Чтение онлайн

Услышав это дерзкое требование, Урумский вождь в запальчивости обнажил саблю и сказал:

– Неужели ты не знаешь, что В ЭТОЙ КОЛЫБЕЛИ ВСКОРМЛЕНЫ БЫЛИ ГРУДЬМИ ЦАРИЦ ВСЕ ЦАРСТВОВАВШИЕ У НАС КНЯЗЬЯ, а пред наковальнею клялись в истине и верности мы и все бывшие до нас греки?

– Я и требую это только потому, что сознаю, КАК ВЫСОКО ВЫ СТАВИТЕ ЭТИ ДВА ПРЕДМЕТА; если вы принесете их в жертву дружбе, тогда мы убедимся, что вы ею дорожите выше всего драгоценного для вас…

Тогда Урумский полководец возвратился к повелителю своему и объяснил ему требование и предложение френского вождя.

– Это недурно, отвечал князь, но как бы Френки не обманули нас…

– Так вы решаетесь отдать им ВАШУ И НАРОДНУЮ СВЯТЫНЮ? – спросил пораженный воин.

– А как мне иначе сделать?

(Однако по здравому размышлению Урумский вождь все-таки не выдал врагам Золотую Колыбель и наковальню – Авт.)…

Обстоятельство это возбудило отчаянную войну между Френками и Урумами… Вскоре в рядах Урумов оказался огромный недочет лучших воинов и княжеству предстояла неминуемая гибель. ФРЕНКИ ТРЕБОВАЛИ ЗОЛОТУЮ КОЛЫБЕЛЬ И НАКОВАЛЬНЮ, обещая прекратить войну. Тогда князь выступил пред народом своим и спросил, согласятся ли они удовлетворить неприятеля?

– Нет, нет, отвечали воины, мы этого не допустим до того времени, пока все не погибнем.

– Дети мои, сказал им тронутый князь, Я И ТОГДА НЕ ОТДАМ ИМ КОЛЫБЕЛИ, В КОТОРОЙ КОРМИЛИСЬ Я И МОИ ПРАОТЦЫ. Еще выше я ценю наковальню, пред которой вы клялись мне в верности. Если вы умрете, клянусь вам, я заморю себя голодом со всем моим семейством на этих священных предметах и СКРОЮ ИХ С ЗАКЛЯТИЕМ, ЧТОБЫ НИКОМУ ВО ВЕКИ ВЕКОВ НЕ ПРИШЛОСЬ ПРИКОСНУТСЯ К НИМ.

Сказав это, князь… забрав народные драгоценности и семейство свое, прибыл к пещере Каплукая и с помощию сопровождавших его, вступил во внутренность скалы.

– Я не буду ничего есть до того времени, сказал он удаляющимся от него слугам, пока вы не принесете мне известие о победе; если же я умру раньше, а вы восторжествуете, то пусть смерть мою сочтут за жертву, принесенную за спасение самых драгоценных предметов моего верного народа.

Когда все разошлись, Урумский князь ЗАНЕС ЛЮЛЬКУ И НАКОВАЛЬНЮ В САМУЮ ОТДАЛЕННУЮ ГЛУБИНУ ПЕЩЕРЫ и, поставя их здесь, склонился на колени и произнес такого рода заклятие:

– "Всеведующие духи!… Вам известно, что Я И ВСЕ БЫВШИЕ ДО МЕНЯ УРУМСКИЕ КНЯЗЬЯ, ВСКОРМЛЕНЫ БЫЛИ ГРУДЬЮ МАТЕРЕЙ СВОИХ В ЭТОЙ ДРАГОЦЕННОЙ КОЛЫБЕЛИ, ВСЛЕДСТВИЕ ЧЕГО ОНА СДЕЛАЛАСЬ НАШЕЮ СВЯТЫНЕЮ. Вы также знаете, что перед этою наковальнею я, предместники мои и весь Урумский народ произносили клятвы верности, истины и дружбы… Между тем алчные и ненавистные соседи наши Френки, задумали лишить нас этих драгоценностей… Умоляю вас… отныне и навеки вечные принять под сохранение свое эти безценные вещи, за принадлежность которых умирает целая нация с государем…

– Заклинаю кровью нашею, продолжал князь, и тот, кто решится взглянуть на эти сокровища с умыслом похищения или разглашений, пусть лишится разсудка…

– Но если милостивый творец наш совершит чудесное спасение моего княжества и я останусь в живых, то пусть ТРИДЦАТЬ ТРЕТИЙ первенец моего поколения воспользуется правом свободного приобретения этих предметов"…

– Аминь! аминь! – прозвучало в глубине грота.

В этот момент пред князем показался в белой одежде престарелый дервиш и сказал ему:

– Не отчаивайся, владыка греков; твои дети изгонят завтра же врагов и ты поцарствуешь еще долго…

– Благодарю Создателя и за эту милость – и князь протянул руку, чтобы прикоснуться к одежде святого человека, но он исчез.

На третий день после этого видения, к князю прибыли гонцы с приглашением возвратиться в отцовское наследие.

С ТОЙ ПОРЫ ЛЮЛЬКА И НАКОВАЛЬНЯ СТОЯТ В ГРОТЕ КАПЛУКАЯ И БДИТЕЛЬНО ОХРАНЯЮТСЯ ДУХАМИ".

