах, с одной стороны, и в судах ad hoc — с другой. Постоянно действующие третейские суды действуют на основании регламентов, положений и иных актов, утверждаемых организациями — учредителями третейского суда. Суды для разрешения конкретного спора наиболее существенным образом отличаются от постоянно действующих третейских судов как раз тем, что они не имеют правил третейского разбирательства. Восполнять этот пробел приходится спорящим сторонам, которые либо самостоятельно устанавливают такую процедуру, либо присоединяются к регламентам постоянно действующих третейских судов.

Кроме того, среди отличий суда ad hoc от постоянно действующих третейских судов необходимо отметить отсутствие правил формирования состава третейского суда для разрешения конкретного спора. Именно поэтому в п. 2 ст.19 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» содержится норма, подчеркивающая эти особенности установления правил разбирательства споров именно третейским судом для разрешения конкретного спора.

Суд ad hoc в отличие от постоянно действующего третейского суда не имеет фиксированных ставок гонораров третейских судей. Соответствующее вознаграждение третейским судьям определяется исключительно соглашением сторон.

В отличие от постоянно действующего третейского суда третейский суд для разрешения конкретного спора не имеет места нахождения, в котором осуществляется администрирование его деятельности.

Законодатель при установлении норм, регулирующих деятельность постоянно действующих третейских судов и судов ad hoc, по-видимому, учитывает и то обстоятельство, что третейские суды для разрешения конкретных споров создаются, как правило, в случаях, требующих особой доверительности во взаимоотношениях между сторонами. Так, в том случае, если возникают какого-либо рода препятствия в формировании состава постоянно действующего третейского суда, уполномоченный орган (например, президент торгово-промышленной палаты) вправе вмешаться в процедуру назначения третейских судей и принять решение, направленное на стабильную работу третейского суда (в том числе своим решением назначить третейских судей). Что касается третейского суда для разрешения конкретного спора, то в случае недостижения сторонами согласия относительно третейских судей все негативные последствия, связанные с невозможностью рассмотрения дела в суде ad hoc, возлагаются на стороны. В этом случае (т. е. в случае отказа одной из сторон от назначения третейского судьи) третейское разбирательство подлежит прекращению, а соответствующий правовой спор может быть передан на рассмотрение государственного суда.

Одним из важнейших вопросов, необходимых для уяснения в любой правовой науке, является вопрос о месте изучаемого правового явления в системе права. Разграничение отраслей права происходит, прежде всего, по предмету правового регулирования и правовому режиму, характеризующему приемы регулирования данной отрасли. Правовой режим представляет собой свойственное данной отрасли сочетание базовых методов правового регулирования. Поскольку использование одного метода в чистом виде в отрасли права встречается не часто, своеобразие каждой отрасли права как раз и заключается в сочетании различных методов, где один выступает в качестве базового, а другой используется как вспомогательный.

Предметом третейского разбирательства является регулирование отношений по разрешению споров посредством особой частноправовой процедуры, т. е. действия третейского суда и участников третейского разбирательства. Очевидно, что предмет третейского разбирательства тяготеет к процессуальному блоку, поскольку оно, как и процессуальная деятельность, имеет своей направленностью защиту гражданских прав, опосредованных в рамках процедуры судебной защиты. Нормы, регулирующие третейское разбирательство, безусловно, относятся к процедурным нормам.

Метод третейского разбирательства является диспозитивным, т. е. характеризуется равным положением субъектов права, предоставлением сторонам возможности самостоятельно регулировать правоотношения при минимальном количестве императивных предписаний, не устанавливает властных начал применительно к третейскому суду, источники регулирования носят децентрализованный характер. Данный метод правового регулирования характерен для частного права и не применяется в качестве базового в праве публичном, в том числе и в гражданском процессуальном праве. Смещение правового регулирования третейского разбирательства в вопросах процедуры рассмотрения спора на уровень частного или локального регулирования является его яркой особенностью.