Легенда, эта как оказалось впоследствии, сообщена была деду моего хозяина какими-то греками, приезжавшими неизвестно откуда с целью забраться во внутренность этой скалы и завладеть сокровищем предков своих. Рассказ этот до того меня занял, что я на следующий день решился забраться в волшебный грот; но увы… все мои усилия вскарабкаться на отвесную скалу где чернело отверстие или вход в нее, остались безуспешными. Мне нужен был человек, способный лазить по таким местам, но никто, ни за какие блага, не хотел мне посодействовать, и татаре по-прежнему остались при своем убеждении, что пещеру эту охраняет злой дух и что там по-прежнему стоят ЗОЛОТАЯ КОЛЫБЕЛЬ и наковальня Урумского княжества» [420:0].

Итак, мы видим, что в Крыму вплоть до XIX века бытовали рассказы о СВЯЩЕННОЙ ЗОЛОТОЙ КОЛЫБЕЛИ, В КОТОРОЙ МНОГО СТОЛЕТИЙ ВСКАРМЛИВАЛИСЬ КРЫМСКИЕ КНЯЗЬЯ. Колыбель была окутала невероятным почитанием, ее охраняли, берегли от врагов. И когда враги подступили совсем близко, священную золотую люльку спрятали в пещере.

Все понятно. Колыбель, в которой был вскормлен Младенец Иисус, родившийся в Крыму около 1152 года, на мысе Фиолент, стала священной для всех христиан. И в первую очередь для христиан Крыма. Вряд ли люлька была золотой на самом деле. Скорее всего, золотой ее сделала народная фантазия, поскольку самог о Христа отождествляли с Солнцем и с Золотом. Поэтому Колыбель и рисовали золотой на иконах. Обратите внимание, что в итоге Золотая Колыбель вновь оказалась в пещере, внутри крымской горы. Первоначально, при рождении Иисуса-Зевса она была в горной пещере. Туда же и вернулась, согласно народным представлениям.

Совершенно ясно также, почему в этой Колыбели вскармливали последующих князей и царей Крыма. Считалось, что властители Крыма воспримут на себя хотя бы часть могущества и божественности императора Андроника-Христа.

Любопытно, что Золотой Колыбелью владеют УРУМСКИЕ князья. Вероятно, речь идет о РИМСКИХ царях. То есть о царях-ханах Великой = «Монгольской» Империи, отразившейся в «античной» литературе в виде знаменитой Римской (Урумской) Империи. По-видимому, Колыбель Младенца Иисуса длительное время хранилась в Крыму, то есть там, где Андроник-Христос родился. Русско-ордынские цари ездили сюда на поклонение этой святыне. Понятно, что потом, в эпоху раскола Империи, началась борьба за овладение Золотой Колыбелью. Считалось, что она дает божественную силу и власть. Где она сегодня (и уцелела ли вообще) – неясно.

Зададимся вопросом: а что же такое «золотая наковальня»? В жизнеописании Иисуса (= Зевса = Аполлона = Диониса и большинства других отражений Христа) о наковальне напрямую ничего не говорится. Правда, в «античном» мифе об Оресте, который тоже является отражением Христа (см. следующую главу), наковальня все-таки упоминается [196:2], с. 333.

Итак, мы уже поняли, что образ наковальни как-то связан с Христом. Задумаемся: какие два предмета-символа наиболее тесно связаны с Иисусом? Один мы уже знаем – это Золотая Колыбель. Священный предмет, символизировавший рождение и вскармливание Младенца Иисуса. То есть начало Его жизни. Но тогда не исключено, что второй священный предмет должен быть связан с Его смертью, распятием. И такой предмет мы все хорошо знаем. Это – крест, на котором распяли Христа. Более того, Христа положили сверху на крест (когда крест лежал еще на земле) и прибили руки и ноги Иисуса гвоздями к кресту. Прибивали молотком. Этот яркий образ: крест, на котором лежит тело Спасителя, прибиваемое железными гвоздями, – причем ударами тяжелого молотка или молота, – вполне мог превратиться в символическую «наковальню». По которой бьют молотом и «куют железо».

Итак: наковальня – это, вероятно, крест. Железо, которое «ковали», это железные гвозди. Удары молота по наковальне – это удары молотка по гвоздям, вгоняемым в тело Иисуса и в крест. Позднее крест превратился в знаменитый символ. Золотые кресты многие носят на теле. Так что золотой крест вполне могли символически именовать золотой «наковальней».

Подтверждение нашей мысли мы обнаруживаем в уже упомянутом мифе об Оресте-Христе. Дело в том, что наковальня упоминается здесь именно в связи с гробом Христа, то есть как некий предмет, напрямую связанный с его смертью (см. подробности в следующей главе). Миф говорит, что некий кузнец кует железный меч на наковальне, под которой находится гроб с останками Ореста (Христа). Получается, что удары молота по наковальне бьют как бы по телу Ореста-Христа. Это прекрасно соответствует нашей реконструкции.

Итак, если наша мысль верна, то получается, что в Крыму долгое время хранились два священных предмета: колыбель Христа («золотая колыбель») и крест распятия («золотая наковальня»). Может быть, не целый крест, а лишь его фрагменты. Дело в том, что есть несколько старинных храмов, где показывают те или иные куски Священного Древа, то есть креста, на котором распяли Иисуса. Вероятно, знаменитый деревянный крест был разломан на отдельные части, которые распределили между разными церквями и монастырями. Может быть, наиболее значительная часть Креста хранилась в Крыму под именем «золотой наковальни».